Второй опешил от неожиданности и ужаса. Молодой светловолосый парень попытался одновременно вскочить на ноги и дотянуться до автомата. Гуров не стал замахиваться вторично, а возвратным движением вонзил прут второму охраннику прямо в горло. Выглянув в окно, оценил картину. Как в сказке, даже не верится! «ЗИЛ-130» с накрытым брезентом кузовом стоял перед воротами с заведенным мотором и открытой водительской дверью. Сам водитель, поставив ногу на передний бампер, что-то вписывал в какой-то лист бумаги. Перед ним стоял охранник без оружия и лениво смотрел на заполняемый лист. Поблизости никого, но Гуров видел только пространство двора справа. А слева? Может, там караульное помещение, может, там с десяток вооруженных и настороженных охранников.
Ерунда, заверил сыщик сам себя. Все на облаве. Сколько человек охраняют ворота? Максимум двое. И с чего им быть готовыми к нападению? «Ну, молись за меня, Маша», – мысленно воззвал Гуров к жене. Он взял автомат убитого охранника, выдернул магазин из второго и сунул в нагрудный карман куртки.
Нужно было спешить, пока все складывалось удачно. И Гуров побежал к выходу. Первым делом он глянул налево и увидел только небольшую кирпичную сторожку с открытой дверью. И никого больше. Если второй и был, то внутри. Или где-нибудь в туалете. Гуров зло оскалился и с наслаждением полоснул очередью от живота по охраннику и водителю. Водитель как был в согнутом состоянии, так и повалился под колесо машины. Охранник успел отпрянуть, но Гуров увидел, как одна пуля попала ему в левое плечо, а одна – в горло.
Еще рывок, и он в кабине. Слава богу, что тут больше никого, никакого напарника. Брошен на сиденье автомат, нога сама нашла педаль сцепления. Рывок ручки – и газ. «Зилок» дернулся и скакнул вперед от неумелых действий Гурова. Колесо перескочило через тело водителя, и Лев брезгливо поморщился. Он успел включить вторую скорость и вдавил педаль газа до пола. Машина ударила легкие ворота с колючей проволокой, и они разлетелись распахнувшимися створками в разные стороны. Каких-то десять метров, и снова удар. Выдержал замок и замочные петли, но не выдержали петли левой створки ворот.
Машина вынеслась на укатанную дорогу, над которой высились по сторонам вековые ели. И только тут Гуров понял, что ему вслед стреляют. И, кажется, завыла сирена. Машина неслась, подскакивая на неровностях, ее заносило на поворотах, но Гурову удавалось пока удерживать ее на дороге. Он в который уже раз понял, насколько большая разница в управлении комфортабельным современным легковым седаном и этой железной дурой под названием «ЗИЛ-130». Теперь бы оторваться как можно дальше в надежде, что дорога выведет куда-нибудь, где эти уроды побоятся убивать его. А погоня неизбежна. Вряд ли это единственная машина на объекте.
И тут перед глазами мелькнули фигуры людей в черном. Они были вооружены. Мельком Гуров увидел надпись «ОМОН», а на спине еще одного – «ФСБ». Ситуация и положение зайца, которого гонят волки, предполагала первым делом не верить в эти надписи, но тут Гурову показалось, что он увидел лицо Крячко. И он нажал на тормоз. Ударили автоматные очереди, и сыщик, стараясь удержать ногу на тормозе, нырнул под приборную доску. Сделал он это неуклюже, зацепился за рукоятку переключения передач и… в ноге что-то хрустнуло. Острая боль пронзила все тело снизу до ключицы. А ветровое стекло разлеталось осколками и превращалось в бесформенную тряпку, свалившуюся сверху на руль и на Гурова.
– Лева! Черт, живой! – заорал снаружи такой родной голос Крячко. – Зотов, это Прокопенко! Дайте я сам…
Дверь кабины распахнулась, и появилось сияющее лицо Стаса под черной форменной шапочкой спецназа.
– Осторожнее, Стас, я, кажется, ногу сломал, – простонал Гуров, пытаясь выползти. – Что же вы кидаетесь-то со своими автоматами палить во всех без разбору?
Гуров увидел лицо того самого пассажира из девятого купе, которого он связывал в вагоне, прежде чем удрать с Алиной.
– Зотов? Это вы Зотов? – поинтересовался сыщик, опираясь на Крячко. – Извините, Зотов, я потерял ваш пистолет. Вам не влетит за него?
Зотов хмуро посмотрел на Гурова и отвернулся, отдавая команды бойцам в черном с надписями «ФСБ» на спинах. К машине подошли еще двое здоровяков-омоновцев и стали помогать извлекать сыщика из кабины.
– Стас, Алина… – начал было Гуров.
– Жива твоя Алина! Не совсем здорова, но это мелочи. С ней все хорошо. А Татьяна…
– Про Татьяну знаешь? – удивился Гуров, когда его наконец извлекли и положили на дорогу.
– Я почти все знаю, – заверил Крячко.
– Молодец. Она тут недалеко. Я с ней на какой-то скит вышел. Милейшие люди, только странные немножко. Одно слово – староверы. Я ее у них оставил, простудилась она сильно. А это кто? – кивнул Гуров на Зотова с бойцами, которые занимали позиции вдоль дороги. – Кто их пустил в нашу операцию?
– Она уже не наша, а их, – вздохнул Крячко. – Да и к лучшему это. Пусть сами разбираются, это по их линии. Ты не на объекте «1008» был?
– Точно. И точно по их линии, – согласился Гуров. – Ты не поверишь, но это подпольный урановый рудник. С выходом за границу.
– Ни хрена себе! Вот и оставляй тебя одного. Надо же в такое вляпаться! А как все хорошо начиналось…
– Ладно, – проворчал Гуров, глядя, как ему накладывают на ногу шину. – Не так, так эдак, а мы задание выполнили. – Неожиданно он улыбнулся и прошептал Крячко: – Слушай, Стас, тут в тайге одна девушка просила, чтобы я ей ребеночка сделал. Может, наведаемся? Ты как?
– А кто-то в отпуск собирался…
– Черт! А Мария меня там будет ждать. Плакала наша с ней мечта о паре недель вместе на море…
