нигде не было видно. Возможно, пьет чай в буфете в компании дипломатов своей родной Азелии.
Ничего оскорбительного или обидного Рональд ей не сказал, ему себя упрекнуть не в чем. Он был честен с принцессой. Король Азелии Илларион Великолепный без труда найдет подходящую партию для дочери в другом королевстве. Принцесса не ищет любви, так что проблем с браком у нее не будет. Рональду было немного жаль Бенедикту. Гордыня до добра не доводит, самоуверенность тоже, но вряд ли принцесса сделает правильные выводы.
Полная луна безразлично смотрела с неба на укутанный снегом город. Яркие звезды горели на темном небе, обещая ясное морозное утро. Город остался позади, дракон пролетел над темным лесом, сделал круг, вернулся к серебрившейся в лунном свете замерзшей реке.
В окнах сторожевых башен полуразрушенной старинной городской стены горели огоньки – стража по-прежнему использовала их для своих нужд. В одной из башен содержали заключенных под стражу за небольшие правонарушения, в другой находился арсенал полиции.
Рональд снова полетал над городом. На улицах появились первые прохожие, спешащие по делам, мерно покачивались груженые повозки, ремесленники начали открывать мастерские и лавочки.
Наконец часы на ратуше пробили шесть утра. Дракон сделал еще один круг над городом и спустился к кофейне.
Из кухонной трубы уже шел легкий дымок и пахло выпечкой. Ариана или ее помощники начали трудовой день. Рональд принял человеческий облик и тихонько постучал в окно.
– Рон, чего так рано? – Филипп подавил зевоту и пропустил Бриана на кухню.
– Ариана еще не проснулась? – Рон потер замерзшие ладони, наслаждаясь теплом после ночного холода.
– Сейчас спустится. А что это ты так вырядился? – сощурился Филипп. – Дорогой костюм, шелк, кружева, – Филипп пальцем поддел жабо на рубашке Бриана. – А чего черный как смоль? Умер кто-то?
– Нет, все живы-здоровы.
– Тебя по службе повысили? – не отставал Филипп.
– Да, – отмахнулся от него Рональд. – Вот, справил себе новый костюм.
И снова он врет. Но не может же Бриан сначала открыться Филиппу, а уж потом Ариане?
С подоконника соскочил Маркус, которого Рональд до этого не заметил.
– Раненько вы пришли, милорд, – промяукал кот, потягиваясь и зевая.
– Милорд? Почему ты так называешь Рона? – Филипп уставился на Маркуса.
– Потом объясню, – отмахнулся кот.
– Где твоя серьга? – Рональд погладил кота по голове и почесал загривок.
– Вот, – Маркус приподнял цепочку. – На ухе тяжело носить, повесил рядом с гербом. Можно такую же, но немного полегче? Чтобы в ухе все-таки что-то блестело. Можно без жемчужины. Небольшой бриллиант меня вполне устроит.
– Поищем, – пообещал Рональд.
Он понятия не имел, что скажет Ариане, как начнет разговор. И вообще, на кухне при посторонних объясняться с девушкой ему совсем не хотелось. Маркус словно прочитал его мысли:
– Пойдемте в гостиную, милорд, – предложил кот. – Подождете Ариану там. Филипп, будь добр, приготовь чашечку кофе, а мне настой валерианы. Подозреваю, мне это будет не лишним.
– Так почему все-таки он «милорд»? – не отставал Филипп.
– Потому что! – отрезал Маркус. – Сказал же – потом объясню. Подай кофе и возвращайся к работе. Не задавай лишних вопросов. Работай, работай, скоро придут заказчики, а у нас конь не валялся!
В гостиной было прохладно, камин еще не затопили. Рональд положил дрова, попытался разжечь их с помощью спичек и хвороста, но огонь занимался медленно.
– Позвать Филиппа, милорд? – почтительно поинтересовался кот.
– Нет, вроде начинает разгораться, – огонь медленно лизал поленья.
Даже огонь в камине для Рональда разжечь целая проблема. Ничего он толком не умеет. Хотелось обратиться в дракона и дыхнуть пламенем. Но так можно натворить бед и запалить не только дрова, но и весь дом.
Тихо скрипнула дверь, Филипп поставил на столик чашечку кофе и блюдце в валериановым настоем.
– Думаешь, она сильно разозлится, когда все узнает? – огонь в камине наконец разгорелся и Рональд сел на диван. Залпом выпил кофе.
– Я замолвлю словечко за вас словечко, ваша светлость, – пообещал Маркус.
– Я бы предпочел поговорить с Арианой наедине.
– Понятно, – обиделся кот и сердито залакал настойку. С ней он расправился быстро. – Ладно, понадоблюсь – зовите, я буду на кухне, – кот распушил хвост и с достоинством покинул комнату.
Никогда Рональд так не волновался, как сейчас. Он мерил шагами крохотную гостиную, то заглядывал в окно, за которым медленно и лениво загорался рассвет, то рассматривал настенные тарелки, висевшие над камином.
– Милорд, метта Ариана подойдет через две минуты! – торжественно провозгласил Филипп, заглядывая в гостиную. – И простите, что я иногда бывал с вами груб. Я же не знал, что вы герцог Рональд Бриан. Маркус мне все рассказал. Еще раз прошу простить меня, ваша светлость.
Глава 49
Тихо открылась дверь, в гостиную вошла Ариана. Из-за дверного косяка выглянула любопытная физиономия Маркуса. Ариана смотрела на Рональда, и он не мог понять – сильно злиться она на него или нет, ее лицо было спокойно и это настораживало. Девушка плотно закрыла дверь, дошла до середины гостиной, остановилась перед Рональдом и присела в реверансе:
– Приветствую вас, ваше светлость.
– Доброе утро, – вздохнул Бриан. Конечно, Ариана все поняла и уже давно. Она просто немного подыгрывала ему.
– Ваша светлость изволила принять первоначальный облик? – усмехнулась Ариана. – Бороду и усы легко отклеили?
– Ариана, мне надо многое сказать тебе… – начал Рональд.
– Зачем, милорд? Игра окончена, вы отлично провели время, окунулись в жизнь простых горожан, почерпнули новые впечатления. Я очень благодарна вам за покровительство и за то, что пригласили меня на Зимний бал. Но я не стану управляющей вашей пекарни.
– Вообще-то пекарня не моя, а Маркуса, – пожал плечами Рональд.
– О чем вы, милорд? – глаза Арианы удивленно округлились.
– Я знал, что ты не примешь от меня такой дорогой подарок и подарил пекарню Маркусу. А он желает видеть тебя управляющей. Так что этот вопрос решай теперь с ним.
– Продолжаете играть, ваша светлость? – усмехнулась Ариана, нервно поправив волосы. Она заметно волновалась. И ее волнение передавалось Рональду.
– Нет. Я никогда не играл с тобой. Просто я не хотел, чтобы наша дружба прекратилась, едва начавшись. Сядь, и послушай, что я скажу. Мне кажется, я имею право просить тебя об этом.
– Конечно, милорд. Вы же вытащили мою кофейню из дыры, оказали покровительство и были бесконечно добры, – иронично заметила девушка.
Рональд опустился в кресло, Ариана продолжала стоять.
– Присядь, – кивнул он ей, – в ногах правды нет.
– Смею ли я сидеть в вашем присутствии, милорд? – саркастически поинтересовалась Ариана.
– Смеешь. Сядь и перестань насмехаться надо мной. Пожалуйста. – попросил Бриан.
Ариана села на край кресла, сложила руки на коленях, сплетя
