class="p1">
Баринов изменился в лице. Всё, что только что сказал третий наследник, было чистой правдой. И ему было крайне неприятно слышать в каком контексте великий князь сравнивает его предка с простолюдином. — Значат ли Ваши слова, что Селезневу пожалуют дворянскую грамоту? — спросил Баринов.
— Узнаете в своё время, — отмахнулся великий князь. — Наталья, прошу прощения, что отвлёкся. Надеюсь, — слегка повернул он голову назад, чтобы позади идущий Баринов понял, что эти слова адресованы именно ему, — НАС больше никто не перебьёт. Так на чём мы остановились? Аааа, точно! Так кто же такой Селезнёв?
Нарышкина ничего не успела сказать, потому что они как раз остановились у спальни, в которой был размещён Селезнев. И сейчас все слышали, как из-за двери отчётливо доносятся женские вскрики.
— Почему мы остановились? — спросил наследник. Он словно специально делал вид, что ничего не слышит. — Ааа, — появилась на его лице ехидная улыбка. — Мы пришли! Что же мы стоим? Всё-таки невежливо заставлять ждать АЖ целого третьего наследника!
* * *
Служанку звали Марина, и она была ОЧЕНЬ горячей. Все мои мысли были направлены на неё, и когда внезапно открылась дверь, я мягко говоря офигел!
— О, кажется мы не вовремя, — произнёс молодой человек, держащий под локоть Наталью. При чём я успел заметить, что последняя постаралась убрать свою руку, но у неё ничего не вышло. Но что меня ещё больше удивило, так то, что они не закрыли за собой дверь с другой стороны, а нагло вошли внутрь!
Тем временем служанка спряталась под одеялом, и старалась не шевелиться.
— Ваше высочество, — поклонился Баринов молодому человеку, — Вам не кажется, что Наталье необязательно видеть голого мужчину?
— Ой, и впрямь! Наталья, спасибо за столь чудесную беседу, думаю теперь мы разберёмся сами. Князь, — повернулся он к Баринову, — Вас я тоже не задерживаю. — Тот хотел что-то возразить, но его собеседник продолжил. — Буду очень признателен, если Вы проводите Наталью в столовую. Я же присоединюсь к Вам, как только поговорю с этим молодым человеком.
Баринов не хотел оставлять Романова наедине с Селезнёвым. И дело не в том, что он боялся за жизнь наследника. Нет! Баринов хотел знать, чем Селезнёв будет подкупать наследника. Какими знаниями обладает Селезнёв и, главное, откуда он их получил.
Однако, стоило руке Натальи оказаться на его, он почувствовал, что девушку трясёт. Он посмотрел на её лицо, и у него создалось впечатление, что, если бы она могла, убила бы двоих людей, что сейчас находились на кровати.
Баринов предположил, что она злится за то, что Селезнёв попользовал её служанку. О том, что Наталья испытывает к простолюдину нежные чувства, не могло быть и речи.
Стоило из спальни выйти Нарышкиной и Баринову, я обмотал себя простыней, словно древнегреческий философ, и поклонился члену императорского рода.
За моей спиной тут же начала копошиться служанка. Причем я отчётливо видел, что наследник смотрит именно в её сторону, а не на меня. Судя по звукам, Марина собирала разбросанные по всей спальне вещи, после чего скрылась в ванной комнате.
— У тебя прекрасный вкус, — произнёс великий князь, и перевел взгляд на меня. — Можешь поднять голову. Смотреть на твой затылок, пока мы будем говорить, у меня нет никакого желания.
Я встал прямо. И у меня появилась возможность рассмотреть наследника. Такие ярко-голубые глаза, если хоть раз увидишь, то больше никогда не забудешь. До этого я только слышал о такой особенности членов рода Романовых. И таких людей мне ещё не приходилось встречать. Глаза удачно выделялись на фоне длинных светлых волос. По крайней мере на мой взгляд. Острые черты лица придавали аристократичности. На груди у него был жетон, указывающий что он был алмазного ранга третьего октана.
— Вы позволите мне одеться? — спросил я.
— Давай, — усмехнулся он.
Была мысль создать костяной доспех, но немного подумав решил так не делать. Вдруг наследник воспримет это как акт агрессии. В общем, мне понадобилось не больше минуты, и полностью одетый я снова стоял перед наследником.
— Присаживайся. И будь добр, подготовь артефакт, — он сделал паузу. — Гламограф. Ты вроде так его называл? — Я кивнул. — Хочу посмотреть на те вещи и события, о которых мне рассказывал Судоплатов.
— Как прикажете, — поклонился я.
— Слушай, а давай, пока мы вдвоём, притворимся, что мы старые знакомые. Зови меня Егор. А я тебя Костя. Идёт? — Честно, я завис. Просто взял и остановился на месте и широко распахнутыми глазами смотрел на наследника престола. Секунда и он начинает так заразительно смеяться, что на моих губах непроизвольно появилась улыбка. — Видел бы ты себя! — Я взял себя в руки, и стал ждать, когда принц успокоится.
В этот момент из ванной комнаты вышла уже полностью одетая служанка. Она попыталась сделать нечто похожее на книксен, после чего быстро выбежала из спальни.
— Присаживайся, — показал мне на соседнее кресло принц. — И ещё, насчёт обращения по имени я не шутил. Это сильно сократит время, которого, если быть откровенным, нам много не дадут.
— Хорошо, Егор, — внимательно следя за мимикой принца, сказал я. И не заметил, что такое обращение его хоть как-то напрягает. — Давай попробуем.
Вот только стоило мне сесть, и я тут же поймал на себе его острый взгляд.
«Сколько же масок скрывается за этим лицом?» — подумал я.
— А ты не так прост. Не каждый вчерашний крестьянин сможет так быстро перестроиться.
— У меня военный склад ума, — ни словом не соврал я. — Воспринял твоё предложение как приказ.
— Ага, как же! Даже генералы не смеют так себя вести. — Он прищурился. — На глупца ты не похож. Знаешь, мне становится очень интересно разгадать твой секрет.
— А разве он у меня есть?
— Сам-то понял, что спросил? Ты убил существо, которое играючи уничтожило небольшую армию в портале за Аризоной. — Он сделал паузу. — А давай ты покажешь мне как его убил.
Мне ничего не оставалось делать, и я активировал гламограф.
Почти час я показывал принцу события из моей жизни. Его интересовало абсолютно всё. Он даже попросил показать, как я ликвидировал польского графа Викольда Измедейского.
— Костя, скажи, зачем ты взял нерушимые клятвы, — так называли кровные клятвы, — с людей, которых ты
