это при том, что именно наш клан на данный момент нуждается больше всех в одарённых! Мы входим в тройку самых богатых кланов Российской империи, но при этом почему-то не можем позволить себе выделить достаточно средств на найм одарённых? Я ещё могу понять, когда люди уходят к Юсуповым и Романовым, но когда нам предпочитают Хованских и Татищевых — этого я понять не могу! Они перехватили у вас четырёх юношей, предложив им контракты до пятидесяти тысяч рублей в год каждому. С каких пор мы не можем себе позволить себе контракт на подобную сумму, скажите мне, пожалуйста?
— Да обойдутся эти молокососы, что бы по пятьдесят тысяч им давать! — возмущённо чуть не подскочил дед с места, — Обычным ученикам с весьма средней по силе вспышкой и по пятьдесят тысяч? Хрен им! Не стоит оно того. Нечего клановую казну разбазаривать на бездарностей!
— Да что вы говорите? — ядовито улыбнулся я, — Из этих четверых, как вы говорите, «бездарностей» трое уже ветераны, а один вообще магистр и имеет все шансы за несколько лет до мастера дорасти. Хороши бездарности, да? Клану жизненно необходимы одарённые! — хлопнул я резко ладонью по столу, — У нас сейчас катастрофическое положение с ними. Нам за любые деньги нужно их привлекать, а не о клановой казне заботиться! Иначе, чем саботажем я вашу деятельность назвать не могу! Ну или крайней не компетентностью. Я снимаю вас с должности. Можете считать себя вышедшим на пенсию. Прошу покинуть помещение!
Дед что-то злобно прошипел себе под нос, бросил на меня яростный кинжальный взгляд, но спорить не стал и выскочил за дверь. Я же спокойно продолжил совещание, лишь на секунду отвлёкшись сообщить секретарше, что бы она пригласила потом зайти ко мне бывшего наследника клана Сергея. Именно ему я намеревался поручить это направление деятельности. И нет, я не сошёл с ума. Лично я вовсе не стремился возглавить этот клан в дальнейшем, а данная должность позволяла ему проявить себя в глазах дяди. Тот и сам хотел дать ему возможность реабилитироваться со временем, так что посмотрим, что из этого выйдет. Да и Ольга может под остынет слегка, узнав о назначении сына. Хотя это вряд-ли. Слишком злопамятная особа. Была у меня, конечно, мысль ставить на подобные должности людей, которые были бы лично мне благодарны за повышение, но чуть подумав, я понял, что лояльность мне подобным образом тут не обеспечить. Каждый человек в клане был под кем-то, на чью пользу он и стал бы работать. Весь клан был разбит на семьи и верных лично им людей, которые в свою очередь были под кем-то из верхушки клана. Подобный шаг сработал бы только в том случае, если бы я брал сюда кого-то со стороны, а с этим тоже были проблемы.
Ну да и хрен бы с этим совсем! — отбросил я все эти посторонние мысли в стороны и завершил совещание. Что-то слишком часто я стал задумываться о делах клана, забыв, что с большой долей вероятности я скоро отсюда свалю. Мне бы вот только дождаться выздоровления дяди и можно будет со спокойной совестью забить на это всё.
* * *
— Ты ещё здесь? — удивлённо спросила княгиня, заходя в комнату мужа и вырывая меня из воспоминаний. Я встал и потянулся.
— Как раз собрался уходить. А вы тут всю ночь собираетесь сидеть?
— Ну почему, сидеть? Тут диван есть, на нём и посплю. Знаю, что это наверное глупо и ничем моё присутствие ему не поможет, но… Ничего не могу с собой поделать. Просто хочу быть рядом с ним, — она села на кресло рядом с кроватью мужа и взяла того опять за руку.
— Целители так больше ничего нового и не говорят? — спросил я лишь для того, чтобы не молчать. Мне бы хотелось хоть как-то помочь этой сильной женщине, но как это сделать, я пока даже не представлял.
— Нет, — покачала она головой, — Всё также. Либо привлекать сильного менталиста со стороны, либо ждать, когда он очнётся сам.
— А не думали над вариантом привлечь одновременно нескольких менталистов, что бы они контролировали друг друга? Я тут с её высочеством княжной Анной общался недавно, и она озвучила вариант, который предложил император. Одного менталиста выделит он, ещё одного можно попросить или арендовать у китайцев, найти третьего, и пусть они работают и контролируют друг друга? — вспомнил я про разговор с Анной. Я, конечно, озвучил уже его тому же Дмитрию Петровичу и наставнику, и они сказал, что рассмотрят его, но мало ли? Вдруг не посчитали нужным рассказать об этом варианте княгине? А мне казалось, что она должна была об этом знать.
— Да, я слышала об этом твоём разговоре с Анной, — слегка улыбнулась она мне, — Мы думаем над этим вариантом и в настоящее время рассматриваем кандидатуры сильных менталистов. Составляем списки, изучаем сильные и слабые их стороны, возможные последствия их привлечения. Работа идёт, в общем, почти круглосуточно. Но ещё раз спасибо тебе за то, что пытаешься нам помочь.
— Да не за что, — пробормотал я, — Пойду я тогда. Спать пора. Завтра тяжелый день предстоит. Как обычно, впрочем. Опять в школу надой идти, где меня будет Анна ждать… А мне еще надо что-то о художниках золотого ковена почитать, что бы это не значило… Очень уж она хочет моё мнение насчёт них услышать. Вы случайно не знаете, кто это вообще такие? — с тоскливой обречённостью поинтересовался я, не надеясь, впрочем, на успех.
— Случайно, знаю, — опять улыбнулась она мне, — Но рассказывать будет слишком долго. Я распоряжусь и тебе сегодня принесут в комнату кое-какую литературу по ним.
— Спасибо! — тяжко вздохнул я, предчувствуя крайне скучные часы чтения.
— Там им посвящены маленькие разделы, на одну-две страницы в каждой книге, которые ты найдёшь в оглавлении, — будто почувствовав моё недовольство, дополнила княгиня, — Так что много времени это не займёт.
Я сразу просветлел и облегчённо выдохнул.
— Отлично! Ещё раз — спасибо! И спокойной ночи! — поспешил попрощаться я, направляясь к двери.
— Подожди! — вдруг окликнула она меня, когда я уже взялся за ручку двери.
— Да? — обернулся я к ней.
— Что тебя связывает с Анной? Извини, если лезу не в своё дело, но мне важно это знать, — не
