С точки зрения их рациона каланы почти целиком зависят от морского бентоса — так океанологи называют совокупность жизненных форм, которые ведут прикрепленный или бродячий образ жизни на морском дне. Однако каланы Амчитки и в этом смысле являются исключением: значительную часть их каждодневной порции еды составляют пелагические рыбы (живущие в толще воды).
Зоологи, которые вскрывают желудки каланов (что допустимо, когда они имеют дело с случайными трупами животных, но непростительно, если для этого надо убивать зверей), находят там, в различных соотношениях, более или менее переваренных представителей всех групп морских животных: полихет (нереисов, пескожилов), моллюсков (хитонов, морских блюдечек, турбинид, сердцевидок, венерид, мидий, кальмаров, осьминогов…), иглокожих (морских звезд, змеехвосток, ежей, голотурий), ракообразных (креветок, раков-отшельников, крабов), хордовых (оболочников), рыб (камбал, макрелей, рыб-шаров, икру рыб…).
На Амчитке д-р К. В. Кеньон установил следующие соотношения этих групп: иглокожие и в особенности зеленые морские ежи (Strongylocentrotus droebachiensis) — 37 %; моллюски — 31 %; рыбы (особенно рыбы-шары) — 22 % (эта последняя фракция — исключительная, так как калан плохо приспособлен к ловле рыбы, которую он не может схватить так, как это делают тюлени и котики); ракообразные — 7 %; полихеты — 2 %; хордовые — 1 %.
В Калифорнии, по сведениям нашего друга профессора Джудсона Е. Вандевера, каланы употребляют в пишу не менее 21 вида различных животных, а совсем не один или два, как считали недавно.
Выйдя из воды, калан осторожно обсушивает свой мех.Топорок ошибся, слетев со скалы, и угодил в нашу сеть.
Основной компонент питания — это моллюски (71 %), затем идут ракообразные (13 %) и иглокожие (7 %), в то время как различные „другие“ (полихеты, хордовые…) составляют всего лишь 9 % всей пищи. Внутри главенствующей группы моллюсков установлен следующий последовательный порядок: брюхоногие (турбиниды — Tegula montereyi; красное морское ухо — Haliotis rufescens; черное морское ухо — Haliotis cracherodii), затем хитоны, затем двустворчатые моллюски (калифорнийская мидия — Mytilus californianus, венерида — Tresus nuttalii), наконец головоногие (опалесцирующий кальмар — Loligo opalescens).
Все эти уточнения приведены для того, чтобы подчеркнуть, как широк спектр питания животных и сколь мало осведомлены (или недобросовестны) те, кто считает каланов основными хищниками на банках моллюсков, принадлежащих человеку…
Кроме того, в желудках каланов были обнаружены обрывки келпа (но непереваренные). Были извлечены также (зимой, в период бескормицы) остатки таких птиц, как топорок, глупыш и баклан. Все это не считая десятков мелких камешков, называемых гастролитами, которые обнаружены также у тюленей и котиков, но функция которых неясна — то ли они помогают размягчению пищи, то ли перетиранию ее.
Калан ныряет отнюдь неплохо, хотя его возможности и не идут ни в какое сравнение с таковыми тюленей и китообразных. Абсолютный рекорд погружения для этого животного составляет около 50 брассов (90 метров), по крайней мере если верить охотнику XIX века. Максимальная продолжительность погружения не превосходит 6 минут у взрослого — это даже очень неплохо. Но немедленное повторение погружения кажется все же невозможным. Одна самка, преследуемая лодкой, нырнула 13 раз подряд, но минуты на две (в среднем), максимум времени погружения достиг 4 минут.
В нормальных условиях, то есть когда поиски пищи происходят на глубине от 10 до 25 метров, каждое погружение длится примерно минуту у самок и полторы минуты у самцов — но первые ныряют чаще. Эту разницу в ритме и времени погружения объясняют тем, что самцы съедают пойманную рыбу тут же, под водой, или что они достают объекты, которые труднее добыть. Мне это кажется весьма сомнительным.
Чтобы распознать животное, которое годится ему в пищу, калан полагается на свое зрение (острое), на свое обоняние (неважное) и свои „усы“-вибриссы, коих у него 150. Прикосновение этими органами осязания к добыче дает им очень точные сведения. В зоологических садах каланы предпочитают мидий: на дно бассейна, наполненного мутной водой, среди 200 мелких крабов и камней было положено 4 мидии, и каланам потребовалось всего несколько секунд для того, чтобы разыскать моллюсков.
Но что действительно потрясает и удивляет у каланов, так это то, как они действуют своими „руками“.
Прежде всего они используют их как органы чувств. Сюзи, самка, которая содержалась в Вудлендском зоопарке, ослепнув, без всякого труда отыскивала еду в своем бассейне, ощупывая его дно пальцами.
Передние лапы каланов также служат им для добывания пищи, в том числе и для ловли рыб.
Чтобы оторвать ото дна прочно заякоренную раковину, калан должен приложить значительное усилие. Когда же силы бицепсов не хватает, чтобы отделить „обед“ от скал или песка, животное вооружается камнем побольше. Это уже рабочий инструмент…
Калан не ныряет каждый раз за одной раковиной, одним морским ежом или за рыбой, которую он заметил: он складывает свою добычу под водой, по мере сбора, в складку кожи, которая располагается у него под левой лапой — он наполняет ее только после того, как полон карман под правой лапой. [34] Однажды, когда один самец поднимался на поверхность, нагруженный запасами, он был атакован охотниками. Они преследовали его в течение двух часов, но в конце концов животное ускользнуло от погони; затем оно улеглось на спину и спокойно извлекло обед из своего левого кармана: оно и не помышляло избавиться от него!
Другой калан — на этот раз пойманный, успел собрать в свой подмышечный мешок по меньшей мере 18 моллюсков-сердцевидок диаметром 3–4 сантиметра, на 19-м моллюске — сам стал добычей…
За столом, как римляне
Калан принимается за еду только на поверхности. Под водой он почти никогда не начинает есть: он может решиться на это лишь в совершенно необычных условиях опыта. Например, когда предназначенных для калана рыбу или краба со снятым панцирем помещают в рыболовную сеть.
Отмечалось, правда, что калан берет пищу на суше, но этими наблюдениями можно пренебречь. Хотя в неволе калан и отыскивает себе пищу на берегу — но поедать ее он всегда идет в бассейн. Если ему перерезать дорогу в эту жидкую среду, он впадает в жестокий стресс — это очень страшная и долговременная травма.
Приняв свою излюбленную позу — зрелище исключительное, — то есть лежа, как древние римляне, но, в отличие от них, на спине, животное достает из подмышечного кармана закуску, обед и десерт, которые оно само выбрало по своему вкусу на дне океана.
