А наверху, над балконом брата РЕма, нужно поставить МИгалку, такую, как у полицейских. Пусть МИгает и птиц отпугивает. Брат ее будет ремонтировать, он любит это дело.
— Ох, боже! Ну и задание! Здесь дьявол ногу сломит, пока запомнишь. А теперь-то все?
— ХА! ХА!— засмеялся СИдор. Еще огород забыли. РЕм РЕдиску и РЕпу любит — вот вы ему огород и засадите. Да еще посадите рядом с дворцом несколько Апельсиновых и Абрикосовых деревьев для ЛЯсточки Алисы.
— Ну, это легко, это мы сделаем.
— И еще: ПЕРЕД дворцом овраг сделайте и засадите его кустами, чтобы его никто не замечал. Понятно?
Архитектору, конечно же, не было понятно, зачем нужен еще и овраг ПЕРЕД дворцом. Но он на всякий случай согласно кивнул головой.
— Вот теперь все. Теперь я оставлю вам много золотых кружочков, которые вы называете деньгами. Пусть рабочие работают получше и без этой, как его, перестройки. Думаю, что их ума и совести до конца строительства хватит.
СИдор закрыл глаза и представил сундук, на котором сидел архитектор, полным золотых монет. Открыв глаза, он, как всегда, захохотал: — Ха! Ха!
Архитектор обалдело открыл рот, волосы его встали дыбом. Он никак не мог понять, каким образом под ним оказался сундук.
— Чудеса, да и только-о-о, — смог он вымолвить.
— Чудеса-а-а, — повторил СИдор, — это уж точно. Посмотрите, хватит денег?
Архитектор поднял крышку: новенькие золотые монеты, почему-то с изображением самого СИдора, сверкали под солнцем как искры.
Глаза архитектора алчно заблестели. Он схватил одну из монет, попробовал ее на зуб: — Настоящая...
— Ну, так что? Хватит? — нетерпеливо спросил СИдор.
— Конечно, конечно. Этого и на два дворца хватит.
— Два мне не надо. А этот сделайте побыстрей и как я хочу.
— Конечно, конечно, Ваше Величество (архитектор так назвал СИдора на всякий случай — ведь его профиль был отчеканен на монетах).
Сидору это понравилось. Он помахал рукой и полетел домой.
«А действительно, почему бы мне и не стать королем этого Скрипичного царства? — подумал СИдор. — Григорий I уже старый, мамашка и дед тоже. РЕм стал белкой... Кстати, надо бы такое придумать, чтобы никто не знал о превращении РЕма в бельчонка. А то ведь укорять меня начнут. Жестоким назовут... А мне, пока я не окреп, этого не надо, пожалуй».
Он долго думал, как это сделать, но ничего путного пока на ум не приходило...
Ковер летел сам по себе. Внизу мелькали реки, леса, озера, деревни и города. Люди с удивлением поднимали головы, глядя на необыкновенное явление, а СИдор этого не замечал. Он все думал, думал...
Вдруг он подпрыгнул от радости и чуть не свалился вниз, едва успев уцепиться за бахрому ковра... Старая бахрома стала отрываться, и СИдор чуть было не погиб. Но он вовремя закрыл глаза и представил, что сидит на ковре и... благополучно избежал катастрофы.
— Уф! — вздохнул он с облегчением. Надо же! Еще бы чуть-чуть... и каюк. Превратился бы в холодец или лепешку. С этим ковром следует быть осторожным — не очень надежная техника.
«А все-таки я молодец! Придумал, как скрыть РЕма. Я дам ему новую кличку. Джо! РЫжий Джо! По-моему, это даже красиво. Пусть мамашка зовет его по-прежнему РЕмом — это не страшно. Все будут думать, что она с ума сошла. А я велю всем, и этой противной ЛЯсточке тоже, звать его Рыжим Джо.»
СИдор стал мечтать о том, как скоро он все переиначит в этом королевстве, как все сделает по-своему. Как все его будут слушаться, а главное, бояться. Как он станет самым богатым и могущественным королем на свете.
Так, мечтая, он уснул, а ковер-самолет все летел и летел сам по себе, не имея приказов, не зная дороги. И летел он по направлению к ДОБРОЙ и ЛАСКОВОЙ МИНОРНОЙ СТРАНЕ ЭОЛИИ.
Солнце постепенно клонилось к закату. Повеяло прохладой. Ковер-самолет подлетал к границам Минорных стран. Вот он миновал узкое ущелье между высоченными горами, окаймляющими границу Эолии, и полетел над дорогой, ведущей к небольшому хутору на краю темного елового леса. От холода и сырости СИдор проснулся.
«Странно... Где это я?»
Он огляделся по сторонам. Ничего, кроме серого неба затянутого тучами, не было видно.
Только глянув себе под ноги, он понял, что находится на Ковре-самолете и вспомнил события прошедшего дня.
«Куда меня занесло?» — подумал СИдор. Но тут его мысли перебил страшный грохот, доносившийся снизу. СИдор глянул туда и увидел весьма странное и смешное зрелище: по дороге двигалось необычное механическое приспособление на двух колесах, которое неимоверно трещало и разбрызгивало в разные стороны искры и дым. На этом механическом чудище сидели две весьма почтенные старушки Терции: первая, уцепившись за рогатый руль, вторая, трясясь на багажнике с авоськой полной хлеба. Как и Ковер-самолет, они держали курс к хутору.
— ХА! ХА! — засмеялся СИдор. — Ну, ну! Надо же такое увидеть! Во! Дают бабки! Где только они раздобыли такую железную каракатицу?... А?... Сейчас узнаем. По-моему, Терции направляются вон к тому дому.
Он полетел к довольно высокому с красной черепицей строению и вскоре сел прямо посреди двора.
Дом был обнесен деревянным забором с крепкими воротами. Кругом стояла тишина, чувствовалось, что никого в доме нет.
Свернув ковер, СИдор стал ждать... Вскоре послышался все приближающийся рев и треск механического чудовища. Потом ворота распахнулись и во двор важно въехали две СОВЕРШЕННО ЧЕРНЫЕ МАЛЫЕ ТЕРЦИИ с какими-то металлическими круглыми головами. У обеих на этих головах были нарисованы странные рисунки из белых и черных палочек.
«Ну, ну,» — удивился СИдор. Таких созданий ему видеть еще никогда не приходилось.
— Иди домой, ЛяДи-ДоДи, — низким голосом сказала одна из бабок (та, у которой были нарисованы сначала две черные палочки, а потом три). — Приготовь чего-нибудь поесть, а я пока помою наш цикломот.
— Тьфу! — взорвалась вторая, снимая с себя металлическую голову (это оказался защитный колпак) и спрыгивая на землю. — Сколько я тебе раз говорила: «Не зови меня этим дурацким именем! Какая я тебе ЛяДи-ДоДи, когда я СиБа-РеБа? Давно могла бы запомнить!» (эта бабка говорила более пискливо).
— Хи-хи-хи! — засмеялась другая. — Хоть тысячу раз говори, что ты СиБа-РеБа, а я все равно знаю, что ты ЛяДи-ДоДи. И мама наша это знала, и отец, Большой Терций, тоже знал. Поэтому они тебя так и называли.
