В любое другое время я обязательно порадовался бы ее комплименту, но сейчас почувствовал только раздражение.
— Какие к черту переживания! До понедельника. — Кивнув, я вышел, понимая, что незаслуженно обидел девушку.
Не успел я сделать и пару шагов, как из своего кабинета вышел Джо.
— Не подбросишь ли до вокзала, старик? — жизнерадостно обратился он ко мне.
Его общество в данный момент мне было ни к чему, но отказать я не мог. Джо прекрасно знал, что по дороге домой я проезжаю мимо вокзала.
В лифте Джо не преминул поинтересоваться:
— Как всегда навестишь шефа?
— Ничего подобного. На уик-энд он меня отпустил. Хотя мне от этого не легче. Завтра хочу прочесть телевизионную рекламу, которую мы готовим для Вассермана.
— Ты весь в работе. Надо и отдыхать когда-либо, — неодобрительно произнес Джо. — Так недолго и свихнуться. То-то ты в последнее время стал какой-то раздражительный.
— Со мной все в порядке, — отрезал я.
Мы сели в машину.
— И чего это ты в последнее время такой задерганный? Людей обижаешь ни за что. Пэт едва до слез не довел.
— Было за что! Три раза просил соединить меня с Вассерманом — и все без толку.
— Но его же не было на рабочем месте. Отлучился по делам. А волшебной палочки у нее нет.
Я завел двигатель.
— Не нужно читать мне нотаций, Джо. Твоя критика здесь не к месту.
— Давай, давай, — хмыкнул Джо, поудобнее устраиваясь на сиденье. — Теперь настала моя очередь. Если ты, дружище, возомнил себя крупной птицей, ради бога, ставить на место я тебя не собираюсь. Но умерь амбиции. Уж слишком рьяно ты демонстрируешь служебное рвение.
Он был прав на все сто, и мне вдруг стало стыдно.
— Извини, старик, действительно эта работа меня доконает. Надеюсь, к понедельнику быть в норме.
— Я понимаю, — великодушно сказал Джо. — На твоей шее сейчас столько забот, что не приведи господь. — Он сменил тему. — А автомобильчик у тебя на зависть. Мечта.
— Действительно мечта. Я всегда хотел приобрести именно эту модель. Недешево, но она того стоит. Вот уже полгода, как я ее приобрел, но до сих пор не нарадуюсь.
— Не сомневаюсь. Если филиал в Нью-Йорке откроется и шеф прибавит зарплату, куплю себе нечто подобное.
— Если мы получим работу в Нью-Йорке, Джо, повышение тебе гарантировано. Это я беру на себя.
— А никаких новых разговоров на интересующую нас тему не было? Шеф не вспоминал об этом проекте?
— Как же! Не далее как вчера. По-моему, дело решенное. Он интересовался, когда я смогу внести свой взнос.
— А ты уверен, Чес, что ничем не рискуешь, вкладывая деньги в общее с ним дело?
— Никакого риска. Что может быть лучше, чем открыть филиал агентства в Нью-Йорке? Ведь помимо зарплаты я буду получать пять процентов от общей прибыли. Надо быть идиотом, чтобы упустить подобную возможность. Да и к тому же вести дела я буду практически самостоятельно, так что сам понимаешь, в обиду себя не дам.
— Эх, если бы я имел свободный капитал, — мечтательно произнес Джо. — Пять процентов от общего дохода! Ты идешь в гору, Чес. Вскоре станешь богатым человеком.
Богатым человеком! Как же! Если Эйткин узнает о моих шашнях с Люси, не видать мне денег как своих ушей.
— Многое будет зависеть от нас самих, Джо, сам понимаешь.
— И когда у тебя появится требуемая сумма?
— Я отдал распоряжение своим маклерам, чтобы продавали акции. Так что через несколько дней я буду обладать нужной суммой наличными. На бирже как раз все благоприятно, так что и здесь мне повезло.
У вокзала я остановился.
— Благодарю, Чес, — сказал Джо, вылезая из машины. — Может, когда разбогатею, откуплю у тебя эту игрушку. — Джо похлопал по крылу «кадиллака». — Ведь ты, когда переберешься в Нью-Йорк, замахнешься на более престижную модель.
— Ты сначала денежки заимей, а потом поговорим на эту тему, — отшутился я. — Но в принципе чем черт не шутит. О’кей, до понедельника. Приятного отдыха.
Я направился в сторону дома.
Без пяти девять я подкатил к высоким железным воротам особняка Эйткина. В тени деревьев меня дожидалась Люси.
Быстрыми шагами она направилась к машине, и я предупредительно распахнул перед ней дверцу. На Люси была светло-голубая кофта и такая же юбка, а волосы перехвачены узкой лентой в тон одежде. Едва ли нашелся хотя бы один мужчина, который устоял бы перед ее очарованием.
Я пересел на сиденье пассажира, и она скользнула за руль.
— Хэлло! — с улыбкой произнесла она. — Надо же, такая пунктуальность. Как вам нравится мой наряд?
— Нет слов. — Эмоции били через край. — Но вы выше всяких похвал!
Она беззаботно рассмеялась.
— Неужели вы так думаете, Честер?
— Разумеется.
Что-то в моем голосе насторожило ее. Но я сидел спиной к луне, и видеть выражение моего лица она не могла.
— Я рада. Так куда мы поедем? Может быть, к океану?
— Как скажете…
В этот вечер она не злоупотребляла ни коробкой передач, ни педалью газа. Автомобиль шел на скорости двадцать миль в час, и вела она машину вполне достойно.
Свернув с магистрали, мы проехали миль десять по второстепенному шоссе, а потом свернули на грунтовой проселок, ведущий непосредственно к океану.
Она вела машину спокойно, расслабленно держа руки на баранке, и даже что-то мурлыкала себе под нос. Я с горечью подумал, что вскоре она действительно сможет сдать на права и тогда нашим урокам придет конец.
Мы медленно ехали по проселку. Поворот налево — и перед нами открылась широкая полоса песчаного пляжа, а за ней океан во всей своей красе. Ни ветерка, тишина, пальмы словно замерли в предчувствии каких-то важных событий. Лишь волны с равномерным рокотом набегали на берег, фосфоресцируя в свете луны.
— Как красиво! — Это были ее первые слова с тех пор, как мы отъехали от особняка. — Я даже и вообразить такое не могла! Господи, Честер, сколько же удовольствия я получаю от ваших уроков. А ведь я хорошая ученица, вы не находите?
— Да уж… Прогресс налицо. Но проходить экзамен, по-моему, рановато. Кстати, вы не пробовали давать задом. — Я был готов откусить язык за такую двусмысленную фразу.
Она покачала головой:
— Не сейчас.
В тишине лунной ночи мы съехали к пляжу. Люси притормозила, чуть повернула руль, и машина, послушно свернув с дороги на песок пляжа, остановилась.
Сжав руки в кулак, так, что ногти впились в ладонь, я сидел не шевелясь, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Передо мной простиралась узкая полоска песка, слева небольшая рощица пальм словно предлагала гостеприимство, а впереди на тысячи миль простирался океан. В серебряном свете луны вправо и влево белел только песок пляжа. Казалось, мы были одни в этом подлунном мире.
— Вы не возражаете, если я искупаюсь? — неожиданно произнесла Люси. — Приглашаю вас в компанию.
Ее предложение застало меня врасплох.
— Но ведь я даю вам уроки вождения, — пролепетал я. — К тому же у нас не так много времени.
— Нет проблем. Я сказала Роджеру, что иду на ночной сеанс в кинотеатр. Так что он ждет меня не раньше двенадцати. — Мгновение, и она уже стояла на песке. — А ведь мы совсем одни. Здорово! Весь пляж принадлежит нам. Ваше право. Если не хотите купаться, подождите меня в машине.
Не оглядываясь, она побежала к воде.
Шокированный ее поведением, я смотрел ей вслед. Разве это не ответ на вопрос, доставивший мне столько волнений? Почему мы оказались здесь? У нее возникло желание более близко познакомиться со мной?
Где уж было мне обращать внимание на возникший в глубине души красный сигнал тревоги, раз за разом сообщавший мне об опасности. Не забывай: это жена твоего шефа, сигнализировал он мне. Еще шаг — и ты будешь жалеть об этом всю свою жизнь.
Как бы не так. Я уже не управлял своим разумом. Первобытное влечение к женщине руководило мной. Словно загипнотизированный, я вышел из машины и открыл багажник. Люси уже была возле воды и, сбросив туфли, через голову сняла кофту, а через пару секунд освободилась и от юбки. Что удивительно, под ними оказался купальник. Это пролило холодный душ на мою голову. Неужели она заранее спланировала этот эпизод? Но кровь уже стучала в моих висках, напрочь подавляя последнее сопротивление рассудка.
Открыв багажник, я взял оттуда пару полотенец и плавки. На всякий случай они всегда находились там.
Переодевшись, я оставил одежду на заднем сиденье и побежал к воде. Люси уже вошла в воду по колено.
Услышав мое прерывистое дыхание, она обернулась.
— Я и не сомневалась, что вам захочется искупаться. Не поверите, но я всегда мечтала искупаться при луне. Но разве мог Роджер это понять? Ему всегда мерещились какие-то мифические опасности.
— Похоже, вы только тем и занимаетесь, что нарушаете запреты мужа — и все не без моего участия, — заметил я, идя с ней рядом.
