Один, мокрый с головы до ног, оглянулся в мою сторону и махнул рукой. Я решил истолковать, как жест приветствия, ответил таким же взмахом. Огр некоторое время помогал вытаскивать зверя на сушу, а это трудная задача, в воде все легче, но к нему подошли еще несколько огров, и первый охотник, оставив добычу, повернулся ко мне.
Я напряженно улыбался, готовый в любую секунду броситься бежать, но пока с места не сходил.
Огр распахнул чудовищную пасть, блеснули два ряда таких огромных зубов, что любой конь позавидует.
– Ты, – проревел он, – др-руг…
– Ага, – сказал я торопливо. – Я приманил вам рыбу!.. Много рыбы! Всякой. Большой и жирной.
Он кивнул, меня рассматривал с недоверчивым удивлением.
– Да, много рыбы, – сказал он. – Даже головастик приплыл… Это хор-рошо. Это вкусно.
– Рад, – сказал я, – что вам понравилось. Я так старался, так старался! Чуть не лопнул.
Он обернулся, посмотрел на суматоху у кромки воды. Огры, только сейчас начавшие высовываться из пещер, обнаружили, что кроме гигантских кальмаров приплыло множество разной рыбы, стали забрасывать сети прямо из пещер. Другие спешно опускали лодки, им передавали сети. Три огромных баркаса отчалили и начали окружать явившийся на зов раковины косяк.
– Ты пр-ринес удачу, – проревел он. – Ты наш гость!
– Добыча будет еще, – сказал я заискивающе.
– Откуда знаешь?
– Стоит мне позвать…
Он проревел радостно:
– Это хор-рошо! Пойдем. Меня зовут Агоо.
– А я Рич, – сказал я поспешно, но вспомнил про их рычащее произношение, быстро уточнил, – все обычно зовут меня Дик.
– Иди в пещер-ру, Дик, – проревел он.
Все еще побаиваясь, я осторожно начал спускаться, ступеньки есть везде, место обжитое, но у огров ноги подлиннее. К счастью, кто-то предусмотрел, чтобы и дети могли взбираться и спускаться, так что я слез в пещеру почти без мучений, а кровоподтеки при падении спишем на первый контакт.
Вход широк, что и понятно, среди огров нет дюймовочек, пещера просто гигантская. Огр снисходительно улыбался, глядя на меня. Я чувствовал себя перед ним тщедушным подростком, Агоо не только выше почти вдвое, но и шире впятеро. Чтобы держать такой вес, нужны толстые и прочные кости. Мышцы у огра просто чудовищные, не могу смотреть без страха. Он пройдет не раньше, чем перестану представлять, как схватит, сожмет, сдавит, выжмет из меня все соки, оставив сухой мешок с размолотыми в муку костями…
Он проревел гулко:
– Заходи. Ты пр-р-ринес нам удачу.
– Удача, – сказал я заискивающе, – это хорошо. Я вообще-то удачистый человек. А еще я в родстве с ограми. Лесными, они помельче. И не такие отважные.
Агоо рыкнул:
– Правда? Есть и лесные?
– Есть, – заверил я.
– Где?
– Ох, далеко…
Пещера гигантская, свод теряется в темноте, под стенами горят исполинские светильники на рыбьем жире, его не жалко, много, везде не просто светло, а празднично ярко. Лежбищ не заметно, явно в дальнем конце или из этой пещеры есть входы в другие, поглубже. Самок и расплод всегда прячут подальше от выхода.
В центре массивное сооружение из отбеленных временем рыбьих костей, не свои же огры отдадут на строительство этого жутковатого храма, но я не могу вообразить себе, что бывают такие рыбы. Хотя в море не обязательно резвятся только рыбы.
Я спросил как можно дружелюбнее и жизнерадостнее:
– А вы не пробовали глушить рыбу? И прочих водяных зверушек? Оптом?
Агоо посмотрел на меня с недоумением.
– Это как?
Я поежился от мощного рева, но надо привыкать, здесь это нормальная речь, сказал бодро:
– Ну-у… хотя бы сбрасывая в море скалы.
Он посмотрел на меня в недоумении.
– Как это? Скалы наверху не сдвинуть. Не оторвать. Мы все живем в одном камне…
– Не подходит? – спросил я. – Жаль… Хотя мысль как рыба – если на поверхности, то уже почти мертвая. Конечно, у меня есть и другие идеи, поглыбже… Но сперва поедим или выпьем?
Он надолго задумался над трудной задачей выбора, но явно был одним из самых блестящих интеллектуалов племени, потому что лицо прояснилось, он взревел радостно:
– А мы и поедим… и выпьем!
– Агоо, – сказал я потрясенно. – Ты просто гений! Такие задачи решаешь… И каким неординарным методом! Я предложил «или-или», а ты нашел третий вариант… Это гениально.
Донельзя гордый и счастливый похвалой, он провел меня мимо костяного храма, дальше костер, возле него трое старых огров, могучих, как столетние дубы, куча детишек, что показались мне похожими на резвящихся кабанов, две огрихи с отвисшим до пояса выменем.
По взмаху его длани огрихи забрали детей и удалились, я почтительно приблизился к огню. Один из старых огров, совершенный гигант даже в сравнении с собратьями, громадный, как гора, массивный, с длинными и непривычно золотыми волосами, жестом велел мне приблизиться.
Я повиновался, он неторопливо рассматривал меня пронзительно-синими глазами, неспешный и, судя по неторопливости жестов, очень скупой на слова. Лохматые и нечесаные волосы падают на его широкое, словно валун, лицо, морщины выглядят как трещины в камне.
– В море поймал? – спросил он моего проводника зычным и совсем не старческим голосом моего проводника. – Ладно, съедим на ужин.
Агоо проревел:
– Это др-руг.
Второй старый огр прорычал:
– Человек не может быть др-ругом.
– Это др-руг, – повторил Агоо. – Его зовут Дик, у него волшебная р-раковина, призывающая р-рыбу… Слышите, что в мор-ре? Все мужчины вышли, потому что р-рыба и головастики пр-рямо у нашего Камня и бьются о него головами.
Огры переглянулись, самый старый прорычал уже мягче:
– Будь нашим гостем, человек Дик. Я аянбек Гегоо. Это мой брат Геглоу, а вон тот молчун – Кетлоу. Здесь в пещере все – мои дети! А в соседней – внуки, тоже аянбеки… Вообще-то мы и есть аянбеки, это вы нас зовете ограми.
Я перевел дыхание и пролепетал:
– Спасибо… я польщен… Мы же умные люди, а огры, то бишь аянбеки, так вообще… вон у вас какие головы!.. И рыбку съесть, и овцы целы – вот это по-вашему! Я просто счастлив!
– Чем? – спросил Гегоо.
– Что нашел нашу родню, – сказал я. – Я из лесных огров. Мы мелкие, но всегда помним, что где-то у самого океана есть наши далекие родственники, морские огры, огромные, мудрые и всемогущие.
Гегоо проворчал польщенно:
– Все так, только мы не мор-рские.
– Это мы так зовем, – сказал я поспешно. – От вас у нас не осталось ничего, кроме смутных легенд. И сейчас я безумно рад, даже р-рад… да что там р-рад, я просто р-р-р-рад!
Второй огр, который Геглоу, смотрел все еще с неприязнью, но молчал, и только когда я присел к огню и протянул к нему ладони, словно озяб, сказал с подозрением:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
