31
Перед Трафальгарским сражением 9 октября 1805 г. на флагманском корабле Г. Нельсона «Виктори» был понят сигнал «England expects every man to do his duty» («Англия надеется, что каждый выполнит свой долг»).
32
Положение третье — «большие суда и первая полубригада миноносцев в трёхчасовой готовности к выходу в море, а вторая полубригада миноносцев в двухчасовой». Положение четвертое — «дежурная часть» (один крейсер и один дивизион миноносцев) на положении третьем, «прочий флот в 10-часовой готовности» (Приказ командующего флотом Черного моря от 9 (22) августа 1914 года № 587. — РГА ВМФ. Ф. 609. Оп. 1. Д. 846. Л. 50-66).
33
Ф. Бронзарт фон Шеллендорф был известен в России как автор книги «Служба Генерального Штаба», изданной на русском языке в 1908 г. под редакцией Н.П. Михневича.
34
Федорович Михаил Иосифович (1872-1936) — контр-адмирал (1918). Окончил Морской кадетский корпус (1892), Минный (1900) и Штурманский (1903) офицерские классы, военно-морской отдел Николаевской морской академии (1912) и ее дополнительный курс (1913). Командир миноносца «№ 213» (1904-1906), флагманский минный офицер штаба командующего Практическим отрядом Черного моря (1907-1908), командир канонерской лодки «Кубанец» (1908-1909), линейных кораблей «Император Александр III» (1914-1915) и «Евстафий» (1915-1916), начальник Воздушной дивизии Черного моря (1916-1917). В Гражданскую войну — на стороне белых в Сибири и на Дальнем востоке. В эмиграции в Китае, скончался в Шанхае. Кавалер Георгиевского оружия (1915).
35
Крепостные минные заграждения на подходах к Севастополю приблизительно из 300 гальванических мин, приводимых в опасное положение с береговых минных станций. Заграждения ставились 1-й и 2-й Севастопольскими минными крепостными минными ротами в соответствии в мобпланом Одесского военного округа после объявления мобилизации.
36
Приказ флоту о приготовлении к выходу в море, отсутствие которого традиционно интерпретируется как свидетельство воцарившейся в штабе флота «паники» или, во всяком случае, «растерянности», не имел смысла. При «положении первом», на которое флот перешел с рассветом согласно ранее отданному распоряжению, корабли были «приготовлены к бою» и имели машины прогретыми и пары во всех котлах. Для выхода в море требовался только сигнал «сняться с якоря», который, в свою очередь, мог был дан только после завершения траления фарватера. (РГА ВМФ. Ф. 609. Оп. 1. Д. 846. Л. 50.)
37
«Великий князь Константин» брал на борт 200 мин, «Великая княгиня Ксения» — 160, «Цесаревич Георгий» — 280. (Моисеев С.П. Список кораблей русского парового и броненосного флота (с 1861 по 1917 г.). М.: Воениздат, 1948. С. 455.)
38
Перечисленные в примечании 8 корабли и заградитель «Великий князь Алексей», переоборудованные из привлеченных по военно-судовой повинности пароходов РОПиТ в августе 1914 г., остались со своими прежними гражданскими командами. На эти корабли были назначены только командиры из числа офицеров Минной школы и по нескольку десятков призванных из запаса нижних чинов — минеров, рулевых и сигнальщиков.
39
При подключении к магистральному кабелю батареи «мирного назначения» (безопасной) соприкосновение корабля с миной обозначалось на минной станции электрическим звонком с указанием номера мины. Если же была введена «боевая батарея», мина в этом случае взрывалась.
40
В секретном рапорте на имя командующего VII армией от 16 (29) октября № 1001 комендант Севастопольской крепости доложил, что причиной взрыва и пожара на батарее № 16 стало «попадание одного из неприятельских снарядов» (РГА ВМФ. Ф. 609. Оп. 1. Д. 376. Л. 217). Однако данные других источников (например, наблюдения падений снарядов первых залпов «Гебена», сделанные капитаном II ранга Н.С. Чириковым) свидетельствуют, что неприятель по этой батарее не стрелял.
41
До начала военных действий на Черном море дивизионы эсминцев и миноносцев входили в состав минной дивизии под командованием контр-адмирала А.Г. Покровского. Последний начальствовал и над бригадой крейсеров, сформированной с объявлением мобилизации и также включенной в состав минной дивизии. Вскоре после начала войны с Турцией минная дивизия была разделена на самостоятельные, подчиненные непосредственно командующему флотом бригаду крейсеров (начальник бригады — контр-адмирал А.Г. Покровский) и минную бригаду (командующий под брейд-вымпелом — капитан I ранга М.П. Саблин). Тогда же были перенумерованы и дивизионы миноносцев. Ранее дивизион новых эсминцев типа «Дерзкий» именовался «нефтяным», в 1-й дивизион входили эскадренные миноносцы типов «Ж» и «3», во 2-й дивизион — типа «Лейтенант Шестаков» и в 3-й — миноносцы типа «Сокол». По новой же организации «нефтяной» дивизион стал 1-м, во 2-й дивизион были сведены достраивающиеся эсминцы типа «Счастливый», в 3-й — эскадренные миноносцы типа «Лейтенант Шестаков», в 4-й — типа «Ж», в 5-й — типа «3», в 6-й — миноносцы типа «Сокол».
42
Трубецкой Владимир Владимирович, князь (1868—1931) — контр-адмирал (1917). Окончил Морское училище (1891), курс военно-морских наук Николаевской морской академии (1904), офицер подводного плавания по первому в Российском флоте списку под водников (1907). В Русско-японскую войну командовал подводной лодкой «Сом» и вошел в историю как первый командир-подводник, атаковавший неприятеля. После войны служил на Балтике: старший офицер минного крейсера «Всадник» (1906), крейсера I ранга «Память Азова» (1906-1907), командир эсминцев «Сильный» (1907-1909), «Донской казак» (1909 — 1912). Затем в Черном море: начальник 3-го (1912-1914), затем 1-го (1914) дивизионов миноносцев. В годы мировой войны командовал 3-м (1914-1915) и 1-м (1915-1916) дивизионами миноносцев, линкором «Императрица Мария» (1916), минной бригадой Черного моря (1916-1917). Начальник Отдельной Балтийской морской дивизии (1917). Принимал участие в многочисленных боях и минных постановках, отличался хладнокровием, отвагой и инициативой. Кавалер Георгиевского оружия (1915) и ордена Св. Георгия 4-й степени (1916). Скончался в Шато-де-Тун под Парижем.
43
Подчеркнем, что атака миноносцев капитана I ранга князя В.В. Трубецкого началась по меньшей мере через 15 минут после того, как германо-турецкий крейсер, получив отпор со стороны батарей морского фронта Севастопольской крепости, прекратил огонь и начал выход из-под обстрела. Поэтому точка зрения Н.А. Монастырева, согласно которой В.В. Трубецкой своей атакой «отвлек его («Гебена». — Д. К.) внимание от города», представляется не вполне верной, как и утверждение Н.В. Новикова о том, что «Гебен» прекратил обстрел крепости, «увидя миноносцы». Исходя из взаимного расположения курсов противников приходится признать несколько надуманным и предположение о намерении неприятельского линейного крейсера «отрезать дивизион Трубецкого от базы». См.: Кап[итан] II ранга Монастырев. Краткий обзор военных действий на Черном море в начале войны // Морской сборник (Бизерта). Вып. XII (1922); Монастырев Н.А. Гибель царского флота. СПб.: Облик, 1995. С. 41; Новиков И.В. Операции флота против берега на Черном море в 1914-1917 гг. М.: Воениздат, 1937. С. 18.
44
Были убиты сигнальщик А. Велижинский, матросы 2-й статьи И. Баран и К. Щербина, кок Л. Литвинов, кочегар 1-й статьи Н. Цуркан, без вести пропавшими числились матрос 1-й статьи П. Пустовит и сигнальный боцманмат К. Данюк. Один из двоих моряков, выброшенных взрывом за борт, — кочегар Крикун — доплыл до бакана в точке «Аз», с которого был снят через два часа ледоколом «Гайдамак».
45
В воспоминаниях В.В. Безуара, состоявшего осенью 1914 г. флагманским минером отряда заградителей, приводится совершенно иная интерпретация действий 1-го дивизиона. Василий Викторович свидетельствует, что сам князь Трубецкой «постоянно возмущался» широко распространившимися описаниями своего «подвига» и утверждал, что «в действительности это не была минная атака, т.к. дивизион, обладавший скоростью на 2 узла меньше «Гебена», не мог фактически среди бела дня его атаковать». По версии В.В. Безуара, основанной якобы на высказываниях В.В. Трубецкого, последний лишь пытался «прорваться в Севастополь» мимо «Гебена», который случился у входного фарватера. Учитывая документально зафиксированные обстоятельства событий 16 (29) октября, приходится признать точку зрения В.В. Безуара несостоятельной. Да и сам В.В. Трубецкой, имевший все возможности опровергнуть устоявшийся взгляд на мотивы своих маневров перед лицом «Гебена», не сделал этого ни официальным порядком, ни в своих публикациях в эмиграции. Не обнаружено подобных откровений и в позднейших письмах князя бывшему морскому министру И.К. Григоровичу, отложившихся в коллекции Русского заграничного исторического архива (ГАРФ. Ф. р-5970. Оп. 1. Д. 116).
