Да, поход превратился в какую-то загородную прогулку. Если бы не мешок ещё, чувствительно давящий на плечи, да выкарабкавшееся на небосвод палящее солнце, быстро начавшее прогревать прохладные с утра пустоши… Даже жарковато стало! Чуть спасают лишь лёгкие широкополые шляпы что на всех. Ну и то, что одежда достаточно свободная и дышащая. И да, повезло, что ума хватило "песчанку! взять а не какую-нибудь кожаную бронь…
По постепенно превращающимся в реальную пустошь землям мы бодро топали без остановок почти до полудня. Не считать же за привалы короткие остановки, когда Мэтьюс обозревал округу в раскладную подзорную трубу?.. Пока, наконец, наш остановившийся командир, не обронил, останавливаясь:
– Всё, хорош!
– Ну чё, Малой, как оно?.. – обратился ко мне с подначкой Трепач, подмигивая, в то время как Пат помог снять с занемевших с непривычки плеч походный мешок.
– Да ничего так – вполне себе, – разминая немного затёкшие руки, ответил я на этот вопрос.
– Ну и отлично, – одобрительно хлопнув меня по плечу засмеявшийся Марвин. И, потеряв ко мне интерес, принялся помогать Эвану расставлять навес. Да-да, самый настоящий навес! Из четырёх телескопических металлических палок и большого куска парусины грязно-серого цвета – практически сливающегося с фоном унылых пустошей вокруг. Под него – в восхитительный тенёк, мы и все и забурились, расстелив войлочные коврики, что приторочены у каждого поверх походных мешков. А потом Пат достал прикупленные с утра пироги… С вишнями… И жизнь вообще расцвела радужными красками… И вот – ей-ей! мне прямо начала нравиться жизнь охотника за сокровищами Древних! Ну и мой уже отряд и его продуманность.
Хотя лично я не так чтобы и проголодался всерьёз к этому времени, перекусили мы славно. И, развалившись на ковриках, провалялись на них часа с три – трепались ни о чём. Ну тут Марвин в основном молол языком, травя мне охотничьи байки. Разве что Патрик сказал что-то путное, заметил мой интерес к навесу разборному над нами:
– Летом только так и спасаемся. По полуденной жаре-то не походишь особо…
– Зато летние дни чутка безопасней, – заметил Мэтьюс. – Демоны всё больше ночами рыщут, да близ источников воды. Так что у нас меньше шансов наткнуться на них случайно в пути.
– Но весной-осенью, всё же куда лучше, – и тут влез Трепач. – А вот зимой, то да – полная жуть! Ночью Пустоши выстывают так, что околеть можно! А костры палить просто не с чего…
А я слушал их, да мотал на ус, так сказать. Которого у меня нет, вообще-то.
Переждав полуденный зной, мы собрались и двинули дальше. Так день до вечера и шли… Не встретив к счастью никого из местных обитателей. Только какой-то отряд, возвращающийся в Гармин Мэтьюс в зрительную трубу углядел, но мы с ними не пересеклись. Да и то это была чистая случайность. Ведь как солнце начало пригревать, так над землёй поднялось зыбкое марево и от зрительной трубы стало мало толку, несмотря на то что равнинная местность и позволяет смотреть далеко.
– Вот тут остановимся на ночёвку, – сказал мне Пат, когда под вечер мы вышли к неожиданно обнаружившейся в складке местности зелёной низине – практически оазису.
Хорошая такая впадина – пара городских кварталов в неё, наверное, влезет. А не зная, что она тут есть и не подумаешь нипочём о её наличии, так она хитро прячется… И удивительная зелень повсюду… Трава, да густо облиственные кустарники в основном, но встречаются в приличном количестве и низенькие деревца. А посредине озерцо! С чистейшей – так что каждый камешек на дне видно – водой!
– А это не опасно?.. – осторожно осведомился я у бывалых охотников. – Вроде как такие места больше всего и любят всякие опасные твари…
– Не, не опасно, – успокоили меня. – Почему-то хищные демоны обходят этот оазис стороной.
– Тут же слипы водятся! – засмеялся Трепач. – Вот и не заглядывают сюда другие демоны, потому что знают, что где слипы есть – там жрать уже нечего! Сожрано уже всё! А что ещё не сожрано, то уже хорошо припрятано!
Народ посмеялся вместе с ним, оценив шутку, а затем Мэтьюс сказал мне:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– А в озерце тут ещё преогромный прилл обитает – как бы не с буйвола размером. Вон видал вода какая из-за него чистейшая – всю грязь выел! – И наказал мне. – Так что ты поосторожней, если захочешь умыться или там руки сполоснуть или воды набрать.
– Ага! – охотно поддержал его Люмо. – Я первый раз сунулся, так он у меня чуть флягу из рук не вырвал! Оголодал тут, похоже…
– Да ты сам её выронил, когда перед тобой стена воды встала и из неё туша прилла высунулась… – флегматично поправил его Молчун.
Каюсь, не удержался – всхрюкнул, живо представив себе эту картину, и выражением лица охотника в этот момент.
Трепач обиженно засопел было, но сам не выдержал и заулыбался, вспомнив, видимо, как перепугался тогда.
Расположились мы в подходящем местечке – на пятаке низенькой травки. Кружком – так словно вокруг костра. Кстати что-то типа небольшого кострища и было здесь сложено. Разве что от обычного оно отличалось тем, что имело звездообразную форму, да с каменюкой в центре ещё, разделяющей его на части. В эти отдельные "очаги" – углублений меж камней, отправились кубики алхимического горючего. Да это и близко не костёр, но кружку-другу воды вскипятить можно запросто. А больше нам и не нужно. Чай только заварить или там "россыпуху".
Тут и приобретённая по подсказке охотников жестяная "пивная" кружка мне пригодились… Набулькали в них воды с фляг – потом свежей наберём, да поставили на огоньки. Ну а потом, как вода закипела, мне, как неопытному, Пат помог отмерить "россыпухи" сколько нужно под такую ёмкость. Чтобы и через верх не полезла, и не осталась не разварившейся от недостатка воды.
Мне как-то раньше не доводилось едать обычной еды бывалых поисковиков – а штука оказалась очень даже вкусная! И сытная! Не так много по объёму в кружку и влезает, а наелся – от пуза! Ну и чай – сладкий до одури сверху очень даже зашёл! Прям хорошо стало…
– А ночную сторожу, что, оставлять не станем?.. – спросил я, видя что все начинают умащиваться на своих ковриках.
– А смысл? – спросил зевнувший Мэтьюс. – Если демоны нагрянут, то амулеты так припекут что хочешь – не хочешь, а проснёшься. А больше кого тут опасаться?.. Ночные тати-то в Пустошах не водятся…
С этим я был согласен. Действительно, ночью по Пустошам никто кроме демонов шастать не будет. Как бы велика не была возможная пожива, а промышляющих в тёмное время суток грабителей сюда калачом не заманишь. Тут даже под неясным светом полной луны скорее ноги переломаешь, чем дойдёшь куда-нибудь, по полную тьму вообще молчу…
Представившиеся же мне незадачливые грабители, шастающие по Пустошам с масляными лампами, в поисках возможных жертв и вовсе вызвали у меня невольную улыбку – абсурдностью такой картинки.
– Если только слип какой нагрянет в поисках того чем бы поживиться, – негромко хохотнул Трепач.
– Эти обжоры могут, – невольно рассмеялся я, невольно вспоминая Риппера.
Так спокойно прошёл мой первый день в Пустошах… И засыпал я успокоенно. Ведь на самом деле не так всё страшно, как казалось…
А утром, ибо вечером как-то не довелось из-за того что стемнело быстро, я увидел и местное чудо, благодаря которому данное озерцо не превратилось в затухшее болотце. Прилла. Когда воду набирали, на глубине – оказавшейся порядочной, вроде как промелькнула едва различимая прозрачная туша некоего чудища. К месту где мы помыли посуду скользнула прямо с валом воды! И какой там буйвол – как бы не два в ней! Я, честно, даже стреманулся разглядев это призрачно-прозрачное водное чудовище. И поспешил убраться подальше от берега. От греха… Мало ли, остатков каши ему наесться не хватит… Оно, конечно приллы вроде не трогают людей. Но что если просто некому было о случившихся нападениях рассказать?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А всё-таки, хоть и лето, а прохладно на улице ночевать! Под утро я подмёрз немного. Не так чтобы сильно, но ощутимо. Каменистые пустоши имеют свою специфику, прогреваясь днём как печь какая-то, а ночью выстывая капитально. Зато даже будить никого не надо, все проснулись бодрячком…
