Робин уже дважды опустошила свою тарелку и выпила вина; тогда же она поведала Саванне о своей жизни, которая, казалось, началась лишь с того момента, как Робин встретила Рассела. Она рассказала о нем все. О Майкле тоже. И о ребенке, которого она хотела бы иметь, пока не стало „слишком поздно". Когда же под конец она упомянула мимоходом, что работает страховым агентом, и рассказала, какие иногда ей приходят в голову идеи, оборачивающиеся миллионными доходами, Саванна пришла к выводу, что мозги у Робин начинают варить как надо только на работе.
— На бумаге все выглядит прекрасно, — пожаловалась Робин, — но больших денег я с этого не имею, стоит, наверное, поискать другую работу в компании покрупнее. Сейчас живу от зарплаты до зарплаты, даже не могу отложить денег на сиделку для отца. — „Обидно". — Она сказала это словно про себя. — И для чего я только получала диплом?
Зал понемногу заполнялся, но Глории и Бернадин по-прежнему не было. Выпив второй бокал вина, Робин вернулась к своей излюбленной теме — ее ненаглядному Расселу. Она готова была простить его интрижки.
— Что же он может поделать, если из-за его внешности на него так и вешаются? Будь я чуть-чуть более терпеливой и не дави на него так, может, он и женился бы на мне. Но раз все, значит все.
Саванна не отозвалась. Слушая всю эту ерунду, ей хотелось стукнуть Робин. Вбить бы чуть-чуть ума ей в голову. Нет, права была Бернадин: при виде штанов Робин просто делалась сама не своя.
Жалко смотреть на нее. Слишком уж она озабоченная. Но все равно Робин ей нравится, думала Саванна, потягивая коктейль. Такая живая, а еще открытая и честная и совсем не понимает, как она глуповата. И болтает без умолку. Сидя с ней тридцать пять минут, Саванна уже выкурила три сигареты.
Робин наклонилась к ней через стол.
— Обещаешь ничего не говорить Глории и Бернадин?
— Обещаю, — кивнула Саванна.
— Я в субботу оставила Рассела ночевать.
— Так ведь это никого не касается.
— Понимаешь, Бернадин говорит глупости, что Рассел просто бабник, поэтому она не поймет. А у Глории хватило ума сказать, что он тянет канитель и вовсе не хочет на мне жениться. Но она же ничего не понимает в мужчинах, у нее ничего стоящего никогда не было! Прямо ужас какой-то. Такая красивая, и чтобы так располнеть…
— Ну не каждой же иметь сороковой размер!
— Понятно, но она вполне бы могла сбросить хоть несколько килограммов. Я все еще надеюсь. — Робин откинулась назад.
— Ты о чем?
— О Расселе. Я же его просто выгнала, он не хотел уходить.
— Так что, он всю ночь оставался у тебя?
— Нет. Наутро он должен был везти мать в церковь. Послушай, ты ничего не знаешь об этих слухах… насчет Рассела, будто он живет с какой-то женщиной и у них будет ребенок?
Саванна покачала головой.
— Рассел сказал, что это неправда, — вздохнула Робин. — А после этой ночи, стыдно признаться, но я ему верю.
Саванне снова захотелось треснуть ее как следует.
— Хорошо бы он вернулся, — сказала Робин. — Я собираюсь этого добиться.
— Но почему?
— Потому что никогда не встречу второго такого, как он.
— Какого?
— Во-первых, он умеет шикарно одеваться, он самый лучший любовник из всех, что у меня были в Финиксе, он просто классный, и дети от него будут очень красивые.
Это было для Саванны уже слишком!
— Он же тебя обидел! — воскликнула она.
— Есть немного, но любой мужчина может так поступить. Думаю, он не нарочно. Он еще не окончательно повзрослел.
— И ты хочешь, чтобы он взрослел у тебя на глазах?
— Не совсем. Но, по-моему, разлука пошла ему на пользу. В нем, правда, много хорошего.
— Например? — спросила Саванна.
— Он обаятельный, и с ним весело, когда он захочет.
— А еще?
— Ну, он бесподобный любовник, у нас одинаковые вкусы, мы отлично ладим. И я его люблю.
— Слушай, Робин, а почему ты решила, что лучше не встретишь?
— Мы уже год, как расстались, а у меня всего только-то и был этот придурок Майкл.
— Робин, можешь мне объяснить, почему ты думаешь, что он захочет вернуться?
— Он же так сказал.
— И ты ему поверила?
— А почему бы нет?
У Саванны не хватило сил ответить как следует.
— Ну и что же, ты хочешь быть с мужчиной которому не можешь доверять?
— Я ему доверяю, — отозвалась Робин. — Люди не меняются. И нечего попрекать человека всю жизнь старыми ошибками.
— Верно. — Саванна слизнула соль с верхушки бокала. Какими же дурами бывают некоторые женщины! Все готовы простить мужчинам, которые о них ноги вытирают, оправдывают все их поступки и зовут их обратно, хотя те уже разбили им сердце. И это называется любовью? Это нормально? Это так они представляют себе семейную жизнь? К счастью, хоть она-то не такая. А Робин уже села на другого конька: теперь она говорила о себе.
— Надо бы сделать несколько пластических операций, чтобы все было в порядке.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, зад у меня слишком плоский, нос просто безобразный, губы слишком тонкие, а бедра и вовсе какие-то дряблые. И мешки под глазами появляются, видишь? — Робин оттянула кожу на лице.
— Ты выглядишь прекрасно.
— Но раньше-то я была красивее. Не нравится мне стареть, ой как не нравится.
„Робин все еще привлекательна", — думала Саванна. С ее-то внешностью терзать себя мыслями о своем возрасте, лице и фигуре. Единственное, что ей надо сделать, — это избавиться от завитушек и перестать пользоваться этими красными румянами — слишком уж они ярки для ее кожи.
— До того как мне стукнет тридцать шесть, я хотела бы завести ребенка, — сказала Робин. — А ты?
— Мне уже тридцать шесть, и я об этом не задумываюсь. Своих у меня точно не будет, так что с этим все ясно.
— А я бы смогла. Если бы пришлось, конечно. У тебя какой знак?
— Ты о чем? — не поняла Саванна.
— Когда у тебя день рождения?
— Четырнадцатого октября.
— Значит, ты Весы. Спокойный знак. Я хорошо лажу с Весами. Ты, конечно, не знаешь, когда твой знак входит в апогей?
— Нет. — Саванна признала свое невежество в этом вопросе.
— Но в какое время дня ты родилась, ты хотя бы знаешь?
— Да.
— Тогда я составлю твой гороскоп.
— Я не хочу, — сказала Саванна.
— Но это тебе поможет ориентироваться в жизни!
— Я и так в ней ориентируюсь. А тебе сильно помогли твои гороскопы?
Робин не ответила: в зал входили Бернадин и Глория, и тот же человек спешил им навстречу.
— Для тридцати шести лет ты выглядишь шикарно.
— Спасибо, — кивнула Саванна.
— Ты какой крем употребляешь?
