Спустя некоторое время, в который раз заглянув в покои лекаря и получив его встревоженный взгляд, я поспешила выяснить в чем дело.
— С нашим лордом все стабильно, — шептал мужчина, качая головой, — но вот с лордом Энекином…
Я знала почему над Алероном не висела угроза жизни — моя метка. Именно она помогла ему спастись.
— Что с Энекином? — прошептала я взволнованно в ответ. — Не хотите вы сказать…
— Он умирает, леди Халиса…, — печально произнес лекарь. — Его бедро раздроблено, связки порваны, кровь заражена, и я уже молчу про глубокие раны на горле и по всему телу, а самое страшное, что у него нет сил бороться. Его организм настолько ослаб, что поможет лишь чудо… Даже если мы очистим кровь и залечим раны, то как избавиться от осколков я не знаю. Я лекарь, но не обладаю такими умениями. Не смотрите на меня так, — печально произнес он. — Я вызвал королевского лекаря, если он сможет помочь, тогда у лорда Энекина будет в году два дня рождения…
Подошла к любимому, лежащему на кушетке и ласково провела пальцами по его едва заметной щетине. Меня грызла совесть, что отец Марика может и не открыть больше глаз, а самое страшное, что это только моя вина.
Пробыв около часа в палате, я спустилась в холл, замечая Марика, прижимающегося к Баримору.
— Марик? — позвала я ребёнка, который сильнее уткнулся лицом в бок дворецкого. Стоило мальчику услышать мой голос, как от него начал исходить страх. — Ты меня боишься?
— Ты лгала мне, — всхлипнул он. — Я верил тебе, а ты лгала…
— Скажи я тебе правду, то ты бы возненавидел меня, а я не хотела этого, — печально ответила я, чуть придвигаясь. — Я полюбила тебя, Марик. Ты стал мне дорог. Я очень боялась, что ты будешь считать меня чудовищем…
Несколько минут стояла оглушительная тишина, и я медленно шагнула назад, разворачиваясь. Было так обидно и горько, что этот малыш отвернулся от меня. Но тут слуха коснулся жалобный всхлип и голос ребенка:
— Ты не чудовище, Халиса, — обернулась, обнаруживая, как мальчик вырывается из объятий дворецкого и кидается ко мне, — ты моя самая любимая тетя!
Расставила руки в стороны, подхватывая малыша и прижимая к себе. Марик уткнулся мне в шею и заплакал.
— Папа ведь будет жить? Будет?
— Обязательно будет, — заверила я, надеясь на это всем сердцем.
Спустя час появился королевский лекарь, в сопровождении молодой девушки, которая держала увесистый чемодан и едва заметно водила по сторонам носом. Встретившись со мной взглядом, она покраснела и тут же поспешила вверх по лестнице.
— Ты же поняла, кто она? — за спиной образовался белый кот, в образе человека и главное с одетой задницей.
— Думала, что мне показалось, — хмыкнула я, наблюдая за Мариком, который сидел рядом, листая книжку.
— Поверь, не показалось, — усмехнулся мужчина в ответ. — Удивительная ты женщина. Я знаком с тобой меньше суток, но познал столько, что и всей жизни не хватило бы, не появись ты на земле оборотней…
— Нам нужно о многом поговорить…, — произнесла я.
— Нужно и обязательно поговорим, Халиса! Но не сейчас. Сейчас наши жизни зависят от того, выкарабкается ли отец этого мальчонки…
Когда Марик уснул, я поспешила в покои к мужчинам, чтобы проверить, как обстоят у них дела. Поместье почти все спало, за исключением нескольких двуликих и гвардейцев Алерона, которых я заставила вместе охранять территорию ночью.
Тихонько приоткрыла дверь и застыла на месте, наблюдая, как над шеей Энекина склонилась та самая девушка, пришедшая вместе с королевским лекарем.
— Что ты делаешь?! — рыкнула я, выпуская свою силу, от которой блондинка отпрянула в сторону, дрожа всем телом. — Решила добить бедолагу?! — шипела я, боясь нарушить сон Алерона, которому было значительно лучше.
— Что вы, леди? — взволнованно произнесла девушка, проявляя свою сущность в глазах. — Я хотела помочь… Сама не понимаю откуда взялось это желание, но как только я увидела ЕГО…, — девушка шумно сглотнула, затихая.
— То мир перестал существовать, — продолжила я, тут же успокаиваясь. Боги услышали мои молитвы. Этот мужчина спасен…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Откуда вы…, — девушка побелела лицом еще больше. — Вы же… Он же не ваш…
— О, нет-нет, — замахала я руками, улыбаясь. — Энекин брат моего супруга и судя по всему твой истинный.
— Ничего не понимаю… Мне хочется укусить его. Я едва борюсь с собой, чтобы не оставить на нем метку! Что происходит?
Девушка закрыла лицо ладонями, и я тут же поспешила к ней, обнимая.
— Это зов истинности, — шептала я, поглаживая подрагивающие плечи молоденькой оборотницы, которой было года двадцать два. — Если хочется укусить — укуси…
— Я не могу! На нем и так много ран! Он умирает! — всхлипнула блондинка, шмыгая носом. — Отец сказал, что сделать ничего нельзя. Такое вылечить невозможно…
— Отец? — приподняла я брови.
— Королевской маг, — кивнула мне в плечо блондинка.
Шутка судьбы, под носом самого короля жил оборотень, и он даже не подозревал об этом.
— Ладно, о твоих родителях чуть позже, а сейчас слушай меня. Лорд Алерон мой истинный. На нем стоит моя метка и только она помогла выжить ему. Если ты чувствуешь сердцем, что Энекин твоя судьба, то кусай не задумываясь. Ему будет больно, я не спорю, но после этого мужчина пойдет на поправку. Метка спасет его…
— Правда? — девушка чуть отстранилась, смотря на меня заплаканными глазами. — Он черный мундир. Отец всю жизнь прятал меня от них. Лорд Энекин возненавидит меня, когда узнает…
— Поверь мне, — улыбнулась я. — Если он твой истинный, то ненависти точно не будет. Давай, — подбадривала я ее, подводя к бледному мужчине, на лбу у которого выступили бисеринки пота. — Кусай…
Отошла к кровати любимого, наблюдая, как блондинка стала медленно склоняться к шее Энекина. Секунда, и комнату наполняет болезненный стон лорда и удовлетворенный девушки. Она прижалась всем телом к учащенно дышащему брату Алерона, успокаивая свои эмоции, которые сносили с ног.
— Умница, — шепнула я тихо, — останься с ним. Когда Энекин откроет глаза, пусть первой кого он увидит, будешь ты!
Эпилог
Халиса
— Да прекрати! — фыркала девушка, держа довольного Марика за руку. — Сколько можно, Энекин?!
— Любимая, но это платье делает тебя слишком неотразимой! Повсюду мужчины! Имей сочувствие к бедному мне хоть немного!
Мы стояли с Алероном чуть поодаль наблюдая данную картину с улыбкой на лицах. После того как Энекин открыл глаза и встретился взглядом с Таникой, его истинной, то сердце мужчины навсегда и бесповоротно было отдано ей. Лорд очень красиво ухаживал за ней, соблюдая все правила и законы. Как ждал целых два года, чтобы получить согласие ее отца, королевского мага, на брак. Пусть они и встречались тайно, от меня это было скрыть невозможно, так как нюх оборотня чувствовал почти все.
— Ты говоришь так про каждое из моих платьев! — улыбнулась девушка, хитро прищуриваясь. — Что же мне теперь их вообще не надевать?
— Ты… ты… ты же пошутила? — схватился руками за сердце лорд Энекин, вызывая у нас с Алерон дикий хохот. — Смейтесь, — сморщился он. — А у меня сейчас сердце остановится! Сын! Ну хоть ты ей скажи!
— Папа, Таника очень красива, ты наоборот должен гордиться этим, — важно произнес мальчик. — Моя мама просто красавица! — гордо повторил он, вздергивая подбородок.
— Спасибо, мой хороший, — расплылась в улыбке блондинка.
— Ну я так и знал, что на мою сторону никто не встанет! — хмыкнул Энекин, зыркая по сторонам на собравшихся здесь мужчин.
— Да угомонись уже, — хохотнул Алерон, подхватывая на руки нашу годовалую дочку, которая тут же принялась хлопать отца маленькими ладошками по надутым щекам, заливисто хохоча.
— Действительно, — кивнула я, — через два месяца свадьба, а ты все никак угомониться не можешь. Она твоя, Энекин и ничья более…
— Так же как и ты мой, — подтвердила Таника, ласково смотря на своего жениха.
