Но хотел бы в этом деле совершенствоваться.
– И где же ты мог этому научиться?
– У девчонок на уроках труда. Но в интернате не хотел светиться. Мальчишки бы засмеяли.
– А что тут такого? – поддержал меня Лёха. – Я вот, например, люблю готовить. Но если бы я там, в интернате, проявил свои желания, меня бы не поняли.
– Ладно, Саша. И что тебе для этого надо?
– Да много чего надо. Список длинный.
– Излагай!
– Первым делом нужна швейная машинка. Электрическая, с моторчиком. Лучше всего, если это будет гэдээровский «Веритас». А если есть возможность, то желателен и оверлок. Но на первых порах могу обойтись и без него.
– Да уж. Постарайся пока без него, – иронично прокомментировал Васин.
– Запасные иглы для швейной машинки, швейные иглы, напёрсток, распарыватель швов, нитковдёргиватель, ножницы портновские, ножницы по бумаге, нитки сороковка или пятидесятка, фурнитура – молнии, кнопки, клёпки, пуговицы. Сантиметр портновский… а лучше сразу два.
– Тормози, Саня! Ты ничего не забыл?
– Это ещё не всё.
– Правда? Учитывая, что ты ещё не назвал ткани, какие тебе нужны, я представляю себе, насколько длинный у тебя будет список. Ты ателье хочешь открыть?
– Нет. Только для себя и брата. Могу тёте Наталье сшить фартук для кухни. Была бы машинка, уже сегодня вечером и сшил бы.
– А выкройки?
– Для фартука я бы сам набросал. А для одежды да. Желательно иметь несколько номеров журнала «Бурда». Там, как мне сказали, очень удобные выкройки.
– Кто тебе мог рассказать про журнал мод, издающийся на немецком языке?
– Не помню. Кто-то из девчонок.
– В интернате?
– Нет. Случайно познакомились на пруду с одной девчонкой. Она там со своей подругой собаку выгуливала. Так, поболтали о том о сём. Я её спросил про куртку, думал, фирменная. А она сказала, что ей мама сшила по выкройке из журнала «Бурда». Я тогда ещё посмеялся над таким смешным названием. А она сказала, что журнал немецкий. Её папа там служил. Оттуда и привёз.
– Саша! А тебе не кажется, что у тебя всё слишком гладко получается? Там случайно, тут нечаянно…
– О чём вы, Игорь Анатольевич?
– Да так. Ни о чём…
– Кроме журналов понадобится немецко-русский словарь, чтобы переводить инструкции по шитью. Калька, чтобы снимать выкройки, длинная деревянная линейка, примерно с метр, ватман, простые карандаши, мелок для рисования на ткани…
– Стоп! Всё! Хватит на сегодня.
Васин уже не улыбался. Похоже, что я его уже достал. Ну что же. Именно этого я и добивался.
– Завтра с утра никуда не уходите. Я за вами заеду.
– А мы хотели вместе с тётей Наташей в кино сходить. Там новый фильм вышел. Советско-итальянский. «Невероятные приключения итальянцев в России». Комедия.
– В следующий раз сходите.
– Игорь Анатольевич! А можно Ане позвонить?
– Пока не стоит. Обожди! Ты всё время пытаешься бежать впереди паровоза. Из молодых, да ранних.
Он попрощался с Натальей и ушёл.
* * *
Я был доволен. Провоцируя его на эмоции, я пытался проверить границы дозволенного. Пока что понял только одно: взять нас в разработку было не его инициативой. Он бы давно нас отправил обратно, но ему приходится нас терпеть. Потому что… А вот этого «потому что» я и не знаю.
Ладно. Будет день, будет и завтра. Утро вечера не хуже.
Хорошо, что вопрос про Аню я оставил напоследок. Ещё незабвенный Штирлиц говорил, что запоминается последняя фраза.
А фильм-то этот уже вышел или нет? Не помню. Надо будет как-нибудь по-хитрому спросить у тёти Наташи.
И пора бы уже поискать в районе библиотеку. Информационный голод уже гложет.
Поужинав, я сразу же лёг спать и заснул почти мгновенно.
* * *
Сюрприз от Васина нас ожидал утром следующего дня.
Глава семнадцатая
Тащи с работы каждый гвоздь!
Ты там хозяин, а не гость.
Советская поговорка простых работяг
1974 год, 12 июня. Москва. Из Новогиреево куда-то…
Игорь снова приехал на той же «Волге», на которой нас забирали из больницы. Но водитель на этот раз был другой. Тоже молчаливый, но гораздо моложе предыдущего. И, как я понял, более любопытный. Он периодически бросал на нас с Лёхой изучающий взгляд.
К тому, что на нас, как на близнецов, обращают внимание, я уже привык. Да и сам в своём прошлом, увидев так похожих друг на друга братьев или сестёр, разглядывал их с интересом, пытаясь найти различия.
Но этот парень нас разглядывал немного по-другому. Похоже, он знает что-то, чего мы ещё не знаем. Васин не сказал, куда мы едем. А мы особо и не интересовались. Везут, и ладно… А куда привезут, там и увидим.
Вот мы и приехали. Вот ей-богу, без навигатора я это место могу потом и не найти. Вроде бы ехали по Рязанскому проспекту, потом свернули куда-то в сторону Текстилей и потерялись в каких-то переулках, между заборами предприятий, и даже проехали очень низкий путепровод под железной дорогой. Мне даже показалось, что мы можем крышей задеть нависающий над нами свод, но пронесло.
Такие места в будущем будут называть промзоной. Но сейчас на этой территории находились сразу несколько разных предприятий. И ещё какая-то автобаза рядом, судя по раздолбанной дороге и грузовикам навстречу.
Но мы подъехали к небольшому двухэтажному зданию, прислонившемуся задней стеной прямо к бетонному забору автобазы.
– А что тут такое? – спросил Лёшка.
– Увидите, – продолжал интриговать Васин.
Ну а я для себя делал помаленьку выводы. На скромной вывеске я успел прочитать слова «Цех №…», а чуть ниже была аббревиатура «ВХО». Что-то я слышал про это ВХО. Расшифровывается как Всероссийское хоровое общество. Когда я только начинал работать в уголовном розыске, кто-то из старых оперов байку рассказывал про это ВХО. То, что по всей РСФСР существовали практически на добровольных началах детские и взрослые коллективы, поющие хором, – это хорошо. И это продолжалось лет тридцать как минимум. Но примерно в восемьдесят седьмом году всё это накрылось медным тазом. Говорили, что из-за недостатка денег. Но дело было немного в другом. Под крышей этого ВХО существовало множество всяких маленьких то ли артелей, то ли кооперативов, которые делали практически всё. Значки, сценические костюмы и обувь, плакаты для музыкальных школ. Да всего и не перечислишь. Деньги шли через ВХО, как безналом, так и налом. И для всяких махинаций было множество возможностей. Похоже, что сейчас мы приехали в один из промышленных цехов этого ВХО. А судя по белеющим на входных дверях бумажкам с лиловыми печатями, кого-то тут
