Есть ли что-то в вашем творчестве, чем вы особенно гордитесь?
— Когда я создавал что-либо, то делал это не для того, чтобы потом гордиться или не гордиться. Я не тот случай. Поэтому для меня этот вопрос не имеет смысла.
Вы работали с фарцовщиками?
— Мне привозили из-за границы какие-то вещи, ткани, аксессуары. Иногда я и сам мог что-то привезти. И до сих пор вожу для себя или для музы.
Неужели вы думаете, здесь есть все, что мне надо? Иногда приходится не то что за границу ехать, самому ткани делать.
Неужели вы считаете, что к нам привозят все, что продается в лучших домах Милана, Нью-Йорка и Парижа? Нет. Многие модельеры до сих пор еще считают нашу страну отсталой, поэтому не всегда к нам отношение как к модной державе. Они уверены, что в России всё, что ни присылай, купят. Но наш рынок уже настолько требовательный, что все подряд или самое залежалое больше не пойдет.
У вас множество фанатов. Попадаются ли среди них маньяки?
— Естественно, что у такой суперзвезды, как я, маньяки были, есть и будут всегда. Странно было, если б у меня их не было. Немало очень известных историй, практически все они встречаются в Интернете.
Буквально на днях две маньячки просто прорвались ко мне в дом. Я возвращаюсь, а Тимофеевна сидит на кухне, рядом с ней две, условно говоря, поклонницы. Приехали себя предлагать, ненормальные. Они ей сказали, что я их жду, поэтому она их пустила в дом. Естественно, как только я пришел, то попер вон.
Понятно, что по весне маньяки обостряются. Поэтому каждую весну и осень администраторы отбивают набеги психопатов. И ладно я бы один страдал, так они еще семью сюда вовлекают! Сейчас и на Сергея переключаются, некоторые через него хотят попасть ко мне. Чтобы об этих случаях бесконечных рассказать, надо еще три книги написать.
Постоянно пропадают на гастролях вещи. Одежда, которая весит на кронштейнах за кулисами, где я переодеваюсь. В основном прут белье, реже — рубашки, майки, джинсы, несколько раз забирали мои пиджаки, которые мне очень долго делали. Один пиджак и брюки делали полгода. Другой пиджак чуть меньше, но все равно не меньше нескольких месяцев. Эти вещи мне дороги, потому что мастеров, которые их сделали, уже нет рядом. Одна замуж вышла и уехала в Германию, другая тоже куда-то переехала. Мы дружили с этими женщинами, это была часть моей жизни.
Есть вещи, которые хранят воспоминания о других городах, о других странах, с ними связаны какие-то интересные события и случаи. И обидно, когда именно эти вещи пропадают.
Сейчас на гастролях я уже смирился, что постоянно исчезает белье. Причем ношеное, которое я кладу в сумку с грязными вещами. С этим ничего нельзя поделать. Единственное, что я могу, это набрать трусов с запасом, чтоб хоть как-то продержаться до конца тура.
Отловить эти кражи нереально, мои маньяки как копперфилды. Был случай, когда мы приехали в Сочи выступать с Аллой Борисовной. В первый же день я позагорал, искупался и на балконе развесил плавки. Вечером смотрю, вроде я их не снимал с веревки, ветра не было, а они все равно исчезли. Я подумал, что, может, с головой что-то или с памятью, может я их снял, положил куда-то и забыл. Но на второй день повторилось то же самое: только я плавки повесил, через пять минут выхожу на балкон, а ничего уже нет. Я, конечно, понял, что происходит. Решил на третий раз повесить и проследить. Не понимаю, как я проморгал, но и эти тоже исчезли.
Недавно в одном магазине я померил одежду и отложил, чтобы вернуться за ней на следующий день. Когда пришел выкупать, ничего уже не оказалось. В магазине мне сказали, что приходил молодой человек, на коленях стоял, умолял, чтобы ему продали именно эту куртку, именно эти джинсы, именно этот ремень и именно это белье. Он видел, как я все это мерил и отложил. Продавцы пытались ему что-то объяснить, но это было бесполезно, у парня была истерика, пришлось уступить.
На показах я выступаю у дизайнеров в качестве супермодели, и именно те вещи, в которых я выхожу на подиум, позарез нужны всем. Я в них работал, я хочу их забрать, хочу в этой куртке сам звездить. Но нет, после показа за этими вещами уже целая очередь стоит.
Нередко мои поклонники и поклонницы оперируются. Они идут с моими фотографиями к хирургам и делают копии меня. Мое лицо переносят на свое лицо, мою фигуру — на свою фигуру. Я, например, недавно очень похудел. Потому что мне понравился стиль от Кристиан Диор. В нем не подразумевается никаких мышц, там должно быть просто худое субтильное тело. Мне очень тяжело было избавиться от своих мышц. Только я один знаю, чего мне это стоило. Пришлось пройти через голод постоянный и жуткие стрессы. Но в итоге я стал выглядеть так, как хочу. И что вы думаете? Вдруг я встречаю этих людей, все, как один, точные копии меня. Представляете мое состояние? Звезда в шоке! Ужас, просто ужас! В таком же мейк-апе, с таким же выражением лица, с такими же жестами, с таким же голосом, все, абсолютно все скопировано с меня.
Уж и не знаю, каким образом они добиваются сходства, как удаляют себе лишние жиринки? Может, голодают, бедные, насмерть, а может, они убирают и удаляют себе ребра. Но наверняка они увеличивают себе задницы, вставляют скулы или чашечки или рвут зубы, чтобы на щеках были такие же впадины, как и у меня.
Часто ли вам угрожают?
— Угрозы сыпятся на меня постоянно. На всех музыкальных каналах, где выходили мои программы, мне всегда звонили и угрожали. Делал волосы белее, больше усиливал присутствие мата в своей речи. Все делал наоборот: не носи это, а я ношу; не говори то, а я говорю. Я живу в свободной стране и не потерплю попыток ограничения меня хоть в чем-то.
Есть ли что-то, что вам в себе не нравится, возможно какая-то черта характера?
— Я не анализирую, нравится мне что-то в себе или не нравится. Таким тупым самокопанием не занимаюсь. Даже более скажу, не стремился подводить итоги своего творчества или посмотреть со стороны на свою жизнь. Предпочитаю жить здесь и сейчас, действуя по обстоятельствам.
Когда ты находишься в той или иной критической ситуации, когда сложно реагировать спокойно, не задумываешься, как это выглядит со стороны. Просто реагируешь так, как требуют обстоятельства. Другое дело, как потом эту ситуацию преподносят зрителям и слушателям.
Объективно, я в тяжелых ситуациях еще цветочек. Вы полюбуйтесь на других артистов. Там-то просто ягодки. Я на фоне них самый скромный.
Есть место, где вы чувствуете себя как дома?
— Наверное, скорее всего мой дом — это моя родина. Там, где я родился и рос.
Где бы я ни жил, все равно в памяти у меня места, где я родился. Хочу я или нет, я никогда не отвыкну от мысли, что я вырос на Байкале, в Сибири. Это моя земля, это мои корни, это все мое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
