Королева Амелия вздрогнула при имени Рангара. Нетвердой рукой она поставила чашку с чаем и медленно поднялась на ноги. Она протянула руку. Брин и Рангар поспешили к ней, чтобы он мог взять ее костлявую руку в свою сильную.
— Рангар Барендур? Тот задумчивый мальчишка, что дулся у меня во дворце тем летом, нуждаясь в расческе?
Брин не могла сдержать смех от точности этого описания, несмотря на присутствие Мармоза.
«Может, разум королевы не так уж и пострадал, как все говорят?»
Рангар ответил на редкость с теплотой в голосе:
— Он самый, моя королева. Я с удовольствием вспоминаю то лето. Мне очень приятно вернуться и снова встретиться с вами.
Холодок пробежал по коже Брин, когда она услышала голос барона Мармоза. Глубоко вздохнув, она повернулась к нему лицом.
Он улыбнулся натянутой, жестокой улыбкой.
— Леди Брин.
— Королева Брин Барендур из Берсладена, — поправила она, а затем не удержалась и самодовольно добавила: — Эсквайр Мармоз, не так ли?
Он невесело усмехнулся, заметив ее подколку.
— Вообще-то, барон. Не то чтобы я ожидал, что вы помните. У вас было так много женихов за столь короткий срок. Должно быть, вам трудно уследить за всеми.
Рангар, услышав это, расправил плечи, но Брин быстро положила руку ему на плечо, давая понять, что справится с бароном.
— Боюсь, вы ошибаетесь, барон. — Брин повернулась к королеве Амелии и повысила голос, сохраняя, однако, спокойный тон. — Мы с бароном никогда не были официально помолвлены, ваше величество, хотя до меня доходили странные слухи, что он утверждал обратное, когда я была наследницей Мира. — она притворилась смущенной. — Не могу представить, откуда взялись такие ужасные слухи. Должно быть, вы кому-то не нравитесь, барон, раз он обвинил вас в столь неприкрытом стремлении к короне Мира.
Брови королевы Амелии нахмурились, хотя Брин не могла сказать, поняла ли женщина ее завуалированное обвинение или нет. Королева похлопала Рангара по руке, словно он был еще мальчиком, а не возвышающимся воином в короне.
— Как прошло ваше путешествие, дорогие мои? Где ты был, Деклан?
Надежды Брин рухнули. Пожилая королева была в замешательстве… она считала Рангара своим племянником, а они совсем не похожи.
После некоторого колебания Рангар сказал:
— Это было быстрое путешествие, моя королева, хотя мы были огорчены, узнав о растущем числе нападений волков-берсерков.
Королева все еще выглядела отстраненной и растерянной, и барон Мармоз воспользовался случаем, чтобы вмешаться.
— Да, собственно говоря, мы с королевой Амелией как раз говорили о проблеме чудовищных волков. Вы не первые, от кого я слышу сравнение их со зверями-берсерками из старой легенды.
— Да, — натянуто сказала Брин. — Это необычно, словно кем-то спланировано.
Барон наклонил голову, и его самодовольная улыбка исчезла. Он быстро взял себя в руки и сказал:
— В любом случае, мы с королевой Амелией согласны, что за нападениями стоит темная магия, и ее нужно остановить любыми средствами. — он преувеличенно вздохнул. — Подозреваю, что скоро во всем Эйри произойдут значительные изменения. Надеюсь, вы довольны своими магическими знаками, потому что после грандиозной встречи я сомневаюсь, что вам позволят получить еще какие-нибудь.
Брин сузила глаза, ее сердце бешено заколотилось. Этот змей добрался до королевы и уже повлиял на нее! Или, по крайней мере, ему казалось, что он склонил Амелию на свою сторону…
Королева Амелия внезапно крепко вцепилась в руку Рангара, словно ей стало дурно. Слуга, стоявший рядом, исчез, чтобы позвать на помощь, а еще через мгновение появился король Мартин. Это был седовласый человек с бледным лицом и привычкой оставлять рот открытым.
— Амелия, — озабоченно произнес он, затем посмотрел на Брин, Рангара и барона Мармоза, словно не понимая, кто эти гости в его дворце. — Пойдем, жена моя, тебе нужно отдохнуть.
Слуги двинулись выводить королеву из библиотеки, но, когда она зашагала прочь вместе с мужем, Брин почувствовала легкую панику.
— Моя королева! — сказала она, — Если бы мы могли встретиться завтра, вы и я… Наедине…
— Боюсь, ей нужен отдых перед грандиозной встречей, — настаивал король Мартин. — Но вы можете осмотреть дворец. О! Вы должны зайти в «Сенну» и попробовать жареного осьминога с рыбного рынка… такой нежный вкус и такая причудливая форма!
Надежды Брин рухнули второй раз за час. Король Мартин, казалось, обладал всем тем детским умом, о котором ее предупреждали.
«Королеве лучше поскорее назвать преемника, — подумала Брин, — потому что Амелия и Мартин уже не годятся для правления».
Барон Мармоз встал, опустив свою собаку на ковер, где она начала все обнюхивать, потягиваясь вместе с двумя другими собаками. Он самодовольно улыбнулся, выходя из библиотеки.
— Знаете, я, пожалуй, попробую этого осьминога, — томно сказал он Брин и Рангару. — У меня есть время, видите ли. Моя работа здесь уже закончена. Увидимся послезавтра на грандиозной встрече, если наши пути не пересекутся раньше.
Сжав кулаки, Брин с трудом справлялась со своим самообладанием, пока барон выходил со своей сворой собак.
Рангар положил руку ей на плечо.
— Мы прибыли слишком поздно, — мрачно прошептал он.
— Нет, — сказала Брин, стиснув челюсть. — У меня есть идея.
Глава 31
БЕКОН И КУЛАЧНЫЕ БОИ… ПОДСЛУШИВАНИЕ… ЛЕПЕСТОК, НАРЦИСС, БУТОН РОЗЫ… МАГИЧЕСКИЙ ЗНАК ВЕТРА… ЛИЦЕМЕР
Остаток дня Брин и Рангар вместе с Декланом и Филиппой осматривали дворец и приморский город Сенна, обсуждая стратегию предстоящей встречи. Поскольку барон Мармоз, казалось, уже переманил королеву Амелию на свою сторону, судьба магии в Эйри оказалась под серьезной угрозой.
Утром Брин спустилась к завтраку с твердым намерением поговорить с королевой, хоть король Мартин и сообщил им, что Амелия проведет день в одиночестве в библиотеке, отдыхая.
— Да, конечно, ей нужно беречь силы, — сочувственно сказала Брин. — Завтра, когда прибудут другие королевские семьи, будет много разговоров и волнений. Это может легко ее истощить.
Рангар, сидевший рядом с ней, молча поглощал яичницу с тостом, но барон Мармоз, сидевший напротив, цокнул языком и сказал с сарказмом:
— Как мило с вашей стороны позаботиться о ее здоровье, королева Брин.
Собака, свернувшаяся калачиком у него на коленях, попыталась стащить кусочек колбасы с тарелки барона.
— Лепесток, нет! — выругался Мармоз, опуская собаку на пол к остальным, бормоча: — Это элитные животные. Я кормлю их только фаршем из оленины или индейки. Это придает их шерсти блеск, а душе бодрость.
Маленькие собачки затявкали, выпрашивая объедки со стола, но барон заставил их замолчать.
Брин смотрела на собак, обнюхивающих друг другу спины, и с трудом думала, что слово «элитные» — правильное, независимо от того, чистокровные они или нет. Она незаметно положила кусочек бекона на салфетку, лежавшую у нее на коленях.
— И чем же вы двое займетесь сегодня? — язвительно спросил Брин и Рангар барон Мармоз. — Снова прогуляетесь по пляжам? Странный выбор времяпрепровождения, когда волки истребляют ваш народ. Сам я планирую остаться здесь, во дворце, рядом с королевой Амелией, если ей что-то понадобится.
Угроза была очевидной — он не собирался давать им шанс поговорить с королевой наедине.
Брин стиснула челюсть, борясь с гневом, подступивший к горлу. Она толкнула Рангара локтем под столом, когда тот, казалось, готов был оторвать барону голову.
Натянуто улыбнувшись, она сказала:
— Как мило с вашей стороны, барон. Собственно говоря, я тоже решила отдохнуть. Путешествие было утомительным, и мне хочется подготовиться к грандиозной встрече. Как вы сами сказали, люди умирают. Мы должны уделить этому делу все свое внимание. — она спрятала салфетку в складках юбки. — Позволите, король Мартин?
Король, чье внимание было приковано к муравью, ползающему по клубнике, едва взглянул на нее.
