Между духовными учеными и писателями екатерининского времени встречаем мы особенно много переводчиков с западных и древних языков. Среди переводчиков заслуживают внимания такие ученые лица, как архиепископ Московский Амвросий (Зертис-Каменский; †1771), который перевел с латинского «Гроциево рассуждение против атеистов и натуралистов»; архиепископ Астраханский Анастасий (Братановский-Романенко; †1806), издавший в 1794 году сочинение на тему «Предохранение от неверия и нечестия»; архимандрит Калязинского монастыря Феоктист, переведший с французского «Слово о вольнодумцах и неверующих» Жака Сорена, и ряд других. Эти переводы следует отметить главным образом потому, что они были направлены против философии энциклопедистов.
В ту же пору жил и подвизался знаменитый старец Паисий (Величковский), архимандрит Нямецкого молдавского монастыря, который перевел с греческого «Добротолюбие» и положил начало широкому духовному движению, приведшему к возрождению наши многочисленные монастыри. Он создал школу духовной жизни, влияние которой сказалось впоследствии и на светском обществе, и на многих представителях русской культуры, русской религиозной мысли.
Особенно много трудилось высокоученое духовенство в области живой проповеди. Екатерина II хорошо понимала, что сила и крепость государства весьма много зависят от силы веры и благочестия его членов, и поэтому она повелела Синоду составить сборник поучений на все воскресные и праздничные дни, чтобы по этому сборнику священники могли поучать народ вере и благочестию во всех городах и селах. Такой сборник и был составлен особой комиссией из трех лиц: митрополита Гавриила (Петрова), митрополита Платона (Левшина) и епископа Гедеона (Криновского). В сборник вошло 104 поучения разных авторов: Иоанна Златоуста, Илии Миниата, Жака Сорена, митрополита Платона, митрополита Гавриила, архимандрита Гедеона (Ильина) и др. В предисловии к сборнику было сказано: «Хотя каждый священник обязан учить свою паству Закону Божию, но еще мы не благословлены толико от Бога, чтобы везде были священники просвященные и учительные… Того ради за полезное и нужное рассуждено Церковью Божию снабдить поучениями, которые содержали бы в себе учение всех должностей, какими обязан истинный христианин и добрый гражданин, и оное учение изъясняемо было бы слогом ясным и потому каждому вразумительным, порядочно расположенным и потому долго в памяти содержатися могущим, притом приятным и пристойного святости Церкви сладкоречия исполненным и потому не скучным, но усладительным и поучительным».
За этим сборником был издан другой на тему: «Книга кратких поучений о главнейших спасительных догматах веры и заповедях Божиих, и о должностях, из разных святых отец и учителей собранная». В предисловии к сборнику сказано, что «еще Петр Великий повелел издать такую книгу, но его воля до сих пор не была исполнена. Синод, издав поучения на воскресные и праздничные дни и имея попечение, дабы и в прочие дни сынове православные Христовы Церкви поучаемы были, посвящает пользе общей книгу сию, в которой правила веры и нравоучения, почерпнутые из книги святых отец и лучших поучений, расположены порядком бого словии с тем, дабы всякий священник, отец и хозяин имел что и в каждый день к наставлению вверенных им прочесть».
Издание этих книг было весьма нужным и полезным мероприятием, потому что сборники образцовых поучений служили основой для самообразования духовенства, сообщали ему единство усилий в просветительной работе и приобщали его к положительным идеям европейского просвещения.
Наиболее яркими проповедниками слова Божия, много потрудившимися в борьбе с вольнодумством своего времени, являются такие светила церковно-учительной мысли, как митрополит Московский Платон (Левшин), митрополит Петербургский Гавриил (Петров), архиепископ Астраханский Анастасий (Братановский), и на юго-западе: протоиерей Иоанн (Леванда) и архиепископ Белорусский Георгий (Конисский) и многие другие славные проповедники.
Жизнь и деятельность каждого из них, направленная к единой цели, была полна своеобразия и тех особенностей, которые определяются обстановкой и условиями их деятельности. Замечательно то, что эти люди в любой обстановке умели хранить святость жизни и исполнять свое высокое призвание.
Гавриил (Петров), митрополит Петербургский
Блестяще образованный в Московской Академии и имевший наклонность к аскетической жизни, Гавриил Петров 29 лет был пострижен в монашество и через два месяца был уже ректором семинарии и наместником Лавры. Через три года его сделали ректором Академии и настоятелем Заиконоспасского монастыря, а по смерти митрополита Гедеона (Криновского) он на 33-м году жизни был назначен епископом Тверским, а в дальнейшем – архиепископом и митрополитом Петербургским. Его заслугам принадлежит целый ряд деяний, ставших достоянием истории. Так, он испросил у императора Павла освобождение духовенства от телесного наказания. В Российской академии он был первенствующим членом. Екатерина II, уважая его ум и таланты, сделала его членом Комиссии Нового Уложения. В Российской академии он много работал по составлению словаря русского языка, написал целый ряд ученых сочинений, но особенную услугу оказал делу проповедничества изданием двух упомянутых выше синодальных сборников церковных поучений, куда вошли и его собственные восемь поучений.
Дарование митрополита Гавриила было таково, что в его сочинениях и поучениях отражалась главным образом «философская стихия своего века»; идя навстречу стремлениям современности к завоеванию прав разума на познание, он ставит своей задачей дать всему разумное обоснование, сообщить строгость и последовательность в выводах, ясность и отчетливость в изложении мыслей. «Гавриил любил проводить в своих проповедях современные гуманные идеи о законе, долге и управлении, о правах и обязанностях человека, личных и общественных. Это и приобрело ему репутацию мудрого и просвещенного учителя».
Таким образом он стремился утверждать истины Православия как бы в сфере человеческого разума, тем самым показывая разумное превосходство православного учения. В эпоху выдвижения разума на первое место в познании истины это направление религиозной мысли митрополита Гавриила было особенно нужным и важным, ибо оно и для разума обнаруживало превосходство веры.
В силу своего высокого положения и близости к императорскому двору митрополит Гавриил должен был отдавать неизбежную дань обычаям высшего общества, но в личной жизни оставался строгим аскетом, питался овсяной кашицей и был крайне сдержанным и молчаливым. На его примере мы можем убедиться в возможности достойного несения креста жизни в условиях высокого церковно-общественного положения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
