– Ну как же не даём, – проворчал Андропов, – а общение с нашими аналитиками и офицерами на докладах, которые он делает? Сами же знаете, такое вот доверительное общение, и акценты, что в ходе него делаются, тоже являются достаточно щекотливой информацией.
– Щекотливой информацией они будут, только если человек, который получает от нас определённые вопросы, сотрудничает с враждебной нам разведкой. – не согласился Вавилов. – Но в случае, если мы говорим о ГРУ, то это ни в коей мере не враждебная нам разведка, это просто наш конкурент, который не сдаст наши секреты за пределы СССР.
– Ну что же, такая точка зрения тоже имеет право на существование, – немного подумав, кивнул Андропов.
Вавилов с облегчением увидел, что морщины на его лбу немного разгладились. Похоже, что до самого плохого сценария, когда председатель бы разгневался и на него, и на Ивлева, сегодня не дойдет.
Вавилову откровенно не хотелось терять Ивлева. Наладив с ним сотрудничество, он стал значительно более вхож в кабинет к Андропову. Пока что это не шах и мат Назарову, но шах уже точно есть. А если потерять сейчас Ивлева как рычаг подхода к председателю КГБ, то мата точно не будет, и шах исчезнет.
Более того, недовольный тем, как всё сложилось с Ивлевым, Андропов может начать назло ему нарочно привечать Назарова, забыв со временем, что дело с Ивлевым было завалено сугубо по причине его собственного неуклюжего плана. Из-за того, что он придумал план, не учитывающий психологические особенности Ивлева и его востребованность как молодого талантливого аналитика, в том числе и у смежников. Мол, сам прибежит к нам умолять, чтобы спасали. Ага, аж два раза и отбивая по дороге глубокие поклоны…
Кто ж захочет долго жить с такой мыслью о себе? Проще забыть, особенно если ты большой начальник, свалив вину на подчинённых, которые вовремя не объяснили и не подсказали.
– Хорошо, давайте тогда сделаем так, как предлагает майор Румянцев. – согласился, все же, Андропов, к большому облегчению Вавилова. – Видно, что он уже очень хорошо изучил своего подопечного. Но нам бы надо дополнительно позаботиться о соблюдении конфиденциальности. Одно дело – слежка за Ивлевым, другое дело – передача ему достаточно чувствительного предложения от нас…
Свяжитесь напрямую с одним из тех офицеров, что уже следили за Ивлевым, и объясните ему ситуацию. А затем, когда он сделает свою работу, переведите его к нам в Москву в тот самый отдел, где Румянцев работает. Нечего ему там, на Кубе, шататься и с другими офицерами эти темы подымать. И так уже приходится за Ивлева с ГРУ сражаться. Не хватало ещё, чтобы информация дальше распространилась. Всё же это другое государство. И там полно американских шпионов.
И, кстати говоря, очень интересно, почему я всё время про этот отдел, где майор Румянцев работает, из всех офицеров только про Румянцева и слышу? А чем же остальные сотрудники занимаются? Бамбук курят?
Ну вот, новости про Ивлева разозлили все же Андропова, и он начал придираться к его управлению… Как удачно, что ему есть чем отчитаться… И более того!
– Ну, не совсем так, товарищ председатель, – осторожно сказал Вавилов. – Помните вот майора Артамонову? Недавно ездила в Чехословакию медаль получать за шпионку из ЦРУ, которую смогла в Болгарии выявить, а наши чехословацкие коллеги ее у себя взяли. А ведь мы даже не контрразведка, а разведка, и этим вопросом не она, а Назаров должен был заниматься… Тем более, как выяснилось на допросах, эта шпионка и в СССР дважды была… Первый раз одну неделю. А во второй целых три.
С каким удовольствием Вавилов нанес этот укол Назарову! Он сразу, как узнал про то, что шпионка невозбранно посещала СССР, сообразил, что это прекрасный компромат против Назарова. Только не знал, как его использовать так, чтобы это не выглядело как банальное сведение счетов с его давним врагом. А тут прямо свезло, что председатель прямо в масть задал вопрос. Все, теперь Андропов этого уже не забудет… На такие проколы подчиненных память у него хорошая. Вон он как характерно поморщился, когда это услышал…
– Ладно, майор Артамонова, а начальник отдела чем занимается? Кто там у вас, напомните…
– Подполковник Кутенко Глеб Петрович. Мы совсем недавно его начальником назначили, он всего два месяца в должности. Но хочу вам сказать, справляется он очень хорошо. Прямо сейчас у меня над очень интересным его предложением аналитики работают. Очень перспективную тему он поднял. Я как раз собирался на следующей неделе лично к вам выходить по ней. Там с точки зрения идеологической обработки граждан капстран чрезвычайно интересные перспективы открываются, которые, вполне возможно, позволят нам усилить наше влияние в противодействии сторонникам оголтелой милитаризации и гонки вооружений в Европе.
– Даже так? – приятно удивился Андропов. – Ну что же, буду ждать с нетерпением. Не тяните с ним. И буквально в начале следующей недели жду также доклад сводный по двум последним докладам, что сделал Павел Ивлев перед отъездом на Кубу. Кое-что мы уже использовали, это очень хорошо, но мало ли, ещё такие же ценные идеи в голову придут.
– Будет сделано, Юрий Владимирович!
– Всё тогда, Николай Алексеевич, действуйте, не будем терять времени. Похоже, что мы и так уже слишком много его потеряли.
Выйдя от председателя, Вавилов посмотрел на часы. Так, Москва, суббота, 12:20. На Кубе минус семь часов, значит, там сейчас 5:20 утра субботы. Будь в КГБ система как в гражданских ведомствах, поручение Андропова пришлось бы отложить до понедельника, но, к счастью, в его организации никто никогда не спит, если государству нужно.
Правда, сначала ему нужно изучить этот рапорт и выбрать офицера, которого можно послать к Ивлеву. Сейчас он, придя к себе, велит помощнику поднять личные дела офицеров, которые в курсе ситуации и участвовали в слежке за ним. Учитывая, что потом этого сотрудника нужно будет в Москву перекидывать, надо избежать ситуации, когда это окажется какой-нибудь блатной болван, от которого никакого толку в его первом управлении абсолютно не будет, только вред. Ну как с Третьяковым вышло недавно… А за границей блатных много, даже слишком…
И надо же, как Андропов решил гайки с секретностью затянуть. Вавилов и не припомнит случай, чтобы он требовал после выполнения не такого сложного поручения какого-то сотрудника в Москву перекидывать из-за рубежа для сохранения дела в тайне. Это же тебе не провалившаяся вербовка иностранного специалиста с высоким риском, а достаточно бытовой разговор. Тем более Вавилов был полностью уверен, что Ивлев ответит на сделанное предложение «нет», то есть всей работы там на одну минуту. Тем более Ивлев уже второй год лекции в КГБ читает, и его уже, наверное, с сотню офицеров КГБ уверенно в лицо узнает, а еще сотни в курилках его лекции обсуждают…
А с другой стороны, ему лично это странное поручение абсолютно на руку. Это означает, что Андропов начинает ценить Ивлева гораздо больше, чем раньше, раз начал перестраховываться. А кто это сможет использовать для своего противостояния с Назаровым? Правильно, он, Вавилов. Главное, чтобы прогнозы Ивлева и дальше не давали сбоя. Обидно было бы потерять такой хороший рычаг для влияния на председателя.
Глава 19
Москва, один из ресторанов гостиницы «Россия»
Захаров пришёл в ресторан минут на пять раньше, чтобы точно не опоздать на важную встречу с серьёзным человеком. Как выяснилось, Межуев, видимо, думал точно так же, потому что уже сидел за столиком, к которому его подвели.
– Здравствуйте, Виктор Павлович, – сказал он, вставая и пожимая ему руку.
– Здравствуйте, Владимир Лазоревич, – сказал Захаров, после чего они оба сели за столик.
Подошедший официант тут же взял у них заказ, после чего немедленно исчез. Естественно, что Захаров появлялся в этом ресторане часто, и он прекрасно знал, с кем сейчас имеет дело. Да, это, конечно, определённый минус для конфиденциальности встреч, которые он проводит. Но, с другой стороны, высочайший уровень сервиса ему гарантирован, а это тоже важно, учитывая, что часто приходится встречаться с достаточно серьёзными людьми, и ничего не должно омрачать проходящую встречу.
