Сорок-сорок пять миль по снегу до перевала могли свести на нет его возможное преимущество во времени. Ангир развернул карту и вгляделся в желтоватый пергамент с тонкими красными линиями. Если получиться перейти через горы сразу, не доходя до тракта на Киммерию, он может сэкономить немало времени.
Боссонец быстро отобрал самое необходимое: две вместительных серебряных фляжки, несколько больших ломтей копченого мяса, лепешки из черного хлеба, сухари, два фунта сыра, десяток горстей сухих фруктов и грибов перекочевали из седельных сумок в походный мешок. Туда же поместились три вертела, бронзовая кружка на пол-пинты, несколько чистых тряпиц, мешочки с солью и перцем, небольшой топорик в чехле, огниво и кремень. Сверху на мешок асассин приторочил сыромятными ремнями сложенное одеяло из заячьих шкурок, и арбалет. В горах может просто не хватить времени зарядить его, от засады зверя или лихих людей он все равно не поможет, а идти с заряженным оружием на руках днями напролет будет только полный идиот. В таких условиях тетива на редкость быстро испортиться, а дуга так вообще может лопнуть. Чтобы вывести человека или зверя из строя на короткой дистанции ему хватит и метательных ножей. Гильдеец покачал на руке свое барахло, оценивая вес…
«Фунтов двадцать-двадцать пять. Хорошо, что арбалет с деревянной дугой, была бы стальная — ноша бы весила больше почти на треть».
Ангир в силу природной бережливости припрятал седло и упряжь неподалеку в расщелине, походный шатер отправился туда же, не колеблясь, боссонец положил в седельные сумки два фунта сухарей, метательный нож, десяток серебряных монет, и сумки заняли свое место в тайнике. Сверху накрыл попоной лошади и только потом старательно завалил камнями потяжелее. Над завалом боссонец выцарапал руну Тейвас.
Жизнь — переменчивая штука, кто знает, что будет завтра. Вряд ли он еще сюда вернется, но не бросать же снаряжение и имущество просто так?
Кроме того, если повезет ему вернуться в Пайрогию на карте тайников Гильдии добавиться еще одна точка, выведенная киноварью и описание тайника, а через пару лун такая точка появиться на всех картах Гильдии, во всех странах. Не пригодится тебе — пригодиться кому-нибудь другому. Разумется о тайниках знали не все, большинство гильдейцев о них и не догадывались. Но если к двадцати пяти годам гильдеец был все еще жив и хорошо себя зарекомендовал — его начинали беречь и ценить, как хорошо обученного для охоты сокола. Вот тогда и становилось ему известно о тайниках, которые могут помочь ему выжить. Где-то это было дупло дерева, где-то слегка присыпанный землей сундучок. Конечно, большинство таких тайников располагались в гораздо более цивилизованных странах, нежели Пограничье или Киммерия, в одном Офире подобных мест было больше тридцати. И везде по возможности было самое необходимое — еда, оружие, одежда, немного монет. Черная Гильдия в каждой стране считала своим долгом держать тайники в полном порядке, ибо это спасло отнюдь не одну жизнь. Возможно, когда кто-то из асассинов окажется здесь, сухари покроются плесенью, а метательные ножи — ржой. Но это будет все равно пища и оружие. Из шатра можно будет сделать какую-никакую одежду. А деньги окажутся, незаменимы, если человек нашедший их дойдет до цивилизованных мест. Другими словами, человеку без гроша в кармане, без оружия и еды эта расщелина покажется настоящим чудом, едва ли не большим, чем для стигийца стало бы появление Сэта на залитом кровью алтаре.
Ангир затянул потуже ремешки на сапогах вокруг голени, чтобы не набивался снег, закинул мешок на плечо и зашагал вдоль горного кряжа, высматривая место для подъема.
К полудню наемник вышел на горную тропу, она вилась между валунов и скал, уходя все выше и выше. После краткого размышления Ангир пошел по тропе, поправив поудобней перевязь с мечами за спиной.
Только хруст снега под ногами и сопровождал наемника, ни птиц, ни зверей, только вой ветра среди заснеженных обломков скал и величественных вершин.
Постепенно становился все громче шум падающей воды, так и есть, боссонец набрел на горное озеро, в которое срывался с высоких круч небольшой водопад. Плотно перекусив и напившись ледяной воды Ангир в очередной раз сверился с картой. Это на равнине все просто, не заблудишься, даже если захочешь. А в горах отошел на двести ярдов и местность уже не узнать.
К вечеру постепенно начало срывать снег, ветер усилился, все небо заволокло темными серыми тучами. Наступала вьюга. Ангир похвалили себя за предусмотрительность, когда загодя успел наломать сухих веток с чахлых и низкорослых деревьев.
Шатер остался внизу, у подножья неприветливых гор, и к ночи нужно было успеть подготовиться. Боссонец нашел возле громадного валуна наметенный сугроб и за пару часов выкопал в нем достаточно большую «берлогу» для ночевки. Ангиру пришлось потрать немало времени что вырыть в норе таким образом, чтобы пол убежища был выше входного лаза, благодаря внутренней ступеньке. Конечно, пришлось угробить времени едва ли не вдвое больше, если бы он рыл просто нишу, но зато теперь теплый воздух собирался под самым сводчатым потолком.
Завершал строительство импровизированного жилья ассассин уже под сумасшедшее дуновение холодного ветра и натиск снега. Ангир пробил ножнами меча в потолке своего убежища отверстие для дыма, закрыл входной лаз большой глыбой снега и развел костерок. Раньше ему не приходилось строить подобное «жилье», но в Гильдии давали знания не только как убивать и уходить от погони, но и как выжить. Оказалось в таком жилище может быть вполне тепло. «Никогда не думал, что подобные знания пригодятся, не зря едят свой хлеб учителя-гильдейцы». Снежные стены постепенно покрылись тонкой корочкой льда. На маленьком костре оленина разогревалась медленно, как и вода в бронзовой кружке, но боссонец сегодня уже никуда не спешил. Снаружи прорывался свист разошедшейся не на шутку вьюги, обрушившейся на горы и тщетно пытавшейся пробиться через толщу снега к человеку. Достав из мешка заветную фляжку с пивом, боссонец устроил себе маленький праздник. Поджаренное мясо, крепкое пиво, румяные лепешки и грибы позволили неплохо скоротать вечер.
Боссонец постелил на снег свой плащ, сверху укрылся почти невесомым, но на редкость теплым одеялом. Сон все еще не шел к нему и, жуя сухие фрукты, он думал. Разуметься не о том, что он один, почти на сотни миль вокруг, и его жизнь зависит только от него самого. Ангир давно привык к этому. Привык выверять каждый шаг и любое движение, привык быть настороже и сидеть в засаде часами. Он думал о том, что в очередной раз, смог оценить знания, которые ему подарила Гильдия. Цивилизованные люди большей частью утратили их, какому купцу придет в голову, что можно с комфортом переночевать в сугробе? Зато на далеком Севере любой человек запросто выживет в таких суровых условиях. Теряет цивилизованный человек хватку, быстро привыкает к хорошему — к тому, что вокруг него всегда каменные стены и стража, теплый дом и нормальная еда. Работа боссонца обеспечивала всем вышеперечисленным, но Главы Черной Гильдии слишком хорошо понимали это искушение покоем, потому регулярно и ездили асассины из одной страны в другую, чтобы не засиживаться. В той же Бритунии иногда гильдейцы просто отправлялись на северную границу, в почти неприметные землянки и пещеры, чтобы растрясти жирок. Именно там боссонец научился лазить по скалам и есть сырую козлятину, и кто бы мог подумать, но это ему пригодилось и не раз…
