распахнул дверь и повел меня в глубь апартаментов. Вторая фрейлина пыталась что-то ему сказать, но, видя решительный настрой Олафа, побежала впереди нас к королеве.
Следом за большой гостиной, мы попали в малую, затем в странную комнату без окон, в которой и ждала королева. Эмилия сидела в глубоком кресле, а перед ней на круглом столике, разрисованном рунами, стояла прозрачная чаша, содержимое которой дымилось и плавилось, испуская сладко-горький запах. Гарольд, появившийся следом за нами, накрыл дымящую чашу другой, перекрывая запах.
- Всё сработало, ваше величество. Я же говорил, зов крови – это сильнейшая магия. Даже наследник попал под её действие, вон как девчонку защищает, - тут Гарольд хихикнул и чуть ли не подавился своим смешком, поймав гневный взгляд принца.
- Матушка, что происходит?
Эмилия, чье лицо наполовину было скрыто густой вуалью, жестом руки заставила фрейлин попятиться к выходу. Я присмотрелась к этой женщине. Ничего зловещего в её чертах не было. Русые волосы, тонкий нос, маленький аккуратный рот. Глаза были закрыты вуалью, что придавало Эмилии некую таинственность.
- Олаф, уверяю тебя, этой девочке ничего не грозит. Я просто побеседую с ней. Ты же знаешь, я проявляю участие в судьбе дочерей оступившихся, - голос у королевы был приятный. Мягкий, женственный. Но чем больше я смотрела на Эмилию, тем больше убеждалась, что вся эта мягкость и ласковость всего лишь маска. Версия Латифы, что королева ищет меня, чтобы убить уже не казалось смешной.
Гарольд тем временем прошелся по комнате, делая пассы руками. Потом унес столик с рунами, и я вдруг ощутила, что вернулась в прежнее состояние. Мы с Олафом недоуменно обменялись взглядами. И с чего я стала с ним откровенничать? Видимо и у принца появилась та же мысль, на его щеках выступили розовые пятна, выдающие смятение и смущение.
- Ступай, дорогой. Я приму тебя позже, а сейчас у нас будет душевный разговор с Катрин. Тебя ведь так зовут?- королева не повернула в мою сторону головы, но вопрос предназначался мне, и я пролепетала:
- Да, ваше величество.
Просить о помощи принца больше не хотелось. Да и что может двадцатилетний парень против королевы? Да и на лице Олафа я не заметила прежней уверенности. Он пошел к выходу, уже в дверях обернулся, бросив на меня удивленный взгляд.
А королева, сохраняя спокойствие, указала рукой в сторону:
- Садись, Катрин. Гарольд, позови Валенсию, пусть принесет напитки.
Я присела на край софы, готовая в любой момент вскочить и дать деру. Далеко я, конечно, не убегу. Но за свою жизнь я еще поборюсь. И пусть силой ведьмы пользоваться я не умею, но проредить прическу фрейлинам и оставить пару укусов на память звездочету вполне могу.
В комнату вплыла Валенсия, неся поднос с графином и бокалами. Ага, нашли дурочку. Откуда я знаю, чего вы в этот графин подсыпали? Фрейлина разлила содержимое по бокалам и поставила их на стол. Я следила за королевой. Она к своему не притронулась. Валенсия вышла, закрыв за собой двухстворчатые двери.
- Катрин, расскажи мне о себе. Кто твои родители?
Ну и как мне себя вести? Прямо в лоб королеве заявить, что я знаю о её поисках или играть в ничего не понимающую дурочку?
- Моя мама из простых. Она служит в аптекарской лавке. А про отца я ничего не знаю.
Ну не вдаваться же в подробности сложных взаимоотношений моих родителей. Здесь, наверняка, и слова такого как «развод» не знают.
- А где живет твоя мама?
- Ммм… Очень далеко отсюда. Я затрудняюсь с ответом, ваше величество.
- А как ты попала в Мейнас?
- Господин Рэсвард привез из Далийской обители. Святейшие отцы пришли к выводу, что я не представляю угрозы, и господин Рэсвард отвез меня в приют к госпоже Жаннет.
Королева чуть нахмурилась. Ага, про обитель она не знала.
- А как долго ты была в обители?
- Совсем недолго, ваше величество. Меня осмотрел целитель, потом святейший отец Винтер и отпустили.
- А в обители ты как оказалась?
- А вот этого я не помню, ваше величество. Я думаю, вам лучше у господина Рэсварда спросить. Целитель в обители сказал, что у меня шоковое состояние.
Королева изобразила улыбку.
- Мне кажется, ты очень напугана. Но тебе совершенно ничего не угрожает. Попробуй этот напиток. Сегодня ужасная духота.
Королева даже взяла свой бокал, осторожно нащупав его. Я тоже взяла свой. Поднесла к носу и понюхала: пахнет апельсином. Так и не попробовав, я поставила бокал обратно и воскликнула:
- Ммм, как вкусно!
Ну а что? Королева тоже из своего бокала пить не стала.
- Катрин, ну неужели у тебя кроме мамы нет родственников?
- Почему же? Родственники есть по маминой линии, но они далеко, там же где и мама.
- И много среди них ведьм?
- Ни одной, ваше величество. Хотя, если говорить откровенно, двоюродная тетка у меня – вот вылитая ведьма. Злющая, просто слов нет. Но бабушка говорит, что это от не сложившейся личной жизни. Мол, вышла бы замуж за мужика хорошего, не была бы злой такой.
- Но если в семье нет ведьм, от кого же ты унаследовала силу?
- Не знаю, ваше величество. Я и о силе узнала только в обители от святейшего отца Винтера.
- Но ты же понимаешь, Катрин, что ведьмина сила просто так не появляется. В твоем роду есть ведьмы, просто ты об этом не знаешь, - голос королевы становился все приторнее и все вкрадчивей. Раздражает.
- Думаете, двоюродная тетка все-таки ведьма?
Королева сжала губы. Ага, нелегко тебе, ваше величество, добренькую разыгрывать. Эмилия схватила колокольчик с чайного стола и нетерпеливо затрясла им. Тут же появилась Валенсия.
- Где Гарольд? Пусть приготовит всё необходимое.
Фрейлина бросила взгляд на стол, заметила мой полный бокал, подошла к королеве и что-то прошептала ей на ухо. Эмилия насупилась и холодно сказала:
- Это уже неважно. Зови Гарольда.
Валенсия убежала, а мне стало не по себе. Итак, королева знает, что я не пила сок. А в него определенно что-то добавили. Что они хотели сделать? Усыпить меня? Зачем?
Появившийся звездочет только усилил мои подозрения. Обуявший меня страх вкупе с буйной фантазией тут же нарисовали жуткие картинки в моем воображении. Гарольд с бензопилой наперевес и Валенсия, пьющая кровь девственницы.
- Гарольд, я не хочу больше ждать ни минуты. Отдаю тебе девчонку. Она все равно ничего не знает.
