горле пересохло от длинного монолога, а голова разболелась. Странно, очень странно. На меня опустилась сонливость и вялость, словно после длительных физических упражнений. А Мелисадра… а что Мелисандра? Стояла и смотрела. Прикрыв глаза, она словно прислушалась к чему-то и, бросив на меня последний взгляд, молча двинулась прочь.
— Леди Мелисандра!
В пару больших шагов я нагнал жрицу, аккуратно взяв её за локоток. Мелисандра резко остановилась, обернувшись в пол-оборота, и с удивлением и неким ожиданием посмотрела на меня.
— Несмотря на то, что в моих жилах течёт кровь морского бога и богини ветра, если Вы сейчас покинете меня, боюсь, я заблужусь, — глазками хлоп-хлоп и извиняющаяся улыбка, — а так, с Вами надежнее и теплее.
Мне показалась или Мелисандра еле сдержала нервный смешок? Показалось.
Глава 12
Дни в ожидании Станниса тянулись неспешно, и их скрашивало, разве что, только общение с малышкой Ширен и Крессеном. Мелисандра, по каким-то необъяснимым причинам, моего общества избегала. С другой стороны мне было чуть-чуть стыдно и неловко. Понарассказывал женщине сказок и чуши, поддавшись своему… чему? Ребячеству? Чувству собственной важности от знаний отрывков истории этого мира? Я так и не понял, что это было. Может, закономерный итог нервного напряжения последних дней или ещё что-то. Я, конечно, и так не верил, что смогу сдержать свою двойственную буйную натуру от внимания Мелисандры, но не до такой же степени. Теперь непонятно, как она себя дальше будет вести. Как я повлиял на неё и её дальнейшие действия? А вообще мог ли я на неё повлиять? Может, она сразу раскусила меня, словно ребятёнка, сочиняющего сказки на ходу. Хоть бы и так.
Но, если так подумать, не такой уж и бред я нёс. Мало кто из местных на это обращает внимание, но для народов Эссоса западный континент и люди его населяющие — большая загадка. Для большинства из них Семь Королевств — это огромное загадочное государство, номинально под властью одного человека, Короля. Вестерос для Эссоса, как в средние века Русь для Европы или Римская Империя для жителей дальнего востока, то есть далекая, громадная и загадочная страна, где под властью лордов громадные наделы и многочисленные армии, а состояние отдельных благородных Домов сравнимо с богатством целых государств на востоке.
А какие про Закатные королевства ходят мифы и легенды! Про повсеместное ношение дорогих железных лат, про громадные флоты у отдельных Домов, про многочисленное население, про страну, где нет ни одного незанятого клочка суши, про свободу и отсутствие рабства, ну и, разумеется, про великанов, русалок, детей леса, оборотней и Зиму. Зиму… а ведь Вестерос — единственный континент, на котором свирепствует зимний сезон, явление столь же загадочное и страшное, как нашествие чумы. Но всё это касается простых обывателей, которые редко покидают не то что свои города, но порой и свои кварталы, всю жизнь проживая на одной улице. А вот патрициат, гораздо более образованный и сведущий, относится к Вестеросу с пренебрежением и неприязнью, продиктованными банальным страхом.
Тяжело жить магистром в Волантисе или любом другом городе Эссоса, зная, что всё твое богатство и вся твоя власть не значат ничего по сравнению с тем же Домом Ланнистеров или Тиреллов. Только одно осознание того, сколько, в случае настоящей войны Запада против Востока, Семь Королевств могут выставить кораблей и войск, вгоняет в отчаяние восточных владык. Оттого они и готовы, в случае угрозы от Вестероса одному из городов, поддержать его общими усилиями, отбросив взаимные распри. Все они прекрасно понимают, что стоит Закатным королевствам закрепиться на востоке, как их экспансию будет уже не остановить. Восток боится. Боится обратить на себя взор и внимание Запада. Подозреваю, Восток неосознанно предпринимает всё возможное и невозможное, чтобы западный континент так и варился сам в себе. Но, вскоре, эта композиция неминуемо будет разрушена.
— «Ярость»! Я вижу «Ярость»! — Ширен радостно закричала, не отрываясь от подзорной трубы, чувствую, лишит меня сего чудного девайса одна неугомонная девочка.
За последние дни у нас с племянницей сложилась традиция приходить на башню Ветрогон, исполненную в виде кричащего дракона, и наблюдать в подзорную трубу за проходящими мимо кораблями, а также за портом. Между тем, взяв у девочки трубу, убедился — Станнис на подходе. Долгие дни ожидания подходят к концу.
******
На самом верхнем этаже донжона Драконьего камня (или, как его ещё называют, Каменный Барабан, из-за звуков, что проносятся по коридорам во время сильных штормов) расположена палата с расписным столом. Большая круглая комната с четырьмя высокими остроконечными окнами, ориентированными на части света, в центре которой массивный деревянный стол в форме Вестероса, покрытый тёмным лаком.
Станнис меня уже ждал, сложив руки за спиной и смотря в окно, что выходило на восток. Помимо лорда Драконьего Камня в зале был мальчик-паж, возрастом, думаю, с Ширен, расставлявший кувшин с вином, кубки, а также нехитрую закуску. Помнится, младший сын Давоса был оруженосцем у Станниса. Как же его имя? Деван, кажется.
— Оставь нас, — голос Станниса был отрывист и безэмоционален, впрочем, как и всегда.
Мальчик торопливо поклонился и выбежал из зала, не дав себя толком рассмотреть.
— Приветствую тебя, брат, — обойдя стол с «Юга» вышел к хозяину замка, но Станнис как стоял, так и продолжил стоять, вперив взгляд в горизонт, — мда, гостеприимства тебе не занимать.
— Оставь свои шуточки для своих проституток и лизоблюдов, Ренли.
Не обращая внимания на краткую отповедь брата, я отодвинул кресло, стоявшее в районе «Штормового предела», как раз неподалеку от кувшина с вином. Положив рядом свёрток, принесенной с собой, принялся разливать вино.
— Это я должен задаваться вопросом. Что ты здесь делаешь? — Станнис, наконец, соизволил повернуться, заняв кресло в «Черноводном заливе».
— В то, что я был ведом жаждой знакомства со своей племянницей, ты, разумеется, не поверишь? — вино оказалось необычного янтарного цвета и на удивление лёгким и вкусным, такого я ещё не пробовал.
— Разумеется, нет, — Станнис так же сделал глоток из кубка, продолжая сверлить меня взглядом, — так какая необходимость сподвигла тебя оторваться от увеселений в столице, и заявиться на Драконий Камень без приглашения?
— От тебя его разве дождёшься?
— Для чего? Чтобы смущать свою семью твоими выходками и шутками? Пьянством и чревоугодием? — Станниса по ходу понесло, — думаешь, до меня не доходили слухи о твоих увеселениях и о твоих деяниях? Ты избалован, эгоистичен и занят самолюбованием…
Станнис не плохой человек. Совсем нет. Он мало походил на своё описание в книге и уж тем более в сериале. Реальность более
