Второй обер-прокурор, Чебышев, был совершенно неверующим человеком и нередко открыто, при публике, заявлял о своем неверии в Бога, говорил разные «гнилые слова» в присутствии членов Синода и задерживал издание сочинений против модного тогда неверия (Е. Н. Поселянин).
Если к этим фактам и обстоятельствам добавить отобрание в казну монастырских имений и введение монастырских штатов, то время Екатерины II нельзя признать особенно благоприятным для Церкви.
Представители церковно-учительной мысли
Русская государственная власть, действуя со времени Петра I автономно от Церкви, тем не менее стремилась видеть последнюю пособницей всех своих мероприятий. Во второй половине XVIII века, когда светская литература развилась настолько, что могла стать сильным средством пропаганды нужных государству идей, правительство в лице Екатерины II уже не так нуждалось в поддержке церковного слова, как это было при Петре I. Но Церковь все равно не могла оставаться без участной к жизни Отечества русского и продолжала помогать государству во всех его добрых начинаниях и усилиях, направляемых к благоденствию народа. Церковь помогала государству не только в лице своих высокообразованных иерархов, принимавших широкое участие и в научной, и в общественно-просветительной деятельности, санкционируя действия государственной власти с церковной кафедры. Помогала Церковь государству сохранением и укреплением религиозно-нравственных основ жизни русского народа, заботясь и о его духовном просвещении.
С усилением новых идей Церковь, незыблемая в своем духе и постоянная в осуществлении заветов Христова учения, получала значение того регулятора духовных стремлений русского общества, который заставлял его пользоваться западной мыслью больше для возбуждения собственной русской мысли. Церковь ограждала передовых деятелей государства от увлечения западной культурой и не давала забывать свою русскую природу, свое сыновство по отношению к народу и этим самым питала национальное сознание лучшей части интеллигенции. Эта роль Церкви, благодетельная для государства во всякое время, получила особое значение в эпоху Екатерины II, которая не отличалась особой религиозностью, хотя и выполняла все предписания Церкви. Екатерина II хорошо понимала, что сила и крепость государства весьма много зависят от силы веры и благочестия его членов, что гражданские законы имеют свою опору в Законе Божием и что там не может исполняться закон гражданский, где не исполняется Закон Божий.
В лице подвижников благочестия Православная Церковь просвещала светом Христовой веры русский народ, обороняла русскую душу от искушений чуждой культуры, а в лице особенно образованных архипастырей и проповедников вела неустанную работу и среди русского общества. Эта работа состояла не только в обличении заблуждений и пороков общества, но и в раскрытии истин православной веры, у которой в то же екатерининское время появился новый противник, более тонкий и опасный, чем открытое безбожие, – это масонство, просочившееся к нам также с Запада.
Помощь Церкви государству выражалась в деятельности высокообразованных иерархов и белого духовенства, принимавших широкое участие и в научной, и в общественно-просветительской жизни тогдашнего передового общества. Так, при учреждении Российской академии в состав ее 78 членов вошло 19 духовных лиц, из них 11 монашествующих и 8 лиц из белого духовенства, и все эти лица явились деятельными участниками в трудах Академии. Очень многие ученые из духовенства выдвинулись тогда на научном поприще, создавая многочисленные труды в самых различных областях знания: составляли и издавали словарь русского языка, переводили научные труды с иностранных языков, составляли научные руководства для учебных заведений, писали исторические исследования, создавали труды по богословию и философии и т. д.
Замечателен тот факт, что в научной области главное усилие ученого духовенства направлялось на собирание и изучение сокровищ русского народного творчества, особенно в области языка и русской старины. В этом усилии сказалась также забота Церкви по сохранению национальных основ русской культуры, которая не должна была уступать своего господства власти чуждых русскому духу идей Запада.
Многие духовные лица, сверх обширных богословских знаний, сделались известны научными и литературными трудами. К ним нужно отнести архиепископа Нижегородского Дамаскина (Семенова-Руднева), который писал «О следах славянского языка в писателях греческих и латинских», издавал сочинения Ломоносова, Феофана Прокоповича и митрополита Платона; архиепископа Екатеринославского Амвросия (Серебренникова), известного своим переводом «Потерянного рая» Дж. Мильтона и составлением «Оратории», которая еще долго употреблялась в качестве учебного руководства; архиепископа Архангельского Аполлоса (Байбакова), всю жизнь занимавшегося учеными трудами: составил курс статистики, написал «Пиитику», которая, наряду с «Ораторией» архиепископа Амвросия, долго держалась в школах как учебное руководство, писал толкования на книги Священного Писания и был автором целого ряда повестей аллегорического характера. Следует отметить и замечательные ученые труды протоиерея Московского Архангельского собора Петра Алексеева, бывшего членом Российской академии. Кроме церковного словаря памятниками его учености являются такие сочинения, как «История Греко-Российской Церкви», «Словарь еретиков и раскольников», издание «Православного исповедания» Петра Могилы с разными примечаниями и др.
Еще более плодотворной была деятельность просвещенного духовенства в собственно богословской области. Из длинного ряда славных имен, украсивших собою русскую богословскую мысль, прежде всего следует выделить митрополита Платона (Левшина), составившего «Православное учение веры», катехизис для священноцерковнослужителей и еще два катехизиса, бывших учебными руководствами в школах. Архиепископ Белорусский Георгий (Конисский; †1795) написал догматическое богословие на латинском языке. Епископ Смоленский Парфений (Сапковский; †1795) составил книгу «О должностях приходских священников», имевшую несколько изданий и переведенную на английский язык как образцовое в этом роде сочинение. Митрополит Петербургский Амвросий (Подобедов; †1818) издал руководство к чтению Священного Писания, епископ Нижегородский Вениамин (Румовский-Краснопевков; †1811) – «Новую скрижаль». Можно привести длинный ряд имен, которыми отмечены многочисленные богословские труды того времени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
