– Так я ж не спорю, – пошёл я на попятную после этой отповеди. – Учитель он стоящий. И заклинания у него просто отпадные. – И вздохнул: – А вот цены у него – нет…
На что Блэкворт только улыбнулась. И посоветовала не хлопать ушами в поиске.
Так ужин и прошёл. Я налопался как всегда в последние дни от души, и, тяжело отдуваясь, поднялся в гостевые апартаменты. И… И прежде чем завалиться спать, подтащил к двери мягкий стул и подпер её! На всякий случай… И довольный собой завалился на постель. У меня ж теперь и оправдание есть, в виде вчерашнего пришествия слипа. Тем более что чашку с фруктами кто-то пополнил!
Впрочем, как выяснилось, никто и не думал тревожить меня ночью. Блэкворт всё же заявилась, да, но когда я уже сам проснулся. И не вошла, а тихо постучала в дверь, сказав:
– Фастин, уже скоро рассветёт, поднимайся…
Я и поднялся. И был накормлен вкуснейшим завтраком! После которого я прямо воспылал походом. И бодро отправился в него. Только вот выходка Блэкворт чуть подпортила настроение… Эта… Эта стерва! Вышла на крыльцо меня провожать! Как отправившегося на заработки мужа. И даже лапкой мне на прощание помахала! Словно прощаясь навсегда! А после этого – уголком согнутого указательного пальца промокнула уголки глаз – вроде как вытирая выступившие слёзки. Несуществующие!
"Издевается ещё, зараза!" – с негодованием подумал я, глядя на это возмутительное представление. И проникся таким несусветным желанием лишить её удовольствия оказаться правой, что не передать!
Так что отправился я в поход с твёрдо настроенный вернуться из него назло кое-кому. И с добычей!
Впрочем, хватило моего негодования на выходку Блэкворт ненадолго – на пару кварталов буквально. По прошествии которых мыслями я был уже в походе. И, одновременно с определённым волнением, даже как-то предвкушал его… А чуть погодя поймал себя на том, что иду – поспешая. Как будто боюсь опоздать…
Нет, правда, волнительно как-то… И если тревоги за жизнь не так много – всё же смертность среди охотников хоть и велика, но не стремится к абсолюту, иначе многие отряды не промышляли бы там годами. А вот что по добыче… Воображение так и рисует удачно найденную сокровищницу Древнего мага с невообразимыми богатствами…
Мне пришлось даже одёрнуть себя – а то что-то я заразился присущим настоящим охотникам на сокровища Древних авантюризмом…
Несмотря на раннюю рань – ещё даже небо на востоке не начало светлеть, мои компаньоны тоже не дрыхли без задних ног. А оживлённо-бодрые попивали в ожидании меня чаёк.
– О, Малой! Гляди-ка – не подвёл! – искренне обрадовался моему появлению Трепач. Да и остальные одобрительно загудели. И закончив быстро с ранней трапезой, принялись в темпе собираться. Ну и я, разместив перевязь со свитками через плечо, и ремень с алхимией на поясе, да тесак в ножнах ещё на место приладил, свой походный мешок подхватил.
– Ну, пусть богиня удачи не оставит нас, – обронил Мэтьюс, оглядев всех когда мы столпились в комнате готовыми к выходу.
– Пусть… – нестройно поддержали мы его. И… Выступили в поход в Пустоши!
Выходя из гильдейского доходного дома, я думал мы бодро пошагаем через весь город к воротам, а там и к парому через реку. Ан нет! Стоило нам только очутиться на улице, как заозиравшийся Люмо громко свистнул, подзывая придремавшего на облучке извозчика. Что-то забывшего здесь в такую рань. Которого я ещё по пути мельком приметил, удивившись его пребыванию здесь.
– Шикарные вы… – с толикой восхищения заметил я, не зная как и выразить свои чувства, охватившие меня в момент, когда выяснилось, что к парому нас доставят.
– Ну а чего зазря ноги бить? – легкомысленно ответил Марвин, отдавая вознице серебряный – что вполне себе неплохой дневной заработок для него.
– Просто традиция у нас как-то сложилась такая, – вмешался Мэтьюс, видя что Трепач собирается присесть мне на уши.
– Да я как бы совершенно не против такой традиции, – заверил я, залезая вместе со всеми в повозку. Добавив ещё: – С удовольствием и по Пустошам бы до места ехал, а не пешком шёл…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На что все, естественно, посмеялись лишь. Да, с тем чтобы путешествовать по Пустошам не то чтобы на повозке, а даже верхами – слишком много проблем. Не стоит оно того.
Вскоре выяснилась и ещё одна традиция моего уже отряда. Это когда мы остановились у одной пекарни, где Пат, неожиданно легко для его габаритов соскочивший с повозки, ненадолго исчез. И появился вновь уже со свёртком, источающим запах свежевыпеченных пирогов.
– На сегодняшний обеденный привал нам, – пояснил он мне, устроившись на повозке, покатившей дальше.
Так, легко и просто, не растратив ни капельки сил, добрались до парома. И переправились на другую сторону. Где проводили взглядами отплывающих назад и помахавших нам на прощание паромщиков, неплохо знающих команду Рыжего Мэтьюса. А командир наш подошёл к быку, что держит цепь парома, и несильно постучал по нему кулаком. Пояснив недоуменно уставившемуся на него мне:
– Примета у меня такая. К возвращению верному.
Что ж – я в который раз убедился, что охотники народ суеверный до ужаса – хуже них, наверное, только деревенские бабки, – везде у них приметы и прочее. Хотя если всё работает, то это нормально наверное. И на не то традицию, не то примету Трепача я отреагировал уже спокойнее. Не стал ржать, когда тот, сойдя с натоптанной тропки и чуть отойдя от нас, поднялся на крохотный взгорок – так кочку по сути голую среди редкой травы, и приподнял небольшой камень. Чтобы положить в ямку под ним золотой! Да камень назад сверху уложил! Со строгим наказом обратившись к нему:
– Вернусь – пропью!
Кое-как удержался от смеха, хотя улыбки скрыть не смог.
Один Молчун похоже не верил ни в какие приметы, так как ничего такого не совершил.
– Так, а куда мы вообще идём? – спросил я, когда мы практически двинулись уже, поправляя походный мешок за плечами. Ага, озаботился поинтересоваться целью нашего похода, когда уже выступил в него!
– Не поздно ли ты спохватился Тим? – насмешливо покосился на меня Пат.
А Трепач жизнерадостно ляпнул:
– Да на Гибельное Взгорье потопаем!
Я и замер как вкопанный, не сдвинувшись с места. Ошарашено вылупившись на них. Я, конечно, не охотник, но даже мне известны места в Пустошах куда соваться категорически не следует, если жизнь конечно дорога. К которым относится и названное место, которое именование такое получило вовсе неспроста! Потому что поисковиков там сгинуло – тьма! Хуже, наверное, только стоящий посреди кишащей демонами Зелёной долины Покинутый город.
– Не ссы, Малой, всё будет путём! – ободряюще хлопнул меня по плечу заржавший Трепач.
Да и остальные поулыбались над моим ступором. И… двинулись вперёд, растягиваясь цепочкой. Первым Мэтьюс, за ним Трепач, Пат – а меня четвёртым поставил Молчун, кивнувший вслед выдвинувшимся. Ну а сам – замкнул цепочку. А куда мы на самом деле идём – так никто и не сказал!
"Прикалываются!" – сообразил я. И сам заулыбался. С того что меня – новичка, так безобидно развели. И бодро потопал вперёд. Не дураки же они на самом деле – в такое место соваться? Давно бы сгинули уже, не имей ума, а так промышляют не первый год…
Глава 11
Хоть дороги и не было, но шагать по равнине, поросшей невысокой травой, коя спустя час и вовсе стала откровенно чахлой, оказалось достаточно легко. Главное не зевать и аккуратней ставить ноги, не мгновенно перенося вперёд тело. А то кое-где встречаются то выступающие из земли камешки, то норки грызунов. Запросто можно подвернуть ногу, бесславно закончив свой поход. Но туда дальше полегче стало – и приноровился уже, и растительность совсем редкой стала. А когда солнце уже начало припекать, то вообще почти исчезла. Так, отдельные островки травки то там, то сям, да единичные кустики нет-нет под ноги лезут. Недостаток влаги отчётливо сказывается… стоило чуть подняться из поймы реки и всё, вокруг одна только серая, похожая на спрессованную пыль, сухая земля, да белёсые камни-камешки, да россыпи их…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
