Из Поместья регулярно доставляли еду и лекарства, оставляя их у Яблоневых ворот деревни. На седьмой день к Снежным Листопадам пришла Ли Ло, чтобы увидеться с Ли Мин. Она рассказала, что Глава просил Хранителей, что обладали хоть мало мальской способностью к магии, помочь в лечении деревенских, однако никто из них не изъявил такого желания, потому что слушали Третьего мастера, невинно удивлявшейся, чем лекарь Бин и его непутевая ученица занимаются в Снежных Листопадах и, что лекарю явно не повезло с бесталанной девкой, которую он принял в ученицы.
— Так эта стерва открыла второй фронт против нас с тобой? Должно быть твои отношения с Главой улучшаются, а? — подмигнув, улыбнулась Ли Мин зардевшейся скромнице Ли Ло. — Тогда забей на нее.
Ей было слишком хорошо, чтобы сердиться и никакая Ся Гэ не испортит ей настроения. Она и Ли Ло беспечно сидели на разрушенных ступенях деревенского храма и ели пирожки. Вот когда смерть, заглядывая белесым бесстрастным взглядом, дышит в лицо, обдавая могильным дыханием, лишь тогда тонко ощущаешь красоту и необходимость прежде незначительных вещей, которых раньше не замечал.
Душный жар подходившего к концу лета был насыщен запахами отцветавших цветов и пыльными полевыми былинками, а прохлада вечера, когда неторопливо пьешь жасминовый чай, приносила покой и расслабленность. От доносящегося из сада запаха орхидей, приходило понимание, что ведь лето подходит к концу, вот что важно.
— А мне обидно, что она лжет про тебя, — меж тем делилась своими переживаниями Ли Ло с Ли Мин, довольно жмурящейся на предзакатное солнце. — И это тогда, когда император уже послал Очистительный отряд для уничтожения зараженной деревни.
— То есть нас⁈ — подскочила на месте ученица лекаря, позабыв про пирожок. Ощущении гармонии со всем миром вмиг слетело с нее.
— Успокойся, Глава с тремя отрядами клана вышел им навстречу и сказал, что деревню уничтожать нет необходимости, потому что все ее жители идут на поправку. Очистительный отряд вынужден был остановиться. Еще бы! Людей клана было в три раза больше. Глава сразу же отправился к императорскому двору, чтобы защититься от обвинений и узнать, кто убедил послать Очистительный отряд раньше положенного времени. И я опасаюсь, как бы из-за злого языка Ся Гэ, тебе не пришлось отвечать за все.
— Запариться, делать из меня крайнюю. — убежденно ответили Ли Мин, яростно дожевавая пирожок и спросила. — Как Глава, как его ребро?
— Зажило по уверению Хуна, но побаливает, хотя Глава не жалуется. Я тревожусь, как он перенес столь долгую и трудную дорогу.
Рассказала Ли Ло и о том, почему не явилось с обещанными лекарствами, когда Ли Мин и лекарь так нуждались в них в самый разгар эпидемии и ждали ее в назначенный день. Оказалось, что все собранные ею лекарства были нагло отняты у нее Третьим мастером, а сама Ли Ло под предлогом карантинной меры, заперта в охотничьей хижине, стоявшей на отшибе Поместья и Снежных Листопадов. Самоуправство Ся Гэ дошло до Главы, когда Ли Ло так и не вернулась обратно. Вызвав к себе Третьего мастера, Глава потребовал у нее объяснений. Сначала Ся Гэ все отрицала: она знать не знает, где носит эту Ли Ло, она не видела ни ее, ни телегу у деревне и никто из Пятого Лотоса ее не видел. Но когда Цао отыскал бесчувственную Ли Ло в забытой хижине, Третий мастер, не моргнув глазом, начала уверять, что изъяла лекарства у дочери казначея, чтобы обезопасить себя и свой отряд от заразы, а саму ее заперла в карантине, чтобы Ли Ло не общалась с деревенскими. Когда же Глава поинтересовался, где остальное лекарство, Ся Гэ заявила, что ее отряд использовал его без остатка. Глава отпустил Третьего мастера и послал в город и соседний округ нарочного за лекарствами, велев собрать сколько можно. А в карантинном дозоре с тех пор стоял Первый отряд Серебряного Инея.
— Не забывай, что Ся Гэ приходиться ему дальней родней, потому Глава снисходителен к ней, — пояснила Ли Ло возмутившейся подобной терпимостью Главы к этой… первой раскрасавице, Ли Мин. — К тому же отряд Пятого Лотоса отстранен от охраны Поместья и его заменили Драконы Дождя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С наступившей прохладой вечерних сумерек подруги распрощались, пожелав друг другу удачи: одна вернулась в деревню, вторая в Поместье. Дочь казначея продолжала следить, чтобы деревня не оставалась без продовольствия и лекарств, а Ли Мин со своими старичками ставила на ноги выздоравливающих.
Так что когда Глава вернулся на гору Доуфань не один, а с Инспекцией из нескольких чиновников двора, мор действительно был остановлен и погашен.
И вот три Хранителя таскали шарахавшихся от всего инспекторов по деревне. Те брезгливо морщась, заглядывали во все углы, допрашивали мага, лекаря и его ученицу, но ничего напоминающего об эпидемии найти не смогли.
Глава 14
Когда неожиданно спрашивают твоего совета.
Проводив придворных инспекторов, уезжавших поспешно и с видимым облегчением, Глава призвал мага.
— Господин, — почтительно поклонился маг, появившись в его кабинете. — Ученица лекаря ведь передала вам мои соображения о настоящей природе мора, что обрушился на Снежные Листопады?
Глава кивнул, неосознанно прижав ладонь к боку, что не укрылось от внимания мага, отметившего, что молодой глава клана выглядит более чем неважно. Вообще в клане состояние Главы измерялось от неважного до ужасного. Ужасного, стараниями лекаря Бина, старались не допускать, а неважное являлось обычным состоянием дафу. Так что отклонение к «более чем неважное» сразу настораживало и вызывало пока легкую тревогу.
— Надеюсь, она не доставила вам неудобств. Деревенские девицы не отличаются особой воспитанностью, а эта еще и неуклюжа… — принялся, на всякий случай, оправдывать свою подопечную маг.
— Что я должен сделать, чтобы облегчить вашу задачу, почтенный Фэй Я? — остановил его сетования Глава, напоминая о насущном.
— Отрядите воинов к Песчаной хижине.
— Я сделаю это. Когда вы намерены отправиться туда?
— Этой же ночью. Необходимо как можно скорее покончить с опасным мором.
К часу Крысы у Песчаной хижины, не смотря на глубокую ночь, стало вдруг многолюдно. А когда на землю опустили носилки в которых восседал Глава, к нему тот час поспешил маг.
— Почему вы здесь, господин? — испуганно закланялся он. — Это может быть опасно, прошу вас, вернитесь к себе. Я тот час доложу вам, как только все закончиться.
Но Глава капризно поджав губы, раскрыл веер и отвернулся. Стражник протянул ему руку, что бы помочь сойти с носилок, но Глава знаком велел ему отойти и, прижав ладонь к боку, морщась, с заметным усилием поднялся с носилок сам.
Маг и Глава зашли в хижину, тогда как воины Второго отряда разбрелись по просеке, осматривая уже знакомые им с прошлой засады места. Маг при свете фонарей, что на длинных шестах держали два воина, подняв их повыше, рассматривал то, что сохранилось от магического круга на затоптанном земляном полу.
— Это та пентаграмма над созданием которой застал колдуна сумеречных Второй мастер, — бормотал себе под нос Фэй Я.
— Именно, — тихо подтвердил Глава, наблюдая за изучающим магический рисунок магом. — Что скажете, почтенный? Может ли это быть источником мора, что губит наш клан? Ведь именно здесь мы со Вторым мастером прервали черное колдовство безликих.
— Не думаю, что именно эта пентаграмма питает мор, — покачал седой головой Фэй Я, с усилием разглядывая подслеповатыми глазами магические закорючки. — Скорее всего, сия пентаграмма служила спусковым крючком, что выстрелил мерзкой магией. Этот круг не мог постоянно и долго источать энергию мертвых, поддерживая тем мор, не обладает он такой мощью, его магия источилась в ту же ночь, когда вы прервали колдовство. А мор до сих пор упрямо тлеет, чтобы не предпринимал лекарь Бин и его ученица. Это должно быть что-то намного сильнее, что не дает угаснуть заразе.
— Но здесь больше ничего нет, — огляделся Глава, нервно обмахиваясь веером.
