уже выучил очкастого посланца, он любит говорить о делах, сидя, и по возможности комфортабельно.
Я без особого удовольствия устроился на деревянной скамье. Хоть и не слишком стар, но всегда плебейскому дереву предпочитаю сиденья из натуральной кожи. Конечно, для открытого воздуха можно сделать скидку и согласиться на армированный титаном вспененный пенополистирол, но дерево, это слишком бедно даже для заштатного поселения.
Девчонки встали за нами, не думаю, что им удобно стоять, прижавшись спинами к стриженым кустам, но вмешиваться не стал, выжидая, что предпримет Серый. В этом мире странные отношения, и мир странный, не хочу по незнанию сделать ошибку. Всё слишком индивидуально в каждом клане приняты различные обычаи.
В Клане Рэд слуги после двадцати лет беспорочной службы получают привилегию опускаться на одно колено за спиной Покровителя, у Греев слуги даже не кланялись, оставив эту традицию посторонним.
Серый не спешил брать командование на себя, предоставив стать ведущим мне по праву Первородства.
— Так, не стойте у меня за спиной, терпеть не могу говорить в пустоту. — я дождался, когда девчонки встали перед нами, переступая с ноги на ногу, — Мы вас приобрели не для себя, будете зарабатывать телом, так что выбросьте всякую дурь из головы. Не вздумайте реветь и устраивать истерики — выпорю, чтобы плакали хоть по делу.
Мне не хотелось ломать их, но для дела пришлось в голос добавить стальные нотки.
Для девчонок это шок, но не удивление, кажется они подсознательно ожидали от нас подлости.
И мы их не разочаровали, одна готова расплакаться и сморщила носик, перед рёвом, но вторая сжала её локоть и шепнула пару слов поддержки на ушко.
Мне не доставляло удовольствие, что девчонок придётся выставить на панель, а ещё больше раздражало, что придётся заниматься сводничеством, но что не сделаешь ради брата, тем более что это спецоперация, а не заработок на жизнь. Да и девчонкам приятнее провести время с мальчиками-курсантами, а не с возрастными мужчинами.
Чтобы морально поддержать девчонок перед занятием проституцией, мы всей компанией отправились в ближайшую кафешку подкрепиться после поездки.
Кафе вполне современное, пластик, хромированный метал, на плазменном экране над стойкой выставлено меню с фотографиями блюд, обычное заведение фастфуда, без претензий на эксклюзивность, таких множество во всех мирах обитаемой вселенной, и везде кормят одинаково отвратительно, да и блюда те же самые, что в забегаловки на задворках Совета в столичном мире, что на Богом забытой космостанции в anus mundi.
Время стояло слегка сонное, обед уже закончился, а ужин ещё не думал начинаться, и не удивительно, что в зале никого, кроме нескольких школьников и студентов, и пары работяг в спецовках неопределённого цвета, касса свободная, и женщина средних лет клевала носом на рабочем месте, да так явно, что бумажный козырёк её форменного наголовника, казался клювом чудной птицы, подбирающим зёрна с кормушки.
Только подойдя к стойке выдачи, я понял, что чего-то не хватает. нахватало наших покупок.
Девчонки остались на улице и стояли с голодными лицами, переминаясь с ноги на ногу.
— Просите, а в этом заведении накормят, двух девушек, красивых, но невезучих, — обратился я к продавщице.
— Вон тех, что ли, — ткнула тётка пальцем в девчонок, — да запросто!
Она нырнула под прилавок и достала оттуда картонные полоски.
— нате!
Я держал в руках картонки, полностью не понимая, что это. Хорошо, что за нами никто не стоял, и не подгонял в спину.
— Хосподи! Да что за люди тёмные пошли! Девок напокупывают, а что с ними делать не знают. Короче, новенький, рабам тута хода нет, но голодными всяко не оставим, только плати, ты одень им воротничок, чтоб людей не смущать, да пусть столуются, жалко, что ли. — видя, что я уже начинаю понимать, тётка озарила забегаловку эксклюзивным чувством юмора, — ну ты если не знаешь, что да как с девками делать - обращайся, и покажу, и расскажу, и продеманстрирую, я девушка одинокая, вечерами свободная.
Когда я вышел за девчонками, на меня уставились две пары глаз с непониманием, и смутным ожиданием неясно чего.
— Хозяин, а Вы уже пообедали?
Не знаю, как пользоваться этими картонками, но меня жизнь научила, что можно все неясности спихнуть на подчинённых, и посмотреть, что получится в итоге.
Я протянул им воротники.
— Одевайте и пойдём есть.
— Да, господин, — хором отозвались служанки.
Всё оказалось проще чем я думал, девчонки одели друг дружке картонные пояски на шею и застегнули сзади, воткнув прорезь в прорезь, и выгнули края по перфорации. Вместо стали ошейника на их шеях красовались телесного цвета воротнички с глумливой надписью:
«истинная свобода – внутренняя.»;
В зале ничего не изменилось, Серый, получив заказ, сел в уголок и потихоньку обедал, не обращая внимания на окружающих.
Тётка опять задремала, опустив клюв-козырёк до самой кассы, но профессионально проснулась, как только мы подошли на расстояние заказа.
— Чего желаете, молодые люди?
Девушки вдвоём уставились на меня, ожидая команды, да, конечно, я помню, что теперь я их хозяин, а, соответственно, податель благ, и отец родной, и Господь Бог, в одном лице.
— Заказывайте что хотите, разрешаю, более того, настаиваю, сегодня ужинать будем поздно.
Тётка оценивающе глянула на меня.
— Девоньки, повезло вам с хозяином, держитесь за него обоими руками, возьмите комплект «Экзотик», Вы такого в ваших Чигирях точно не пробовали! Голимый импорт!
Девчонкам хотелось поесть, что-то новенькое, но они стеснялись просить у меня, не зная, как я отреагирую.
Я не стал выкаблучиваться и заказал три комплекта.
Оставив девчонок у стойки ждать заказ и выслушивать от тётки, панегирик мне, как доброму хозяину: «все бы свою прислугу по-человечески кормили, а то понимаешь есть такие, что сами по ресторанам ходют, а девок понимаешь на одной кортошке держат, а ваш хозяин — настоящий мужик!»;
Я уже устраивался за столом напротив Серого, а до меня доносилось, что «если мужика значит ногами обхватить и не отпускать пока он ну это дело в тебя не сделает, то точно залетишь, а потом будешь за ним как у Христа за пазухой»; ну почему мне везёт на древневеров?
Девчонка принесла мою еду и через минуту вернулись уже в вдвоём, с подносами встали за спиной, в ожидании распоряжений,
