Принимать ласки от любимой женщины не менее приятно, чем брать самому. Даже ценнее, потому что она сама захотела.
— Ты решила научиться делать минет?
— Захотелось сделать тебе приятное, — смотрю в раскрасневшееся лицо, целую в губы.
— Спасибо. Мне очень понравилось.
— Странно… но мне тоже, — ещё одно признание.
Лика прячет лицо на моей груди, носом прижимается к шее.
— Но это не значит, что я буду делать это каждый день.
— Я не заставляю. Как сама захочешь.
— А сколько времени?
Смотри на часы.
— Почти двенадцать.
— Уже? Надо вставать. Столько дел ещё впереди. Я хотела кроватку выбрать.
— Ты так и не хочешь узнать пол нашего ребёнка?
— Нет. Пусть сюрприз будет для всех.
Эпилог
Жму педаль газа осторожно, но всё равно немного не рассчитываю, и машина резко дёргается, словно ей передалось моё нетерпение.
Блин, Лика, возьми себя в руки. Как говорил Рамиль, лучше медленно и живой, чем быстро и мёртвой.
Ещё не хватало в аварию попасть, он тогда мне вообще больше не разрешит за руль сесть.
Делаю глубокий вдох, выдох и снова пробую тронуться с места. В этот раз всё проходит гладко. Теперь главное — успеть вовремя. Торт, который я заказала на тридцатипятилетие мужа, стоит на заднем сидении. Я специально заказала его втихушку от мужа, хотя наш клубный повар расстроится, что я не доверила ему это дело. Но я не хотела, чтобы Рамиль раньше времени увидел торжество, которое я готовила ему уже несколько недель.
Он мне как-то ночью признался, что мама редко праздновала его дни рождения. И, естественно, после того признания мне захотелось всё исправить. Я разослала всем приглашения, попросила наших ребят из клуба помочь и украсить зал. Девочки-танцовщицы, даже обещали новый танец придумать. Огромный торт, как кульминацию вечера, должны будут подать в конце, потому что он хранит тайну — пол нашего ребёнка. Пока я и сама не знаю. Конверт с результатом передала кондитеру и попросила мне об этом не говорить.
Осталось только довезти его в целости и сохранности, что я пытаюсь сделать. Еду медленно, правила не нарушаю, в повороты вписываюсь.
Малыш неожиданно бьёт ногой в живот.
— Да, сейчас, сейчас. Скоро приедем, — успокаиваю его. Вредина маленький растет. Матвей был намного спокойнее. Хотя я очень нервничала и переживала. Боялась, что это ему передастся, но, слава богу, он, как был спокойным, пока в животе сидел, таким остался. ЗАто второй явно будет соревноваться за звание — шило в попе. Постоянно крутится, вертится, то как звёздочка раскинется, и, кажется, что меня разорвёт, то упрёт в рёбра, даже вздохнуть не могу. Если будет девочка, я пообещала Рамилю назвать её Юлой. Хотя он уже выбрал имена: Василиса и Лев. Не знаю почему, он мне это никак не объяснил, но я очень надеюсь, что будет дочь. Не лежит у меня душа к сыну с именем Лев.
И снова толчок. В этот раз в мочевой, и мне резко хочется в туалет. Надо как-то вытерпеть, осталось уже немного. Ещё один поворот, и будет наш клуб. Надеюсь, у нас всё готово. За подготовкой зала должна была проследить Ася, я её тоже подключила к подготовке. Вот только я до сих пор сижу в машине, в огромном худи из-за чего похожа на колобка.
Набрала за эту беременность килограмм десять, И хоть Рамиль говорит, что это даже незаметно, я всё равно чувствую себя большой и круглой. Очень долго выбирала платье для празднества, в итоге остановилась на чёрном, свободного кроя.
Припарковываюсь на стоянке. И насколько могу, быстро иду к клубу, позвать парней, чтобы торт вынесли из машины.
Зал уже украшен. Бордовыми портьерами и лентами. На мини-сцене, где всегда выступали девочки-танцовщицы, теперь всё оформлено магически-волшебном стиле. Я просто решила оформить зал в стиле циркового шоу начала двадцатого века, с акробатами и фокусниками. Но без клоунов. Терпеть не могу клоунов.
За последние полгода я понемногу узнавала мужа, каждую деталь о его детстве собирала в памяти. И в разговоре с Матвеем Рамиль как-то обронил фразу, про то, что в детстве мечтал быть фокусником. Не знаю, правильно ли я делаю, что решила вот это всё втихушку организовать. И может, надо было нанять дорогой ресторан и созвать элитных гостей туда. Но интуиция подсказывала, что Рамиль не особо жалует пафос и богатство. И он будет больше рад домашней обстановке в кругу семьи.
— Лика, у тебя всё хорошо? — спрашивает Ратмир.
Оборачиваюсь и столбенею. Господи, как он хорошо в образе настоящего цыгана. Я его попросила выступить с номером метания ножей, и он, узнав о моей задумке, сразу же согласился.
— У меня всё отлично. А ты хорош. Хоть в фильме тебя снимай.
Цыган усмехается.
— Это ты ещё Добрыню не видела.
— Ой, точно. А где он?
— В подсобке. Матерится.
— Сильно?
Опускаю смущённо глаза.
— Сказал, если бы не твоя беременность, ни за что в это трико не влез бы.
Едва сдерживаю смех. Ну что поделать, если силачи выступали в трико.
— Ладно, пойду поддержу его. А то вдруг передумает ещё.
В подсобке уже настоящий аншлаг. Здесь и Миша в костюме фокусника, у него выступление с картами и цилиндром. Девочки-танцовщицы, как настоящие цирковые акробатки. Из братьев Рамиля, к сожалению, никто не согласился выступить с номером. Радиона я даже просить не стала, до сих пор колени трясутся при его сдвинутых бровях, Захар был занят, Егор предложил показать трюки на мотоцикле, но в стенах клуба осуществить подобное было просто нереально, Матвей же обещал произнести отличный тост за здоровье брата. Я нисколько на них не обижена. Зато Лилия Николаевна заготовила шоу мыльных пузырей. Вот от неё я точно подобного не ожидала.
Оглядываю комнату, ищу глазами красное от злости лицо Данила, в роли силача, но не замечаю.
— А где ДАнил?
— Я тут, — раздаётся низкий голос сверху.
Как говорится, слона-то я и не приметил. Данил стоит рядом со мной, завёрнутый в плащ, из-за чего я посчитала его шторкой.
— Мне тут передали, что ты недоволен своим костюмом.
Он распахивает полы плаща и открывая взору мощное накачанное тело в полосатом трико.
— Ты считаешь, я хорошо выгляжу? — с сарказмом спрашивает Данил.
— Мне кажется, очень даже. Тебе ещё усы надо наклеить...такие, с завитушками на концах, и будешь вылитый Александр Знаменский.
— Издеваешься?
— Нет. Хочешь, фото его покажу?
Достаю телефон и быстро набираю: силач Александр Знаменский. Показываю Даниле.
— Вот видишь? Вы очень похожи. Оба сильные и с хорошо развитой
