Он побежал и сам — неуклюже из-за «взлетной аппаратуры», криво, спотыкаясь буквально через шаг. Это и решило дело. Если до сих пор в памяти монстра и держались остатки заложенной ранее программы, то теперь произошло переключение на другую, более раннюю, подаренную еще природой: если враг удирает, его надо догонять!
С шумом и хлюпаньем бывшие роботы-монстры выскочили из своих «кормушек» и устремились за удирающим куском мяса.
Погоня длилась недолго — к ее концу, хоть до него было всего лишь несколько секунд, Луи уже топтался на месте с черепашьей скоростью.
— Мэт! Они вышли из-под контроля!!! Ты слы… — он не договорил — из его рта вырвалась струя крови, а еще через мгновение на голову Воплощения, обвисшего и помятого, наделась зубастая пасть, дробя своими челюстями тонкий череп.
— Луи, что ты там орешь? — возмущенный столь явным отступлением от намеченной программы, робототехник шагнул в зал — и остолбенел.
Сверхмонстры, гиганты, мчались на него со всех сторон, не выбирая дороги: по чанам, по стенам, по осыпающимся потолочным лампам…
Зрелище настолько потрясло его, что, когда первый монстр вгрызся в упавшее тело, робототехник был уже мертв.
56
— Эдвард… вы что, серьезно собираетесь участвовать в их фарсе? — Глава Компании повернул голову в его сторону, насколько это позволяли сделать веревки. Он, казалось, забыл, что первым заговорил об адвокате.
— Что поделать, босс, это ваш единственный шанс. Маленький, правда, не скрою, но… — Варковски развел локти, будто разводя руками. Его жест привлек внимание косоглазой — девушка все с тем же тупым видом подошла поближе и стала наблюдать, не повторит ли он заинтересовавшее ее движение.
— Все равно… Вы знаете, что меня больше всего удручает в этой обстановке? То, что я не могу поверить в ее реальность. Эта действительность напоминает мне затянувшийся кошмар. Я — здесь, в сумасшедшем доме, — вы только прислушайтесь, как это звучит! — в сумасшедшем доме, захваченном монстрами, вырвавшимися из… — он резко замолчал, глядя в сторону косоглазой.
— Не волнуйтесь, босс, это — не свидетель. Разве вы не видите? Эй, птичка… у тебя что, болезнь Дауна? — обратился Варковски к девице. Та испуганно отшатнулась и закивала, причем радужки ее окончательно съехались к уголкам глаз.
— Да? — Глава Компании шумно вздохнул. — Так вот, все это слишком похоже на дурной сон. Неужели я похож на человека, с которым могут происходить подобные истории? Чем дальше, тем сильнее я убеждаюсь, что здесь что-то неправильно. Мало того, мне начинает казаться, что я попросту схожу с ума — иначе почему бы я был заперт здесь?
— Ну, — Варковски позволил себе усмехнуться, — если на то пошло, то весь мир — это огромный сумасшедший дом, куда нас всех сослали из рая… для лечения. Как вам такая версия?
— Вы что… — челюсть Лейнарди начала отвисать, — опять?!
— Ладно, вы уж простите, босс, но у нас просто слишком мало времени, чтобы тратить его на лирические отступления. Может, вы и впрямь безумны. Может, сошел с ума я — как вам понравится, если я заявлю вдруг, что вы здесь в таком положении потому, что это я так выдумал? Но, так или иначе, даже если это наше с вами безумие, то оно — единственная реальность на сегодня. И я не тороплюсь, как ни странно, выписываться из этого сумасшедшего мира на тот свет. Да и вы, надо полагать, тоже. Значит, с условиями игры придется смириться. Мы должны бороться — пусть даже эта борьба со стороны выглядит совершенно бессмысленно. Итак, что бы вы лично сказали в свое оправдание?
— А вы?
— Меня не судят, и к тому же я всегда могу сослаться на необходимость исполнять приказы — не забывайте об этом. Но не будем отвлекаться. Какие, по-вашему, обвинения они выдвинут?
— Да те же, что и все коммунисты…
— Эти ребята ближе к пацифистам. Собственно, политической теории как таковой у них нет — и на этом тоже можно сыграть. Тут уже зависит, насколько каждый из них убежден в своей правоте. Помните: наша с вами задача — убедить половину собравшихся. Главная сложность здесь — заставить их вообще нас выслушать. Такие горячие головы часто страдают глухотой. Так вот, речь пойдет почти наверняка о военных программах. Здесь наш козырь — это Зофф… А вообще-то слабо… очень даже слабо, — взгляд Эдварда несколько потускнел. — Да… подумал я, правда, об одном забавном ходе, но… А знаете, чем черт не шутит! Эй, ты… девочка!
Косые глаза на миг разъехались, приближаясь к нормальному расположению, но тут же сдвинулись снова.
Косая соображала. Думать ей было нелегко, но все же ей удалось понять, что странный человек в черном зовет ее.
— Ы? — подошла ближе она.
— Ты умеешь разговаривать?
— Ы!
— Прекрасно. Ты можешь войти в дом? — На лице косоглазой появились сосредоточенные морщинки, затем разгладились, и она издала еще одно «ы» подтверждающее ее способность сделать это. — Так, хорошо, я вижу — ты умница. Итак, ты должна войти в дом. Войти в дом, поняла? Там есть девушка. В доме. Не та, с которой ты приехала. Другая девушка, со светлыми длинными волосами. Понятно?
— Ы! — после недолгого раздумья подтвердила косоглазая.
— Приведешь ее сюда? Повторяю для закрепления: входишь в дом, идешь к девушке, ведешь ее сюда. Ясно? Ее зовут Синтия. Запомнишь?
— Синтия. Иду. Привожу. Да, — выдала длинную для себя фразу косоглазая и довольно улыбнулась. — Синтия…
— И что, ты думаешь, она сможет нам помочь? — с сомнением посмотрел на Эдварда Глава Компании.
— Я думаю, что чудеса иногда случаются… Иначе нас бы тут не было…
57
Элтон явился по первому же вызову — правильней сказать, вообще без вызова, так как Президент надеялся ограничиться одним сообщением.
— Вы делаете успехи, Сол, — довольно фамильярно похлопал правителя по плечу Человек-Из-Тени. — Право же — не ожидал от вас…
— Хочешь жить — научишься и не такому, — вздохнул Президент. После предательства — теперь он не сомневался, что совершил таковое по отношению к Лейнарди, — на его душе скребли кошки, и их коготки были очень острыми: иной от такой «щекотки» уже запросился бы на тот свет или, на худой конец, в отставку.
— Ну, ладно… Так что там у вас кроме того, что этот лис снова выскользнул?
— Ничего хорошего. С Эпсилон-Кси, как ранее с Минором, утрачена связь, с Медуллом — тоже.
— С Медулл — обычно о ней говорят в женском роде.
— Неважно. На том же катере вместе с Лейнарди был и пилот. Он сообщил на какой-то грузовик — к счастью, не упоминая, что за пассажир находится на его борту, — очень странные вещи. Честное слово, то, что они поднялись не откуда-то, а с Эпсилон-Кси-21, наводит на нехорошие подозрения. Если бы не ваша передача, я бы посчитал его обычным психом. А так…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
