она головой. — Я видела его труп там… около сараев.
Если верить словам этой сумасшедшей, то один из выстрелов принадлежал бедному псу Микки. А для кого тогда предназначалась третья пуля?
— Я никого не боюсь! — ответила я и хотела было продемонстрировать свой пистолет, но сдержалась. Путь лучше думает, что я безоружна.
— Пока, Яна. Думаю, мы еще увидимся.
Она ничего не ответила, а я быстро растворилась в темноте, направившись в сторону дыры в каменной стене, через которую несколько часов назад проникла в это странное и страшное место…
* * *
Мне понадобилось примерно минут двадцать, чтобы добраться до своей машины. Освещая себе путь фонариком, я, чертыхаясь, ругаясь и проклиная все на свете, продираясь сквозь сухую крапиву и заросли кустов, наконец смогла сориентироваться и выйти на то место, где я покинула своего четырехколесного друга. Подойдя к «Ситроену», я с облегчением вздохнула — теперь нужно как можно быстрее покинуть это нехорошее место и осуществить свою задумку. Но для начала надо утолить жажду.
Открыв салон, я достала бутылку с водой и жадно присосалась к горлу. Потом смочила ладонь и с удовольствием протерла влажной ладонью по лицу. Ну вот — совсем другое дело… Теперь можно попробовать дозвониться до Мельникова. Я достала мобильный и глянула на экран — связь была, но слабая, но позвонить все равно стоило попробовать.
Андрей ответил только после шестого гудка:
— Татьяна… Что там у тебя за пожар? Ты забыла, что я с ребятами сегодня на даче, банька, шашлык…
— Андрюш, я помню, извини, что отрываю тебя от твоего отдыха, но ситуация такая, что без твоей помощи никак…
— Ну, рассказывай, мать, во что ты вляпалась в этот раз, — обреченно отозвался Мельников, приготовившись внимательно меня слушать.
Я, как могла, по-быстрому обрисовала Андрею всю ситуацию, упуская ненужные для него подробности — только суть. Наше общение порой прерывалось из-за плохой связи, но после примерно пятиминутного разговора Андрей смачно выругался в трубку.
— Иванова, почему я не удивлен! Там, где ты, обязательно будет труп! В какое дерьмо ты вляпалась в этот раз?
— Я бы сама хотела это знать…
— Так, ладно… я понял тебя! — Нотки в голосе Андрея приобрели деловой тон. — Сейчас свяжусь с кем надо и попробуем направить группу в это злачное место и навести там основательный шухер. Ты можешь скинуть мне локацию?
— Сейчас нет. Интернет не ловит, но я смогу это сделать позже, когда буду рядом с городом.
— Ты собираешься в Красноармейск?
— Да. Сидеть в этом злачном месте в темном лесу у меня нет никакого желания. В общем, будем на связи… Андрей, ты слышишь меня?
Вот черт, связь снова прервалась. Но я уже не стала перезванивать, ибо основную суть передать мне удалось. Я убрала телефон в карман и прислушалась. Атмосфера темного леса действовала на меня угнетающе и возбуждала мое и без того бурное воображение. Показалось, или рядом в деревьях кто-то зашевелился, а с другой стороны из темноты на меня зыркнули два зеленых глаза. Может, какой зверь… Я поежилась и быстро завела двигатель, включив фары и осветив темное пространство перед собой.
«Он рядом… тебе может грозить опасность…»
Я стряхнула с себя оцепенение. Не все с тобой так просто, странная девушка по имени Яна. Пока ты здесь, я наведаюсь в твой большой дом — что-то мне подсказывало, что я могу там обнаружить для себя нечто интересное. А если дома окажется твой отец, то я с удовольствием с ним пообщаюсь.
«Генерал приехал… И его дочь здесь…»
«Тебе грозит опасность… В этот раз он заберет третью блондинку… Это можешь быть ты…»
«Три блондинки».
Я потерла виски и взялась за руль, чтобы слегка развернуться и сдать назад. Но тут произошло непредвиденное…
Моя машина словно не слушалась меня, ее вело в сторону, и руль не хотел прокручиваться. Хм?.. Я заглушила двигатель, потом повторила попытку, но ситуация повторилась, а это может означать только одно. О нет!.. Неужели я все же наехала на что-то острое и проколола себе колесо. Судя по тому, как вела себя машина, я предположила, что проблема с правым колесом.
Стукнув руками по рулю и выругавшись, я открыла дверь и вышла из салона, попутно включив фонарик. Осветила им колесо — так и есть, оно было безнадежно спущено. Внимательно осветив поверхность шины, я с ужасом для себя обнаружила, что в колесе было повреждение от пули — уж я-то знала, как выглядят подобные «раны».
— Дьявол! — Я сплюнула на землю. — Так вот для кого предназначалась третья пуля.
Сначала выстрелили в Степана Петровича.
Потом пристрелили пса Микки (или Викки — я уже не помню), и опять же это со слов Яны.
А третий выстрел предназначался для колеса моей машины. Интересно…
Получается, что кто-то знал, что моя машина где-то в кустах, либо просто догадался об этом и решил лишить меня средства передвижения. С какой целью? Что за игру вы тут затеяли в кошки-мышки? Значит, кому-то надо, чтобы я осталась без средств к передвижению или…
Меня охватила такая злость, что я пнула ногой ни в чем не повинное сдутое простреленное колесо моей машины.
— Прости меня, моя ласточка. — Я погладила капот своего «Ситроена». — Я за тобой еще приду и обязательно вылечу тебя. А того, кто это сделал, ждет большое наказание.
Меня уже не пугали ночные лесные звуки и вся эта окружающая атмосфера «библейской ночи». Хотя, признаться честно, на какой-то миг я действительно ощутила себя песчинкой в этом большом безграничном мире.
— Сейчас я вам устрою песчинку! Вы еще не знаете, с кем связались, — сквозь зубы процедила я и, проверив всю свою боевую комплектацию, заблокировала машину и отправилась обратно в ту сторону, откуда недавно пришла, освещая путь фонариком, а в левой руке сжимая пистолет. Не хочет меня отпускать это таинственное и страшное место, ну что ж…
Примерный сценарий дальнейших событий предугадать было несложно, в конце концов, я не наивная глупая дурочка, которая впервые попала в подобную ситуацию. Поэтому решительно направилась в сторону заброшенного монастыря, только не к тому месту, где я его покинула, а к главному входу, идя по нормальной дороге — хватит с меня
