и область ключиц. Бешеная скорость поцелуев, и Гретта всеми силами пыталась его оттолкнуть. Ему это будто только нравилось, то, как она билась в его руках, пытаясь вырваться.
— Ты станешь моей, хочешь того или нет! Скоро будет свадьба и теперь мне не нужно твое согласие, — он остановился и посмотрел на неё. — Ведь я все уже решил. — его губы потянулись к её губам, но Гретта успела увернуться.
— Убирайся вон! — она кричала, но кажется, что никто её не слышал. — Не смей, меня касаться, иначе я проткну тебе глаза своими ногтями.
Между поцелуями он лишь усмехнулся.
Скрутив её руки, он усадил девушку на стол, ухватившись за её бедро. Содрав одной рукой ткань с этого места, он ухмыльнулся.
— Теперь точно, будешь только моя.
Его руки двигали девушку к себе, отчего она все сильнее прижималась к его твердому паху.
— Хватит, хватит, — она высвободила руки и ударила мужчину по щеке. Это заставило его ненадолго прийти в себя и посмотреть наконец в глаза испуганной до смерти девушки.
Только сейчас он заметил, как она дрожала, как тряслись её руки и все тело.
Уставившись глазами полными огня, он рассматривал каждый сантиметр её тела, находясь на малом расстоянии. Он смотрел, как локон упал на её ключицу и как вздымалась её грудь.
Поняв, что совершил большую ошибку и откинув весь разум кинулся во тьму своих чувств. Да, он приревновал её. Томасу противила лишь мысль о том, что она могла быть с кем-то кроме него.
И он поддался искушению, накинулся на неё словно голодный зверь. Теперь она никогда не сможет доверять ему, хоть и прежде это оставляло мало надежд.
Гретта отвела от него свой взгляд и больше не смотрела. Поправив ткань порванного платья, она с противным чувством хотела покинуть его, как можно скорее. Но стоило оказаться за его спиной, как мужчина развернулся и жадно ухватился за её руку.
— Как ты смеешь еще меня трогать? — в её покрасневших от злости глазах, он больше не видел света.
— Я погорячился. Был не прав. Но и ты должна меня понять.
— Должна понять? — перебила она его. — И слушать не желаю. Ты набросился на меня, сделал мне больно. А еще говоришь о свадьбе! Кто ты мне такой? — прошипела она прямо у его лица.
— Твой будущий муж. И теперь не важно, хочешь ты этого или нет. Это случится. Должно случится.
Она недовольно фыркнула.
— Никакого замужества не будет. Я не стану женой такого подлеца, как ты! Едва не опорочившего честь девушки.
— Честь девушки? — он усмехнулся, но затем резко посерьезнел. — Я уверен, что этого тебя лишил твой любимый охотник.
Глаза Гретель выдавали всю неприязнь.
— Я не жалею ни об одном его поцелуе, — громко прошептала она. — Ни об одной его касании…
— Замолчи! — остановил её он.
И жестко ухватил за руку, притянув к себе, что она оказалась в паре сантиметрах от его лица. Такого злого и недовольного.
— Я не хочу портить с тобой отношения, Гретта.
— Мне кажется, ты уже удачно с этим справился.
Томас пристально смотрел на неё.
— Больше ты не будешь исчезать по ночам. Это моё наставление. Если ты не усвоишь, то я поставлю своего человека, чтобы он ходил за тобой по пятам.
Гретта сузила глаза и взглянула в самую глубину его.
— Не бывать тому, меня ты не сможешь контролировать. Я тебе не жена и теперь даже не друг.
— Не зли меня, — он заскрипел зубами.
— Это тебе лучше не злить меня, — их взгляды устремились друг на друга.
— Теперь точно у нас не выйдет по-хорошему, — он приблизился к ней губами, осмотрев еще раз лицо, отчего девушка отшатнулась.
— Нам необходимо скрепить наши узы. Нашей силе нет равных в поселении, и поэтому я выбрал именно тебя в жены. Мы продолжим наш клан, создадим этот сильнейший союз.
— Я не понимаю, как мне даже смотреть на тебя после всего этого, — она говорила с отвращением.
Но он будто не слушал её.
— Свадьба состоится до конца мая. Ты станешь моей женой и это последнее мое слово, я не стану трогать тебя боле, до дня, как ты в ночь свадьбы придешь в мою обитель. Но, если же воспротивишься всему — я все равно возьму свое. Добровольно или силой.
— А что если я прямо сейчас отвечу тебе отказом?
— Тогда ты очень глупа, раз не понимаешь, что поставлено на кон. Нам дарована не просто так наша сила, мы потомки сильнейших.
— Это я уже слышала, Томас. И все же я не понимаю, почему я должна продолжать стоять тут и не рассказать всем утром, о том, что ты пытался сделать. Чтобы тебя высекли и наказали ужасным способом.
— Если ты посмеешь это сделать, я лишу тебя всего. Ты останешься одна. Без Сесилии, без Иды. Без Майлун. Грязная ведьма потасканная охотником.
Гретта нахмурила брови. Её оскорбили последние слова.
— Не смей так говорить обо мне, Томас. Я бы с радостью посмотрела, как твой грязный язык будет гореть на костре, — девушка кинула на него долгий мрачный взгляд.
— Ты меня услышала, Гретель. Я дам тебе время до рассвета.
Гретель вырвала свою руку и отошла к окну.
В голове сразу всплывали слова Иды:
«Если ты не согласишься, они немедленно принудят тебя сделать это. Но, если ты согласишься, то у нас будет время, понимаешь? Мы найдем твоего отца, я помогу тебе выбраться отсюда. Будь с ним не так жестока, иначе он заполучит тебя жестоким способом, девочка.»
Она томно вздохнула.
— А теперь ложись спать, утром я навещу тебя, — послышался голос сзади и Томас подошел, ухватив ладонью за голову, прижал её виском к своим губам. Но девушка даже не повернулась.
Мужчина ушел, а она так и не двинулась. Смотря в окно, сердце просило помощи, избежать этой участи. Слезы катились вниз по разгоряченным щекам. Она коснулась кольца на пальце и тихо взмолилась, просила дать ей сил пройти этот трудный путь, и где-то там в далеком краю, её зов был услышан.
Утром, когда солнце едва показалось, Гретта уже сидела на кровати и перебирала свои волосы. Всю ночь ей не удалось уснуть, плохие мысли мучали её. Девушке было не просто принять такое решение, но все же она решила послушаться Иду. И согласиться на этот брак. Свадьба состоится в конце мая, как и планировала протянуть Ида. Главное, чтобы никто не заметил её замешательства. Придется для всех сыграть послушную невесту.
Гретель успокаивало лишь то, то это все временно.
