стола дядя Стёпа, — как мне Вас благодарить?
— Это не меня, — тут же ответил он, — его благодарите. Он оказал большую помощь этому роду, в частности самому графу. — Родители посмотрели на меня, желая услышать подробности. — Константин, я прошу тебя сохранить в тайне, что ты сделал. Честь этого рода не должна быть попрана.
— Хорошо, я понял, — ответил я.
* * *
Через час мы начали собираться обратно. Баринов попросил меня не демонстрировать мои умения и, положив руку мне на плечо, перенес нас обратно в особняк Нарышкиных.
В моей спальне было не протолкнуться. Несколько людей фотографировали пентаграмму, ещё двое водили каким-то прибором вокруг неё.
— И долго они будут здесь работать? — спросил я Баринова.
— Сколько надо будет столько и будут, — ответил он.
Я встал у стены, не став им мешать. Баринов направился к двум агентам Тайной канцелярии, которых я узнал по служебной форме. Вокруг них стоял полог тишины. Но я прекрасно видел, как он несколько раз отвечал на телефонные звонки, а в последний раз бросил на меня пристальный взгляд.
— Значит вернулся, — услышал я голос Нарышкина-старшего.
— Захотелось родных повидать.
— Я уже в курсе, — ответил он и, осмотрев происходящий в моей спальне бардак, предложил: — Пойдём немного выпьем. Заодно дадим время прислуге подготовить тебе другую спальню. Не думаю, что они быстро здесь закончат.
Я кивнул. По изменившемуся тону я понял, что из простолюдина я превратился в ценный актив.
Мы сели на веранде, где уже стояли полулитровая бутылка виски и несколько тарелок с закусками. Прежде чем начать, Нарышкин поставил чары от прослушки.
— Не боишься, что учёные смогут разобраться как ты создаешь портал?
Я ухмыльнулся. Вроде бы вопрос звучит с беспокойством, но я прекрасно понимал, что это не так.
— Не думаю, что у них есть хоть единый шанс.
— Почему же?
— В комнате находится одноступенчатая пентаграмма… — произнёс я, после чего сделал глоток виски. И при этом давая Нарышкину время понять смысл моих слов.
— Их больше, — через несколько секунд сказал он. И я кивнул.
— Что ты хочешь за эти знания.
— Ничего, — ответил я.
— В каком смысле? Тебе же нужно покровительство. За секрет создания порталов я готов тебе его дать.
— Боюсь Вы неправильно поняли. Этот портал — не всё, чем я владею.
Он задумался.
— Ты же имеешь предрасположенность к школе смерти, я прав? — продолжал он меня прощупывать. Я вновь кивнул. Ситуация с последней нашей встречи кардинально изменилась. Теперь не у меня была роль просителя. — Я дам пропуск в родовую библиотеку, — и тут же поняв, что сказал, дополнил: — На месяц!
— И что потом? — спросил я.
— В каком смысле?
— Я научу Вас создавать порталы. Потом какой-нибудь род, — я вспомнил о ещё об одном известном роде, имеющего предрасположенность к школе смерти, — к примеру, Бессмертных, предложат Вам обмен знаниями. И так это знание распространится по всему миру. Мне не подходит Ваше предложение.
— Но с твоей смертью это знание будет утеряно навсегда!
— Вот мы и подошли к основной теме нашего разговора, — улыбнулся я. — После сегодняшнего для меня стало очевидным, что я никогда не стану своим среди дворян. НО, — чуть громче произнёс я, — это не значит, что меня всё устраивает.
— Костя, попробуй этого лобстера, — подвинул он мне тарелку. Я не стал отказываться от угощения. У ракообразного был срезан панцирь и мне осталось только подцепить мясо вилкой. Запив его виски, я стал ждать когда Нарышкин подберёт слова. — Твой портал открывает большие возможности. Однако, ты забываешь про телепортов. Твой, назовем его — навык, не уникален! Их хоть одаренных этой школой людей крайне мало, но они есть.
— Я это понимаю. Но кто сказал, что это всё, что я умею?
— Чего ты хочешь? Говори прямо. Обещаю, этот разговор останется между нами.
— Вообще-то я хотел бы чтобы этот разговор дошёл до наследников престола.
— Услышано и принято к сведению, — сказал Нарышкин.
— Графский титул, земли с населением не меньше пятидесяти тысяч, и двадцать лет покровительства императорского рода.
— А потом что? Думаешь тебе хватит этого времени, чтобы противостоять сильным родам?
— Это уже мои проблемы, — ответил я.
— А что ты предложишь взамен?
— Это я расскажу только второй и третьему наследникам.
В этот раз князь задумался очень надолго.
— А не боишься, что тебя схватят и под пытками ты расскажешь всё, что знаешь? — Я с холодом посмотрел на Нарышкина. — Не горячись. У тебя нет союзников, и хоть ты достиг немалой магической силы, но этого мало, чтобы чувствовать себя в безопасности. К тому же у тебя есть семья. О них ты подумал?
— От подкупа Вы перешли к угрозам…
— Ой, давай не будем говорить о низменности поступков. К тому же я ПОКА не собираюсь никак тебе вредить. Я благодарен тебе за спасение дочери, но ты решил поиграть в большую политику с сильными мира сего. И сейчас я стараюсь тебе объяснить возможные последствия. В любом случае, если ты будешь настаивать, я передам наследникам наш разговор. А пока я предлагаю на этом поставить точку.
* * *
Рано утром Нарышкина-старшего разбудил телефонный звонок от Баринова. Он звонил предупредить, что его вызвали в столицу, чтобы телепортировать вторую и третьего наследника.
Он поблагодарил Баринова, после чего разбудил супругу сообщив, что нужно срочно готовится к встрече высокородных гостей.
И они успели выйти во двор как раз вовремя. Баринов перенёс сразу двоих наследников.
— Ваше высочество, — поклонился Нарышкин-старший. И следом за ним повторили это действие все члены его рода.
— Князь, княжна, княжичи, — поприветствовала всех Кристина Романова. Чуть позади неё стоял её брат, Егор. Он кивнул, при этом осматривая территорию, словно стараясь что-то или кого-то найти. — Благодарим за гостеприимство, — продолжила великая княжна. — Через час в аэропорту сядет самолёт с нашими телохранителями и свитой. Будьте добры распорядитесь, чтобы их встретили. А пока их нет, прошу позаботьтесь о нас.
— Разумеется, Ваше высочество. — произнёс Нарышкин-старший, показывая княжне следовать за ним.
Великий князь Егор, заметив Наталью, подошёл к ней.
— Давно не виделись, княжна. Как Ваши дела? Слышал Вы
