— Ты такая сладкая, Эва… Я хочу тебя съесть… покусать …
Он слегка прикусил её плечо, сжал упругие холмики грудей, погладил тугие горошины сосков через футболку.
— Ты… это уже делал…
Эва задохнулась от этого собственнического жеста, ошеломлённая вновь нахлынувшим возбуждением. Почувствовала его напряжённую пульсирующую плоть, прижатую к её обнажённым ягодицам.
— Ещё хочу… хочу ещё.
Его рука спустились ниже к животу, кружила вокруг пупка, гладила её тело, согревая, пробираясь к самому чувствительному местечку.
Его футболка мешала ей познать прикосновения полностью, почувствовать обнажённой кожей его горячее тело. Она застонала, не сдерживаясь более, откинув голову, чувствуя его горячее дыхание у своего уха. Было очень приятно. Свободно. Хотелось выражать свои эмоции. Очень хотелось, чтобы он знал, что она чувствует.
— Боже мой, спасите меня, — притворно томно сказала она, — я в руках у маньяка.
Ян развернул её к себе лицом, обхватив руками, не давая увернуться, и сделал пару шагов, вынуждая отступить под своим натиском.
— Да. Можешь даже проверещать, но бесполезно…
Ян склонился к ней, уперевшись руками в стену по обе стороны от её головы, приник к губам, приоткрывая. Конечно, она собиралась верещать. Но только в том случае, если бы он посмел остановиться. Высунула кончик языка, а он поцеловал его, захватил и втянул глубже, чувствуя, как собственное тело начинает вибрировать от сексуального желания. Привстав на носочки, Эва обхватила руками его шею, и он резко приподнял её за ягодицы, прижав к стене своим телом, продолжая жадно целовать, вкладывая свою перезревшую накопившуюся страсть.
Он спустился к шее, покусывая нежную кожу, взяв за лицо, заставив запрокинуть голову.
— Да, вот это правильно, — почти простонал он, когда её ноги обхватили его.
Потом он погладил её упругие бедра, едва коснулся чувствительной кожи под ягодицами, пробежав по влажному горячему лону. Чувствовал, как она покрывается мурашками от его прикосновений и Эва подрагивает от очередной откровенной ласки, отдаваясь ему, окунаясь с головой в его чувственную игру.
— Моя быстрая девочка…
— Нахал… — прошептала она, изнывая от плотского вожделения.
— Да… — вторил он, задирая на ней футболку, едва отрываясь от её губ. — Я хочу тебя моя Эва… хочу…
Страсть, жар и секс светились в его глазах, обещая повторение пережитого наслаждения, которое она хотела испытать. Очень хотела. Чувствуя его твёрдую горячую плоть совсем близко, у входа в своё естество, чувствуя его влажную головку.
— Давай, — показал он взглядом на футболку, — раздевайся… сама.
Она в ответ призывно улыбнулась.
— Она твоя, так что можешь порвать её, — издевательски сказала и тут же потянулась к низу одежды, чтобы избавиться от вещицы.
Он стиснул её, когда она наконец сняла мешающий предмет а Эва затрепетала от соприкосновения с его горячей кожей, крепче ухватившись за его плечи.
Он целовал её, а она, дразня, отвечала ему.
Она целовала и отстранялась. Покусывала его губы, а потом нежно ласкала. Руками он поддерживал её, а потому не мог исследовать её тело и подарить прикосновения ко всем чувствительным местам. Он только целовал её, и от этого «недополучения» Эва возбуждалась ещё больше. Желание усиливалось. Их окутал шум и пар исходящий бегущей воды. Каждый звук в душевой отдавался эхом. Каждый самый тихий стон, казался оглушающим.
— Ян…
— Что?
— Если завтра… если завтра я проснусь в кровати одна… — шептала лихорадочно она, но он не давал ей сказать, глотая её слова, терзая поцелуями.
— Что?
— Я прибью тебя… если ты ускачешь завтра в семь часов утра и оставишь меня одну… — она застонала, а скорее захныкала, когда он дразняще задевая грудь, начал обрисовывать изгибы её тела, двигаясь вверх от талии и до известного родимого пятнышка. — Я клянусь, что я пришибу тебя…
— Да, вот это я хочу от тебя слышать, — прошептал он ей в губы, имея в виду её стоны. — Только это…
Он сжал её ягодицы, приподнимая, направляя себя в неё.
— Могу тебя уверить, что до кровати мы ещё не скоро доберёмся… очень не скоро. Будем добираться долго и медленно… — пообещал он ей, погрузив в неё головку, впитав очередной стон-всхлип.
— Нет… пожалуйста… только не медленно… только не сегодня…
— Тогда попроси меня… — мягко приказал он, прихватив зубами мочку уха.
— Пожалуйста… я хочу… — она задрожала и крепче обхватила его ногами
— Ещё.
— Хочу тебя… пожалуйста, Ян.
Он услышал своё имя, слетающее с её уст, и вошёл в неё до конца, погрузившись в самую глубину, издав низкий стон наслаждения.
— Ян… — Эва распахнула глаза, когда поняла, что он не надел презерватив.
— Хочу так, — только и сказал он.
— Да, — она блаженно вздохнула и откинула голову, погружаясь в сладостный мир удовольствия, предшествующему бурному удовлетворению, — Да, сейчас можно, сейчас не опасно…
Глава 15
В своей привычной позе — на спине, — Ян лежал с закрытыми глазами, хотя сон давно ушёл, оставив в теле приятную истому. И всё было как обычно, за исключением того, что сегодня утром он чувствовал тёплую женскую попку, прижатую к его бедру. Протянув руку, он погладил мягкие изгибы ягодиц, а потом повернулся на бок и, приподнявшись на одном локте, окинул взглядом обладательницу этой прелести. Она казалась совсем беззащитной и хрупкой, прикрытая одной тонкой простыней, в обрамлении длинных волнистых локонов. Накануне Эва улеглась в постель с влажными, и они завились в крупные кудри. Ян приподнял простынь, аккуратно вытянув край, зажатый её рукой. С удовольствием и долго любовался её обнажённым телом.
«Да, надо быть осторожнее, кожа у неё очень нежная …» — решил он про себя, изучив следы свой страсти на её груди плечах и бёдрах.
«Сейчас проснётся и точно начнёт верещать…»
Она упрямо заворочалась, когда Ян развернул её лицом к себе, но потом затихла у него на груди, зажатая в железных объятьях. Сразу вспомнил, какой страшной расправой она грозила, если проснётся без него, и приготовился в ожидании момента её пробуждения проваляться в постели до обеда. А, учитывая, что легли они на рассвете, то возможно, это отложится и до вечера. Он зарылся в её волосы, перебирая шелковисты локоны пальцами, уткнувшись подбородком в золотистую макушку.
Эва проснулась, чувствуя на себе «крабовый» захват рук и ног Яна.
