да и взгляд вместе с ним.
— Ну-ка, проверь нормально, а то будет как в прошлый раз. — скомандовала другая.
— Секунду. — ответила та, что была с холодным взглядом и походила на адскую копию какой-нибудь секретарши. Длинные черные волосы, перехваченные тесёмкой в высокий хвост, и узкий разрез глаз. Я таких никогда не любил, потому что они мне все казались злыми мегерами.
Между тем, демоница-секретарша присела на колени и задрала мою набедренную повязку. Мне только и оставалось, что беспомощно дрыгать ногами. Сил у этих топ-моделей было хоть отбавляй.
— Всё нормально. Подтверждаю. — констатировала она холодным голосом, а в следующую секунду её взгляд стал каким-то уж чересчур плотоядным. Демоница сперва закусила нижнюю губу, а затем облизнула их длинным змеиным язычком. — Думаю, надо ещё проверить на вкус.
«Чего, блять⁈» — пролетело у меня в голове, а в следующую секунду нога сама упала и упёрлась в лицо любительнице продегустировать чужие письки. Причём это её, похоже, вообще ни грамма не расстроило, а только наоборот.
— О да! Да! Я плохая! Вытри об меня ноги! Я др-р-рянь! Настоящая дрянь!
И она лизнула мою пятку. В этот момент я настолько охренел, что если бы у меня был прибор, измеряющий степень охреневания, то его разнесло на малюсенькие кусочки, которые ещё бы потом сто лет фонили.
— Уа-ря-р-р-р!
— Держите девку, она с ума сходит!
Дура вообще не понимала, как на это реагировать. Девушки вроде были дружелюбными, но то, что они с ней и со мной делали, бесилке очень сильно не нравилось, о чём она пыталась мягко намекнуть, вцепившись зубами в ухо одной демонице, схватившись рукой за волосы другой и затянув хвост вокруг шеи третьей.
Пока Дура наводила суету, голова секретарши, уперевшись лицом в ступню, медленно, но верно плыла в мою сторону, чему я был откровенно не рад.
«Блеать!» — я аж взвизгнул. — «Это ненормальная опять её лизнула!»
— А-а-а-атста-а-а-аньте-е-е-е!
— Вы что, шлёндры, тут устроили⁈ Я на пять минут отошёл, а тут уже какой-то цирк!
В нашу вечеринку внезапно ворвался толстячок в синем халате и с посохом. Посох выглядел, к слову, вроде обычным, но на навершии имел белый кристалл, который, как оказалось, там был не просто так.
Толстяк без лишних слов ткнул в секретаршу-азиатку кристаллом, прозвучал трескучий звук, как от электрошокера, демоница упала на землю и с блаженным лицом задёргалась в конвульсиях.
Рогатый балаган на секунду замер, а затем радостно загалдел.
— Вораш’тен пришёл! Вораш’тен!
— Вораш’тен тут! — кто-то хихикнул.
— А здеся есть! — прозвучал другой голос, и площадку снова залил звонкий девичий смех, заставив демона побагроветь ещё сильнее.
— А ну в клетку быстро!
Бз-з-зть! — загудел камень на посохе, и очередная рогатая шлёпнулась на землю.
— Ай-яй-яй! Вораш дерётся!
— Вораш — негодник!
— Плохой Вораш!
Голожопые демоницы рассмеялись ещё громче, подхватили двух своих подружек и очень шустро скрылись в тележке с клеткой. Ещё и дверь за собой закрыли.
Толстяк в балахоне тяжело вздохнул и только собирался выдохнуть, как обнаружил, что волшебный посох куда-то пропал.
— Стервы! Верните палку! — демон подбежал к клетке и двумя руками дёрнул за дверцу, однако та лишь чуть-чуть приоткрылась, а затем снова захлопнулась. Вместе с этим изнутри снова донёсся дружный гогот.
— А вот шиш тебе! Не хочешь к нам мальчиков подселять, будем твоей, хех, гром-палкой пользоваться.
Бз-з-з!
— О-о-о, да-а-а-а! — раздался довольный вздох.
Бз-з-з! Бз-з-з! Бз-з-з! — в недрах клетки что-то заискрило.
— Сильнее! СИЛЬНЕЕ! Сожги меня к чёртовой матери! — опять прилетело из клетки.
Бз-з-з-з-з-з-з-з-з-зз-зз-з-зз-ззззть!
— Суки сраные! Верните посох! — Вораш принялся ещё сильнее дёргать за дверцу, но хер там плавал. Дамы ещё больше распалялись и ещё громче хохотали. Я вообще не понимал, что происходит. Демоницы выглядели как рабыни, но вели себя с точностью до наоборот, что несколько сбивало с толку.
Бз! Бз! Бз! Бз! Бз-з-з-з-з!
Хотя, если моя догадка верна, а я почти уверен, что она верна, то передо мной сейчас находился целый отряд порабощённых суккуб. Что примечательно, в отличие от остальных рабов на рынке, эти не выглядели расстроенными или убитыми горем. Скорее напоминали тех девчонок, которые в пятницу после учёбы едут тусить с подружками в клубешник.
БЗ-З-З-З!
— Посох верните, паскуды! — прокричав ещё парочку ругательств, Вораш’тен зачем-то решил засунуть свой нос между прутьев. Видимо, хотел посмотреть, что там с его посохом, за что в буквальном смысле получил чью-то жопу в лицо.
— Ох, что ж ты делаешь, родной⁈ — прозвучал томный вздох, а вместе с ним очередная порция смеха.
От неожиданности пальцы Вораша разжались, и толстячок кубарем покатился назад. В клетке на секунду стало тихо. Через какое-то мгновение дверца приоткрылась, и оттуда наружу вылетела гром-палка, измазанная от края до края в какой-то слизи.
Дверца снова закрылась.
— Да, забирай! Забирай! Не хнычь только… Тоже мне… Работорговец. Никакой злости, агрессии и насилия… Кто так делает-то вообще⁈ — возмутился один женский голос.
— Да-да, кто делает? — вторил другой.
— Халтура!
— Жадина!
— Жмот!
— Фу-фу-фу таким быть!
— Палку ему, видите ли, жалко… Евнух проклятый.
Чем закончилась эта история, мне неизвестно. Мы свалили где-то примерно на том этапе, когда суккубы начали бухтеть про ужасный сервис со стороны Вораш’тена. Не думаю, что услуга перевозки рабов вообще должна включать хоть какой-нибудь сервис, но эти девушки, судя по всему, так не считали.
Н-да, день только начался, а уже столько впечатлений.
Глава 16
Глина
Думал пойти в обход главных ворот, найти какую-нибудь щёлочку в стене и выйти там, может, просто перелезть через забор, однако реальность оказалась куда забавнее. Я не первый, кому пришла подобная мысль, и уж точно не первый, кто пытается незаметно выйти с территории рынка. Когда мы успешно сбежали от банды оголодавших суккуб, двинулись по торговому ряду вдоль стены и, собственно, вскоре напоролись на очередь.
— Куда лезешь, бестолочь⁈ — злобно крикнул какой-то демон в поношенной серо-коричневой накидке с небольшим накрытым крышкой горшком. — За мной будешь!
Что они орут-то постоянно? Почему здесь каждый встречный-поперечный орёт? Почему нельзя спокойно разговаривать? Тот же Абаж чуть ли не с кулаками полез драться на Фикула из-за какого-то сраного горшка. Ну ладно, он демон, и что теперь? Что за дурная привычка орать? Я же не ору,
