посмотрел на сына. Его несказанно порадовало, что его наследник прежде всего думает о благе рода. То, что предлагал Баринов, было интересно, но рискованно. И честно, он думал, что сын будет настаивать поддержать его лучшего друга. Но к его радости ошибся.
В кабинете наступила тишина. Первым прервал молчание Судоплатов.
— Я не против этого предложения. Однако бросаться сломя голову и помогать Селезнёву не стану. Предлагаю понаблюдать за его действиями. Посмотрим, как он построит взаимоотношения с другими родами. Денег на счету у него не очень много. А вам хорошо известно, что с получением дворянского титула возникают определенные обязательства.
Все понимали, о чем говорит Судоплатов. С налогами от граждан проблем не должно возникнуть. Тут главное сразу найти нечистых на руку чиновников и повесить их. Это на время вразумит чинуш поумерить свои аппетиты. Однако, чтобы управленческая машина рода работала, нужно, особенно в первое время, неустанно следить за всем самому. Или поручить это дело надёжным и имеющим соответствующие знания и навыки людям. Кадры решают всё. И эта фраза придумана не для красного словца.
Если на кормление Селезнёву отдадут небольшой город, то в принципе он должен был бы справиться. Однако, как это сделать, если раз в пять месяцев каждый род, имеющий земельные наделы, обязан направлять военизированное подразделение к Уральскому порталу. А для этого нужно много денег. Очень много! Техника стоит очень дорого. Именно поэтому каждый великий род строит свои собственные заводы. Чертежи самых удачных военных моделей можно купить в Императорской канцелярии, как и патент на двадцать пять лет, но опять же нужны очень большие деньги!
И было крайне сложно поверить, что Романовы помогут ему ими. А если помогут, тогда возникал не менее важный вопрос. Что Селезнёв может предложить ТАКОГО, чтобы императорский род пошёл на такие траты⁈
С предложением Судоплатова согласились Нарышкины. И Баринову ничего не оставалось, как принять решение большинства. Без их поддержки он не сможет убедить отца.
* * *
Ближе к вечеру мне на телефон пришло сообщение. Телефон был неизвестен, однако на аватарке стояла фотография Романовой Кристины.
«Как насчёт прогуляться?»
Откровенно говоря, я подумал, что это какой-то глупый розыгрыш. И прочитав сообщение, решил проигнорировать его.
Не прошло и десяти минут, как с этого же номера мне кто-то позвонил.
— Костя, — послышался недовольный голос принцессы, — мне крайне сложно представить кому ты молишься, раз смеешь игнорировать мои сообщения!
— Ваше высочество? — удивился я. — Это правда Вы?
— Что за глупый… Аааа, понятно. Ты подумал, что это обман и кто-то решил над тобой подшутить. Я права?
— Всё верно, — ответил я.
— У тебя десять минут. Спускайся в гостиную, мы будем ждать тебя в гостиной. Всё понял?
— Да, Ваше высочество.
— Вот и отлично.
Разумеется, я спустился вниз в три раза быстрее отведенного срока. Слуги открыли передо мной дверь, и я увидел сидящих в гостиной троих девушек. Наталья, Екатерина и Кристина были одеты по-простому. Вернее, не так. На них не было платьев или строгих костюмов. Джинсы, кроссовки, свободные футболки и распущенные волосы. И честно, только большое самообладание позволило мне не стоять перед ними с отвисшей челюстью.
— Так, — произнесла Романова. — Я же говорила, что он явится самым первым. — И уже мне. — Долго ты будешь стоять столбом?
— Прошу простить. Сложно оторваться от вашей красоты.
На меня уставились три пары глаз. Наталья и Екатерина слегка покосились на Романову, словно ожидая её реакции на комплимент.
— Ладно, — начала произносить она, как в дверях показались Иван Нарышкин, Станислав Баринов и третий наследник. Судя по их лицам, было видно, что они уже начали что-то праздновать. Но услышав конец фразы принцессы, улыбки стерлись с их лиц. — Вижу, что с тобой будет не так уж и скучно. Сегодня ты сопровождаешь меня.
— Сестра… — успел произнести Егор, как был перебит.
— Это моё желание! На этой неделе ему пожалуют графский титул. И вообще, я принцесса! Вторая наследница. Что хочу, то и делаю.
— Вряд ли отец…- вновь попробовал брат вразумить Кристину.
— Егор, помолчи, или мы поругаемся. Я в кои-то веки хочу провести хорошо время. Едем в ресторан, потом в клуб, потом… а потом посмотрим.
Я в этот момент словно дышать перестал. На мне скрестились взгляды всех присутствующих, и ни один из них не сулил мне ничего хорошего. Ну, если не считать принцессы. Хотяяя, Павлова на меня ехидно смотрит. Похоже её вся эта ситуация забавляет.
На крыльце нас ждало три машины. Принцесса положила мне руку на локоть и вместе со мной подошла к первой.
— Если вы не против, — обратилась она к остальным, — я хочу поехать с Константином одна.
Екатерину сопровождали Нарышкин и Баринов. Последний бросал многозначительные взгляды на Наталью. Но та делала вид, что этого не замечает. Она словно специально посильнее прижималась к принцу, а тот не знал, как себя вести. В общем, незавидная доля выпала третьему наследнику.
Спорить никто не стал. Во второй машине поехал принц с Нарышкиной, а в третьей все остальные.
Стоило нам сесть, как принцесса нажала на клавиши, и нас от водителя и телохранителей отделила перегородка, и заиграла негромкая музыка.
— У тебя наверняка есть вопросы? — спросила она.
— Зачем Вы меня позвали?
— Ну на него ответить проще всего. — Она посмотрела в окно, за которым открывался чудесный вид на реку Исеть, и алое закатное солнце уходило за горизонт. — Потому что я так хочу. У меня много работы, и иногда так хочется забыться и побыть обычной девушкой. Учитывая, где ты проходил обучение, наверняка знаешь какой школой одарена императорская семья. — Я кивнул. — Пока наш род не захватил престол, магию крови недооценивали. А ведь с её помощью, даже со слабым рангом, можно почувствовать врёт ли тебе человек, блокировать ментальную атаку, заблокировать поступление крови в отдельную часть мозга и лишить его рассудка или лишить человека жизни, так что никто не сможет доказать, что это убийство. — Ненадолго она погрузилась в свои мысли. — Я хочу сказать, что не чувствую в тебе лжи. Недосказанность, да. Но лжи нет.
— И только из-за этого?
— Слушай, мы просто идём отдохнуть, а не под венец! Ты слишком много смысла придаешь моим словам. — Она прищурилась. — Надеюсь, ты не нафантазировал себе невесть что?
Я хорошо
