кивнул оппоненту. Надо отдать должное самообладанию воина, беспокойство было заметно только по глазам.
— Здравствуйте. — молвил он глубоким басом с хрипотцой, совершенно неуместной для его сложения.
— И Вам не хворать, уважа…
Но тот не дал договорить. На миг зажмурился и всплеснул рукой, выражая нетерпение. Да только к чему именно?
— Райнер. Можете просто Райнер.
Представляясь он извлёк откуда-то белый платочек с кружевным кантиком и расправил его несколькими взмахами. Манерными такими, аки девица. Нарочито медленными… И протёр лоб.
Этот жест, в свою очередь, вряд ли понял кто-то, кроме главаря наёмников. Батя дёрнул бровью, мол — ясно-понятно, и вернул трубку в зубы.
— Гер Зергиус, если не ошибаюсь? — продолжил Райнер, — Мы лишь хотели понять, что за странная пристань свершилась с нашей фатерлянд. Надолго ли? И всё ли в порядке с нашими людьми.
Чем дольше святоша позади толстяка слушал его учтивый тон, тем кардинальнее менялся цвет его физиономии. Макс стоял рядом и прекрасно это видел. По боевой привычке, парень старался контролировать именно чужое командование. Руки, само-собой, держал на поясе. Вроде и просто подбоченился, но на деле — укрыл ладонями рукояти пистолетов. И был готов их применить по наиболее важным целям.
— Не ошибаетесь. А ребята Ваши, так вон они — живые и здоровые. Сидят, чаи гоняют. И вообще, именно по причине здоровья и благополучия вашего народа мы сюда и прибыли. А пристань — так то да, долго ещё.
— Вот как?! И то, и другое, и третье — это зер гут!
— Райнер, я же сказал, что не нужны нам… — попытался перебить любезности святоша, но толстяк не принял спор, а лишь уверенно направился вглубь смотровой площадки:
— Очень даже нужны, гер Фридрих!
А дальше, между двумя представителями власти, кем бы они небыли, завязался ожесточённый спор на местном диалекте. Из всего их диалога были ясны разве что позиции сторон. И, кажется, всё закончилось лишь после напоминания воина церковнику о фактическом нахождении в окружении.
Наконец, одержав победу в дебатах, Райнер вернулся к Бате с неоднозначным вопросом:
— И всё же, когда точно у вас пристань заканчивается? Неделя, две? А может три? — в голосе сквозила плохо-прикрытая надежда.
— Военная тайна. — ответил старый лис и тут же не менее многозначительно добавил, — Но не скоро! Так что если супостат донимает — успеем ему кровушки попортить.
— О! Зер гут! Зер гут, гер Зергиус!
— Шайзе! — сплюнул святоша и, развернувшись на одних каблуках, а они у него были не маленькие, засеменил прочь. Может и быстрее бы пошёл, да только ряса мешала…
Впрочем, далеко не утопал. Остался с толпой пришедшего ополчения. Ещё и в сторонке так встал, мол не с ними, да руки на груди скрестил. Ух! Недовольная морда! Аки твоя девица обиженная!
Далее состоялись переговоры между старшими воеводами обеих сторон. Благо шериф, а это оказался именно он, хорошо владел общепринятым, а проскакивающие словечки на местном диалекте носили скорее связующий характер.
— И шо? Таки много копчёных к вам сюда прилетело?
Толстячок сперва не понял вопроса. Его лицо скукожилось и глазки стали совсем поросячьими. Но потом до него дошла игра слов, и он хохотнул. Да так резко, что аж хрюкнул! При этом, блестящая от пота кожа затряслась и на щеках, и на лбу, и, кажется, даже на пухленьких ладошках.
С какой стороны не посмотри — настоящий высокопоставленный чиновник! Статью — мощен, культурой блещет, да и умом бесспорно остёр!
— А бездна их знает, сколько. Они нам не докладывают. Десять-пятнадцать, может больше.
— Кораблей? — Райнер от такого предположения лишь горько усмехнулся. Тогда Батя предположил менее оптимистичный вариант, — Рот?
— Тысяч, дорогой. Тысяч. Но я же говорю — может и больше. Суда несколько раз прилетали.
— Да мать их! Откуда столько?!
— Откуда-откуда… Все внутренние орбиты, нижняя часть серединных плоскостей и мало ли, что там ещё ниже у них есть.
Наступила долгая пауза.
Батя как мог изображал всем своим видом тяжёлый мыслительный процесс. То кусал губы, то нервно стучал пальцами по доспеху, даже откровенно покачал головой. Короче, набивал себе цену.
Жиртрест же оказался непрошибаем. Просто стоял с безучастным лицом и тупо моргал своими заплывшими глазёнками. Словно бы вообще не имел отношения ни к обороне родного острова, ни к деловым переговорам с залётными вояками. Которые, по логике вещей, всеми силами нужно было разворачивать в нужное русло. Равно как и клинки всего этого воинства.
Не преуспев в этюде под названием «прозрачный намёк» Батя тяжело вздохнул:
— Ситуация не простая. Риски слишком велики… — промямлил он себе в усы и добавил, — Я с офицерским составом обсужу и продолжим беседу через пару минут.
— Йа натюрлих, майн фройнд, битте! — внезапно оживился Райнер, как будто только и ждал, когда собеседник прекратит паясничать. Затем сложил руки за спиной (на сколько это позволяла его могучая фигура) и отвернулся, мол, прогуляюсь пока в неопределённом направлении.
Командир наёмников же, оперативно собрал прямых подчинённых. Кого рукой поманил, а кому и головой мотнул. Дважды никого приглашать не пришлось, сказался целый день нудного ожидания. Поспешил даже обычно хладнокровный Кен.
— В общем, хлопцы, дело ясное, что дело тёмное… — многозначительно начал Батя.
Первым подал голос Лайонел:
— Чем же этот пирожочек так умудрился тебя озадачить?
— Ага, размечтался! Калач он тёртый, а не пирожочек.
— С хренов ли? Ох, пардон! В смысле — с херов ли?
— А ты доспехи его видал?
— Ну, дорогущие. — Лай замялся, оглянувшись на толстяка. — Явно под заказ ковались. Такие размеры в оружейных лавках точно не водятся.
— Да при чём тут это? Пластины противопульные видел?
— Ну?
— Баранки гну, бестолочь! — продолжил сдобную тему Батя.
— Я тоже приметил. — поддержал Кен. — Две штуки новые, остальные — давно на кирасе.
— Вот именно. И вся броня в царапинах. А кое-где, видно, что кузнец вмятины правил.
— Ой, всё! Вечно вы с этой вашей военщиной…
Макс украдкой рассматривал воина. Но никак не мог понять, к чему так приклепались старшие. Тыльная часть кирасы была гладенькой и отполированной до блеска. Однако стоило шерифу как-бы невзначай оглянуться, и сразу стали видны все дефекты фронтальных элементов.
Да уж! Знавала эта броня приключения… Наручи сплошь изрублены, набедренники исколоты, а нагрудник, и вовсе — мозаика из новых и старых стальных плит!
— Короче, сейчас предупредим Джоя и пойдём вместе с ними. — Батя мотнул головой на шерифа. — Этот говорит, что пустынников больше десяти тысяч и вроде как настроен нас принять. На месте посмотрим и обговорим условия. Почётные и, само-собой, выгодные. Я сомневаюсь, что такое огромное войско можно нормально обеспечить и вооружить.
