рассматривал карту, задав вопрос не отвлекаясь от неё.
— Да. Старшие сыновья сира Давоса прибыли по моей просьбе, но они не знают причины, а я не стал без твоей воли предлагать им что-либо.
Станнис бросил на меня короткий взгляд и, спустя мгновение, вернул его к карте. Спустя несколько минут, Станнис вновь на меня посмотрел, но в его взгляде больше не было ни пренебрежения, ни раздражения.
— Подобные действия не останутся без последствий. Магистры Волантиса и Триархии не позволят грабить себя. — Голос Станниса, как и взгляд, изменился, став более… заинтересованным?
— У нас будет в запасе год, а может и два, пока они осознают размах проблемы. К тому моменту, надеюсь, мы уже будем в состоянии отражать их нападки. Но даже если они пойдут сразу на нас всеми силами и выбьют с Летних островов — тех денег, что удастся заработать за это время, нам хватит надолго. Все начинания окупятся.
— Я буду думать, — Станнис поднялся из-за стола, вновь подойдя к окну и сложив руки за спиной.
Поняв непрозрачный намёк на окончание беседы, допив вино, я покинул гостеприимное общество. Станнис не то человек, что будет мусолить и переминаться, торговаться или спорить. Ты ему предложение, факты, перспективы, он тебе лаконичный ответ «Да» или «Нет». Меня устраивает подобная форма общения.
* * *
Несмотря на весь монументальный гигантизм Драконьего камня, зная точки «А» и «Б» маршрута необходимого вам человека, его легко подловить в любом тёмном углу на этом пути, ибо вариантов его следования не так уж и много.
— Леди Мелисандра!
Мышцы моего лица непроизвольно сократились, сформировав «искренне» радостную улыбку. А впрочем, я и правда был рад её видеть. За все эти дни я общался только со своими парнями да с Крессеном и Ширен, когда как общество остальных обитателей замка не вызывало у меня приятных эмоций. А тут красивая, горячая женщина с мистическим флёром. Быть может, дело в мрачности стен замка и в отсутствии действительно очаровательных девиц рядом, но так и хочется разрушить невозмутимость этого огонька страстным засосом и порывистым дыханием над её аккуратным ушком. Эх, надеюсь, что в арсенале Бейлиша найдётся рыженькая.
— Как я рад Вас видеть! Я уж грешным делом подумал, что Вы избегаете меня.
Рыжая красотка, явно прочтя в моих глазах то, чего не ожидала увидеть, слегка сбилась с мысли, что не мудрено. После нашей беседы в саду она явно определила меня в свои противники, а как же ещё можно было воспринять мои слова с её колокольни? Только как угрозу. Но суть дела как раз в том, что я не воспринимаю её как угрозу. Да, она коварна, умна, обладает некоторыми мистическими возможностями, но её цели совпадают с моими. Возможно, она сама ещё и не осознала, какова её цель, а именно посадить Станниса на престол, но это обязательно придет в её голову. И даже если я избавлюсь от неё тем или иным способом, где гарантия того, что вместо неё не прибудет кто похуже? Мелисандра же для меня понятна и более-менее предсказуема, благодаря «послезнанию».
— Лорд Ренли! — красная жрица улыбнулась с долей превосходства, словно увидела ластящегося щеночка, — у меня есть неотложные обязательства, которые невозможно отложить или перенести.
— Паству окормляли? — я в намёке приподнял локоть, а Мелисандра, ни секунды не сомневаясь, вложила свою изящную ручку, последовав за мной, — Вполне успешно, хочу заметить. Половина местных обитателей в рот вам заглядывают, ловя каждое Ваше слово. Право, Вы великолепны.
Мелисандра вновь улыбнулась. Уверен, она хотела показаться снисходительной, но сейчас лицо её подвело, и улыбка вышла немного растерянной. Я же, приобретя высокопарный вид, продолжал.
— Мне стыдно перед Вами, миледи, — совладав со своим лицом, жрица вновь потеряла контроль, выстрелив бровками в удивлении, — и я говорю это искренне. Мои слова были грубы и недостойны. И они были продиктованы страхом, миледи.
Мы остановились. Довернув голову, впился взглядом в пылающие красным глаза на сосредоточенном лице, отбросившем все маски.
— Вы понимаете, что это за страх?
Мелисандра недолго изучала моё лицо, прежде чем ответить.
— Да, понимаю, — жрица ответила, не подпустив в свой голос соблазнительных и чарующих нот, нисколько не испортив, впрочем, его сладость, — Вы боитесь за племянницу.
Мягко кивнул, и мы продолжили свой путь, погрузившись в молчание. Преодолев один большой и хорошо освещенный коридор (впрочем, главной его чертой было то, что он хорошо прослушиваемый), мы свернули в коридор попроще. Будучи на полпути от моих покоев я решил завершить наш разговор.
— Я не питаю ни к Вам, ни к Вашей вере предубеждения, миледи. Так же, как глубоко убежден, что каждый взрослый человек сам решает, как ему жить, как умирать и какого Бога чтить. Каждый для себя решает, готов ли он к тем испытаниям, которые будут ждать его на том или ином жизненном пути. Селиса, её кузен и многие другие сделали свой выбор, и я его уважаю, но Ширен… — Мы вновь остановились на перекрёстке, наши пути расходятся, к сожалению, в этом месте. — Ширен — будущее нашего Дома, а за будущее своей семьи я буду вести войну на уничтожение, по воле Своих или Вашего Бога. Что не принципиально. Обращайте, окормляйте, учите и просвещайте мужчин и женщин, но Ширен должна быть вне всего это. Быть в безопасности и спокойствии. Как можно дальше от фанатиков, не способных разделять волю своего бога и волю его жрецов.
Мы замолчали, смотря друг на друга, взаимно изучая.
— Я ошибалась насчет Вас, милорд, — велеречивый голос Мелисандры нарушил звонкую тишину, возникшую между нами, — юной госпоже ничего не угрожает в этом месте.
— Поклянитесь Р’глором. — мой голос был уже не столь сладок и обходителен, в нём зазвенел Баратеоновский металл.
— Я…
Голос жрицы сбился, словно сдулся. Мелисандра закрыла глаза. Мы стояли так несколько минут. Что-то подсказывало мне, что нарушать эту паузу сейчас не стоило, равно как и спешить с выводам, касательно мыслей жрицы. Не прогадал. Когда чужие глаза открылись, я столкнулся с пылающими очами устремлёнными прямиком в мою душу.
— Клянусь волей Владыки Света, что для Ширен из Дома Баратеонов не будет угрозы от его паствы. Ни здесь, ни где бы то ни было ещё.
Её голос звучал глухо и отрешённо, словно говорила… не она. Мелисандра вздрогнула и с плохо скрываемым шоком взглянула на меня, но стоило нашим глазам пересечься, как она стремительно отвела свой взор. Она пыталась скрыть страх. Молча убрав руку с моего локтя, она последовала прочь от меня. Но, как говорится, куй пока
