— Может быть. Но все же ты убил человека, пусть слабого волей, но человека. Но я не осуждаю тебя. Ты поступил верно. Тем более, что ты убил его в честном бою. Так ведь?
Русий не ответил на вопрос Ария, а упрямо сказал:
— Он на твоей совести.
— Ну, — протянул Арий, — так мы никогда не придем к какому-нибудь решению — Блок обслуживания негромко звякнул. Арий встал, подошел кинему и достал пластиковую флягу с ойвой и две запечатанные фольгой тарелочки. Наполнив ойвой бокалы, он протянул один из них Русию. Тот взял и, не обращая внимания на пристальный взгляд зрентшианца, сделал глоток. Арий усмехнулся — Я был уверен, что ты предоставишь пальму первенства в дегустации мне.
— Почему?
— Мне казалось, что человек с твоей психологией обязательно сочтет ойву отравленной.
— Я мог бы так подумать, если бы не знал твоей психологии. Ты обожаешь изощренные убийства, а подобное отравление-это ведь примитив.
— Ну, насчет убийств, это грубо. Но в остальном ты прав. Я люблю тонкую работу.
— Что же зрентшианец хочет от меня?
— Предлагаю заключить нейтралитет. По крайней мере, до тех пор, пока мы не найдем планету.
— Нет, — твердо отрезал Русий, — я не пойду на это. Я не верю тебе. Это во-первых. А во-вторых, не хочу видеть тебя на этой планете и сделаю все, чтобы ты не попал на нее. Это наш дом, она не для тебя.
— По крайней мере, честно! Но ведь ты должен отдавать себе отчет, что проиграешь эту войну.
— Напротив, я ее выиграю. Я обязан ее выиграть, потому что от этого зависят судьбы атлантов.
— Что же ты намерен делать?
— Я уничтожу тебя!
— И каким же способом? — Интонации Ария стали резко язвительны.
— А вот этим! — Русий сдавил пальцами тюбик, который до этого прятал в левом кулаке, и швырнул его в Ария. Тот даже не предпринял попытки увернуться. Паста потекла по его лицу, и Русий с каким-то садистским чувством представил, как Арий превращается в жидкую слизь. Голова зрентшианца действительно стала оплывать, но лишь на мгновение. Через секунду она вновь приняла обычный вид. Русий собрал всю свою силу воли, но Арий парировал и эту атаку. Натужно улыбнувшись, он взял салфетку, аккуратно стер с лица следы пасты и взглядом обратил салфетку в пепел.
— Узнаю руку Черного Человека. Я был уверен, что именно он толкнул тебя на этот «геройский» путь. Но он, видимо, забыл предупредить, что эта смесь является лишь слабым раствором того сгустка энергии, которым обладает зрентшианец. Это все равно, что плеснуть кружку воды на раскаленную оболочку ракеты. Легкое шипение и никакого результата. Я мог бы сейчас уничтожить тебя. Но я не буду этого делать, потому что перестал желать твоей смерти…
— Неубедительно! — разжал губы Русий.
— Согласен. Ну тогда, допустим, из-за того, что это может рикошетом ударить по мне, и еще из-за того, что с каждым днем я все менее в состоянии это сделать. К моему великому сожалению, а может, и к твоему — Арий гнусно улыбнулся — Ведь ты, кажется, начинаешь получать удовольствие от убийств.
— К чему ты клонишь, скотина?!
— Ну-ну, не горячись. Ты понял, о чем я говорю, хотя и боишься себе в этом признаться. Я еще раз советую тебе не охотиться на зрентшианцев. Иначе тебе придется убить человека, который тебе дорог больше других — Командора. Твоего отца!
— Ты лжешь! — ослаб Русий.
— Ладно, — мягкий вкрадчивый голос Ария стал злобным, — я не стану убеждать тебя. Просто наступит день, и тебе придется надеть черные очки — Взявшись за дужку очков, Арий начал медленно тянуть их вниз. Русий бесстрашно смотрел ему в лицо. Зрентшианец рассмеялся — Ты спешишь умереть? Ты мне нравишься, но ты мне мешаешь, — произнес он почти с сожалением — Прозит!
Вечером в каюте Русия собрались трое заговорщиков. Русий был вначале несколько озадачен, когда Гумий привел с собой доктора Олема, но бывший контрразведчик кратко сказал: «Он наш», и Русий не стал задавать лишних вопросов. Он коротко рассказал товарищам о разговоре с Арием и о неудачной попытке уничтожить зрентшианца. Гумий смеялся, а затем спросил:
— Так ты считаешь, он неуязвим?
— В принципе — да. Его можно убить лазерным лучом, сжечь плазменной горелкой, взорвать гранатой, но он не даст этого сделать. Он предугадает наши действия и уйдет от опасности.
— Он вытворяет такие же фокусы, как и Черный Человек?
— Даже похлеще.
— Каким образом он это делает? — спросил мало что понимающий доктор.
— По-видимому, зрентшианцы обладают способностью читать мысли, а может быть, даже и предвидеть. Олем усмехнулся.
— Ну и пусть он прочитает мое намерение за секунду до выстрела. Что это изменит?
— О, доктор… Очень многое. Мы уже сталкивались с подобной ситуацией. Когда были у Черного Человека. Они раскладывают, то есть почти останавливают время, и получают возможность предотвратить опасность. Если ты наведешь на него бластер и за мгновение до этого подумаешь о том, что хочешь убить его, импульс окажется у тебя в животе.
— Невероятно.
— К сожалению, это факт.
— Во-первых, нам нужен еще один помощник. Командор нам не будет помогать, в лучшем случае он займет благожелательно-нейтральную позицию. На женщин я не рассчитываю, и не потому, что не верю в их силы.
— Тогда надо просто не думать!
— Док, — засмеялся Русий, — вы подали интересную мысль. Ее стоит обдумать!
— Послушайте, — вдруг испугался Олем, — а не читает ли он наши мысли сейчас?
— Вполне возможно.
— Черт… А что ему стоит войти сюда и перестрелять нас?
— Ну, доктор, мне стыдно учить вас психологии. Зрентшианец слишком кичится своей силой, чтобы прибегнуть к такому простому способу уничтожения врагов. Он любит действовать изощренно. Превратит, например, тебя в зомби и заставит убрать своих друзей, натравит киборгов или соорудит еще более изощренную ловушку. Он позер, в этом его слабость. И еще, остерегайтесь смотреть ему в глаза. Если он снимет очки, делайте что угодно, только не встречайтесь с ним взглядом. Не знаю точно, чем это грозит, но боюсь, что по крайней мере двое астронавтов погибли от этого взгляда.
— Да, — пробормотал Гумий, — но что же мы будем делать?
— бестолковое и недоверчивое существо, а мы не располагаем временем для убеждения. Кроме того, Земля подозревает меня.
Олем, уже посвященный в то, что случилось с механиком Эром, возразил:
— Вы не правы. Она просто хочет разобраться. Я вполне понимаю ее.
— Может быть. Но в любом случае я не хотел бы использовать женщин в этом деле.
— Я с ним согласен, — поспешил ввернуть Гумий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
