нет желания?
— Не, не, — быстро сказал Сеня. — Ставьте где хотите. Только не балуйтесь тут.
— Не будем, — Медведь ухмыльнулся. — Мы вообще миролюбивые.
Мы развернулись и поехали к цеху номер три. Двор оказался именно таким, как описывали разведчики — замкнутое пространство, три стены из бетона, выход на одну сторону. Идеальное место для засады, но также и для обороны. Главное — отсюда было близко до помещения с заложниками.
Автобус загнали задом к стене, чтобы пулемёты смотрели на выход. Джип и пикап припарковали по бокам. Получился импровизированный форт.
— Начинаем маскировку, — скомандовал я. — Быстро и тихо.
Ребята выгрузили из автобуса ящики и мешки, создавая видимость разгрузки. На самом деле большая часть груза была фальшивкой — пустые коробки и ящики с камнями для веса. Сверху, понятное дело, пришлось поставить ящик со старыми «калашами» и выложить настоящие медикаменты, но тут уж увы — повезёт, заберём. И ясное дело, что спишем на расход во время операции. Не повезёт — ну и чёрт с ними, добро не наше, его из запасов военных выдали, так что крохоборить и жалеть незачем.
— Лёха, Макс, Оля, Медведь, Саша, — обратился я к оставшимся. — Вы здесь. Никого не пускать, ни с кем не связываться. Лёха — держи воздух. Если сюда поедет кортеж каких-то джипов — сразу аларми, это значит, что кто-то доложил Кроту о нас, и тот едет посмотреть на свой спецгруз, о котором ни сном ни духом. Саня, Макс — на вас пулемёты. Медведь — по обстановке, работай, не экономя. Все вокруг априори враги. Если подойдут с вопросами, то для грузчиков и их бригадира — ждём Крота или человека от него с нашей оплатой. Пока не придёт — хрен вам, а не таблетки. Всех остальных слать нахер. Не поймут — заведите сюда и тихо грохните. Если начнётся стрельба — открываете огонь по всем, кого видите. Нужно создать панику. Удерживаете позицию любой ценой, мы приведём сюда людей.
— Понял, дядь Жень, — Лёха кивнул. — Всё будет тип-топ, не парься.
Я поморщился. Опять дядь Жень полез из бывшего «Мегакиллера». Хотя… ну да, точно. Это кто-то перед Олькой хвост пушит — мол, я с командиром почти родня и могу себя развязанно вести.
— Медведь, ты главный, — добавил я. — Если что-то пойдёт не так, решения принимаешь по обстановке. Ну и по плану — после начала кипеша что и куда пулять, ты знаешь, всё как договаривались.
— Ага, — буркнул Медведь. — Идите уже, времени мало.
Я посмотрел на остальных — Пейн, Серёга, Надя и Аня. Все были в бронежилетах, при оружии, с полной выкладкой. На лицах — сосредоточенность. Вот только броня эта… курам на смех. Мой «цирас» и тот лучше.
— Так. Всем — одеть снаряжение из «Икса», в правом ящике. Там же, в багажнике, в ящике с маркировкой «огрызки» — четыре «MDR» с глушаками и магазины.
— МДР? Что это? — удивлённо спросил Серёга.
— Булл-пап автомат, натовский.
— Откуда такое богатство, да в наших палестинах?
— А ты на маркировку на броне глянь, всё поймёшь. У нас такого добра трофейного целый склад. Жаль, что патроны под него только обычные оболочечные… дозвуковых, увы, не оказалось.
Серёга вытянул из ящика один из «булл-папов» и восхищённо присвистнул, заглянув в наглазник прицельного комплекса и пощёлкав кнопками.
— Офигеть техника. Прицел комбинированный… а отдача у этой штуки как, сильная?
— Гасится за счёт компоновки и массы. Не трать время, одевай на себя шапочку, курточку и распихивай магазины.
Шапочка и курточка — это бронежилет с интегрированной разгрузочной системой под названием «Тактика» в традиционном для Меднанотеха чёрном цвете и неизвестный мне баллистический шлем. Прелесть этих комплектов была в том, что они снаряжены лёгкими керамическими плитами, при этом обеспечивающими защиту примерно пятого класса при общем весе жилета всего-то в два десятка кило. На кой чёрт охране научной лаборатории было держать полные комплекты штурмовой брони на складе — я не представляю. Но нашейники, горжеты и наплечники прилагались к каждому «Тактику». Как и вышитые со всех сторон надписи «Спецназ Меднанотех».
Я первым облачился, благо тренировался несколько раз, распихал по карманам свои магазины и чисто машинально проверил, как работает карабин. Ни разу ещё спортивная винтовка не подвела, но мало ли что. Глушитель занял своё место на стволе, и я скользнул в тень от грузовика, ради хохмы беря на прицел «грузчиков» и Сеню через оптику. Вроде всё отлично, никаких искажений. Я мог бы перебить всех, если бы захотел.
Тем временем остальные, облачённые в ту же форму, закончили снаряжаться и ждали только моего сигнала. Ну, с богом…
Мы вышли из двора, стараясь не высовываться из тени. Территория завода казалась спокойной. Я ожидал… ну не знаю, какой-то вакханалии, безудержной пьянки со стриптизом и драк. Но ничего подобного. Бандиты занимались своими делами — кто-то готовил еду, кто-то чинил технику, кто-то просто бездельничал. Охрана была, но не слишком бдительная, скорее ребята просто лениво «тащили фишку» по приказу командира. Видимо, они чувствовали себя в безопасности на своей базе.
Зря, очень зря. Впрочем, расслабленность охраны убила больше людей, чем может показаться. Но это, увы, очередная данность. Если на базу не нападали неделю-две-три-месяц, то охрана становится чистой фикцией, расслабленной и ленивой. Её можно простимулировать, для этого собственно и устраивают регулярные неожиданные проверки. Но тут этим никто не заморочился… результат, так сказать, налицо. Мы прошли полкилометра по территории, кишащей бандитами, и нас даже не заметили.
По разведданным, вокруг цеха с заложниками было три блокпоста. Первый — на крыше соседнего здания, оттуда просматривался главный вход. Второй — у бокового входа. Третий — с тыльной стороны. Наша задача — снять их тихо, и при этом одновременно, потому что они друг друга видят. Падающие тела точно вызовут желание поднять тревогу. А с учётом того, сколько же тут вокруг врагов — это будет очень, очень, очень некстати.
Мы двинулись вдоль стены полуразрушенного цеха, выходя на нужные позиции. Впереди шёл я сам, за мной Серёга, за ним уже остальные с чётким приказом стрелять только тогда, когда я сказал, и никак иначе.
Первый блокпост был метрах в пятидесяти — на крыше старого склада. Я поднял руку, останавливая всю группу.
— Вижу двоих, — прошептал я. — Один сидит, второй стоит. Оба с автоматами. Расстояние — пятьдесят два
