Читаем без скачивания Ловелас. Том 4 - Илья Взоров

выражая лицом — шагнула вперед, положила руку. Маргарет, не поворачивая головы, чуть приподняла подбородок и закрыла глаза. Это идеально работало в кадре: между двумя женщинами разной расовой принадлежности и разного темперамента возникло то напряжение, которое лет через двадцать в Голливуде назовут «сапфическим» и из-за которого Леду с Этридж и Мэйплторпом будут писать монографии. Берни щёлкал затвор как пулемёт.

И в этот момент — Дэйзи сломалась.

Она сделала шаг назад, к ширме. Лицо у неё разом покраснело, и тут же побледнело. Глаза наполнились.

— Я… я не могу. Извините. Это не для меня. Я думала… я думала, это будет просто… в купальнике. Как в журнале «Лайф». Я не могу так. Я… я уйду. Простите.

В общем то все ожидаемо. Из пятерых ломается всегда «чистая девочка из хорошей семьи» — это закон жанра. Я внутренне вздохнул. Мы лишились классической блондинки, станет ли Рейчел ей заменой?

— Дэйзи. Никаких претензий. Вы пришли, попробовали, не подошло — это совершенно нормально. Давайте поблагодарим ее.

Я похлопал, остальные тоже. Вежливо так, без фанатизма. Потом я вызвал Хэнка, попросил проводить девушку на выход после того, как она переоденется. Выдал в конверте 20 баксов. Все-таки минимальную фотосъемку мы с ней провели, в портфолио наше она зайдет.

Гвинет, Сэнди, Эва и Маргарет стояли у фотофона молча. Эти не уйдут и будут с нами до последнего. Что именно станет «последним» я еще не решил. Но я точно хотел взглянуть на нагих моделей. И Берни тоже. А как хотел Ларри! Я сзади слышал его мощное сопение.

— Дамы, — сказал я, садясь обратно в кресло. — Теперь я вам сделаю деловое предложение.

Я обвёл их взглядом — каждую по очереди.

— Журнал «Ловелас» в каждом своём номере публикует один разворот обнажённой натуры. Это не порнография — это художественная фотография высочайшего уровня. Тираж журнала уже перевалил за 500 тысяч, вашу красоту увидят миллионы. По нашим оценкам каждый экземпляр Ловеласа читают до 5-ти человек! Больше чем у любого другого издания в Штатах. Мы платим высокий гонорар — пятьсот долларов за разворот, плюс ещё двести пятьдесят за обложку, если фото идет на обложку. Это столько, сколько вы получаете на своей работе за полгода. Я лично контролирую материал, Берни снимает. Все делается на условиях полной анонимности по желанию, если вы хотите псевдоним — мы вам его предоставим.

Я выдержал паузу — меня внимательно, не отрывая глаз слушали.

— Сейчас состоится фотосессия в стиле ню. Те, кто захочет стать моделями Ловеласа… им придется раздеться. Полностью. Несогласным — спасибо за пробы, мы предложим вам работу в наших новых клубах в роли коктейльной официантки. Зарплата — двести в месяц плюс чаевые.

Тишина.

Сэнди медленно посмотрела на Эву. Эва посмотрела на Гвинет. Гвинет посмотрела на Сэнди. Только Маргарет было плевать на всех. Она же первая потянула вниз лямки лифа. Спокойно обнажила грудь. Засунув руки за спину, ловко сняла топ, начала его раскачивать на пальце с усмешкой. В этот момент мне так захотелось ей засадить… Как же нас все-таки возбуждают стервозные женщины!

Глава 21

В этот момент дверь студии открылась, пороге застыла Рейчел.

Это было настолько не вовремя и одновременно настолько кинематографично, что я на секунду потерял дар речи. Девушка стояла, словно сошедшая с обложки журнала «Vogue», но совершенно растерянная. На ней был строгий, но элегантно подчеркивающий фигуру плащ из плотного габардина карамельного оттенка, из-под которого виднелся воротник скромной блузки. Её светлые волосы, уложенные аккуратными волнами, слегка растрепались от ветра. Но главным был её взгляд — огромные, круглые от ужаса и изумления глаза, устремленные прямо на обнаженных натурщиц.

В ту же секунду Рейчел резко прижала обе ладони ко рту. Густой, пунцовый румянец мгновенно залил её бледные щеки, шею и ушел куда-то вниз, под воротник блузки. Её буквально бросило в краску от этого зрелища.

— Ой… — глухо выдавила она сквозь плотно прижатые пальцы. — Мне… мне сказали, что тут кастинг… Я, кажется, последняя…

Из-за её спины тут же высунулась физиономия Хэнка. Телохранитель и по совместительству палочка-выручалочка в разных делах выглядел не менее комично. Увидев голую грудь Маргарет и замершего с открытым ртом Берни, Хэнк сделал квадратные глаза. Он активно закивал, беспомощно пожал плечами и развел руками, беззвучно артикулируя губами: «Не виноватая я, он сам пришел!».

Я среагировал первым, пока Берни не успел выдать какую-нибудь из своих фирменных пошлых шуточек, которая навсегда спугнула бы мою главную недотрогу. Поднявшись со стула, я быстрыми шагами направился к дверям, буквально на ходу перехватывая инициативу.

— Рейчел! Какая приятная неожиданность, — громко и максимально уверенно произнес я, загораживая собой обзор на обнаженных девиц. — Познакомьтесь, господа, это Рейчел. Возможно, еще одна наша модель. Давайте я все ей объясню сам.

Надо срочно взять паузу. Иначе она сбежит. Я обернулся к Берни, который уже вовсю рассматривал вошедшую взглядом профессионального ценителя женских форм.

— Берни, ты продолжай сам съемку с девушками, не отвлекайся. Время — деньги. А я пока подготовлю Рейчел, введу её в курс дела.

— О, без проблем! — ухмыльнулся фотограф — А мы тут пока настроим композицию. Девочки, вернемся к ракурсу три четверти!

Я мягко, но настойчиво взял Рейчел за локоть и увлек её вглубь студии, за широкую тяжелую ширму из плотного бархата, которая разделяла помещение на съемочные зоны. Хэнк и крутившийся рядом красный, как рак, Ларри, такой же бордовый, попытались было сунуть свой нос следом за нами, надеясь на продолжение зрелища.

— Так, джентльмены, вы пока свободны, — не оборачиваясь, бросил я через плечо.

Олсен понимающе подмигнул и утащил упирающегося Ларри за дверь. Мы остались вдвоем за ширмой. Здесь царил приятный полумрак, нарушаемый лишь отблесками софитов, пробивавшимися сквозь ткань, и теплым светом небольшой настольной лампы.

— Кит… я не знаю… — прошептала Рейчел, её голос всё еще дрожал. — Ты уверен, что мне стоит…

— Тише, тише, всё хорошо, — успокаивающе произнес я, заходя ей за спину.

Я аккуратно расстегнул верхнюю пуговицу её плаща и плавно снял его с её плеч. Под верхней одеждой скрывался настоящий шедевр, который заставил мое сердце забиться чаще. На Рейчел была тонкая шелковая блузка кремового цвета, которая мягко облегала её высокую, упругую грудь. Ткань была настолько деликатной, что сквозь нее угадывались контуры кружевного бюстгальтера. Юбка-карандаш