то я бы…
Элли осеклась и замолчала. Кажется, её слова звучат жалко. Даже больше… самой противно стало. Но что ещё она могла сказать? Она же пытается! Пытается объяснить.
— Всё?
И опять спокойный голос. Да, он выслушал, спасибо ему.
Только ему как будто всё равно. Или не как будто?
— Вольф. — Голос у Элли дрогнул. — Ну что мне сделать, чтобы мы помирились?
— Зачем?
Элли снова замолчала, опустила голову.
И что она должна сказать? Ты мне нравишься? Я надеюсь, что мы будем общаться? Очень надеюсь, что ты поймёшь? И однажды простишь? Что почему-то от мысли о том, как я с тобой поступила, очень плохо?
— Я хотела бы… — Элли не могла найти слов. — Хотела бы, чтобы ты понял. И может мы продолжили бы общаться?
Последнее она сказала так тихо, что и сама с трудом расслышала.
Он не крикнул “Нет! Ни за что!” Элли с надеждой подняла глаза.
— Я тебя понимаю. — Медленно кивнул Вольф, так же спокойно смотря на неё. — Да, понимаю, почему нет. Тебе срочно нужны были токены. Наверняка на что-то важное. Ты нас не знала. Нашла способ. Добилась, чего хотела. Я понимаю. Но. Я не хочу, чтобы рядом был похожий человек. Если это всё, то уходи, меня команда ждёт.
— Мы ещё увидимся?
— Нет.
Спокойное и короткое.
Что было делать дальше? Если бы Элли заранее предположила этот вариант, возможно, она нашла бы слова извинения. Такие, какие забрались бы ему в душу. Смогла бы объяснить, как ей жаль!
Но перед ней будто чужой человек сидел. И внешне, и внутренне.
Элли молчала и Вольф отключился сам. Просто пропал.
И что теперь?
Она стояла на месте, одна в пустой комнате, и смотрела в пол.
Ну, вроде бы сделано то, что было задумано. Она поговорила с Вольфом. Вот и всё.
Элли вышла из сети и вернулась в реальный мир. Вылезла из оболочки и встала на месте. Сама не заметила, как ушла в себя.
Она не знала, сколько времени так простояла. И о чём думала, тоже не помнила.
Потом прошла обратно в свою комнату и залезла в кровать. Кажется, ей хотелось спать.
Заходила тётка. Громко удивлялась:
— Ты чего валяешься до сих пор?
— Просто хочу спать. — Отвечала Элли.
— А, устала, наверное, за игру. Ну отдыхай. Я на работу. Сегодня в магазине товар принимаю, приходи если что.
— Хорошо.
Элли никуда не пошла.
По-хорошему, надо было быстрее закреплять результат, подбирать себе нового члена команды и, пользуясь минутой славы, сразу же бросаться в игровой омут. Делать рекламу на интервью с блогерами. Покупать возможность игровой трансляции и продавать за токены. Набирать подписчиков.
Надо было работать.
Но Элли не могла. Даже просто заставить встать себя с кровати не могла, чего уж там говорить о большем. Да и вообще — имеет она право отдохнуть? Она столько сделала! Теперь остальному клану не надо будет влезать в долги и впахивать, чтобы эти долги отдать. Сигизмунда поедет лечиться и вернётся здоровой. У клана будет врач. Всё будет хорошо.
Однозначно теперь можно позволить себе немного отдохнуть.
И Элли отдыхала.
Вечером к ней пожаловали непрошенные гости. Лещ с Муреной и Барракуда. И если Мурена выглядела спокойной, будто смирилась со своим отъездом, то Лещ и Барракуда от переизбытка эмоций чуть на голове не стояли. До сих пор не успокоились.
— Это офигеть как круто! — На повышенных тонах говорил Лещ. — Там про нас столько пишут! Вся сеть в мемах. Мне больше всего понравился тот, где ты крупным планом с хмурым лицом, смотришь на подошву ботинка, типо куда-то наступила и говоришь: “Ой, а что это к моей подошве прилипло? Да это же Менделеевцы”!
Лещ хохотал.
— Это ненадолго. — Попыталась слегка охладить его пыл Барракуда. — Скоро все про нас забудут.
— Ну и пусть. — Лещ упал в мягкое кресло Элли и распластался на нём, как морская звезда на песке. — Зато мне столько игроков написали! Психи тоже пишут, но двое прямо крутых! Для команды, в смысле. Один вообще играл в “Сто островов”. Помните, была такая несколько лет назад? Там устраивали масштабные войны за право владеть островами. Про неё много говорили. Там много токенов можно было по-быстрому срубить. Мы не играли ещё тогда.
— Опытный, в общем.
Барракуда завалилась на кровать рядом с Элли, хорошо хоть поверх одеяла.
— Да. Он сказал, всему нас научит.
— А. — Тут же поскучнела Барракуда. — Так это дядечка какой-то, который не хочет быть частью команды, а хочет нами управлять. Я против.
— Элли, ты чего до сих пор лежишь? — Спросила Мурена. Она села на стул у небольшого столика, у которого Элли красилась и прихорашивалась, что случалось редко.
— Спала.
Элли села на кровати. Голову поднять так и не могла.
— Ты в порядке?
— Да…. Не знаю.
Барракуда повернулась и заглянула ей в лицо.
— Ты чего? Что случилось?
— Да вроде ничего.
Элли похлопала глазами. На самом деле, что случилось-то? Ничего ведь не случилось.
— Тебя совесть мучает, да? — Спросила Мурена. В этот раз не сердито, а с участием.
Элли промолчала. Мучает, наверное. Но проблема в другом, в том, что она вообще не могла ни о чём думать. Какие там планы строить! Она не могла даже решить, хочет ли перекусить. Или хочет просто лежать дальше.
— Совесть? — Лещ так возмутился, что даже с кресла привстал. — Какая совесть?
— Чего это она её мучить будет? — Присоединилась Барракуда. — Чего Элли такого сделала?
— Я тоже ничего страшного не вижу. — Продолжил Лещ. — Не убила никого, ничего не украла. Бросила вызов — и выиграла! Что? Не права она была? А? Права!
— Это вас не касается. — Отрезала Мурена.
Они все замолчали. Кажется, почувствовали себя неловко.
— Так в сеть пойдём? — Неуверенно спросил в конце концов Лещ.
— Сейчас? Зачем? — Спросила Элли.
— Ну как зачем? Игрока нового возьмём, прикупим чего-нибудь, поищем игровые варианты. Потренируемся, в конце концов.
— Я не хочу.
— Не хочешь?! — У Барракуды отвалилась челюсть. И то понятно, Элли никогда не отказывалась провести время в виртуале. Наоборот, всегда убеждала, что каждую лишнюю минуту надо тратить на тренировки, а то они дальше сидения в клановой комнате никогда не продвинутся.
— Дайте ей денёк отдохнуть. — Вступилась Мурена. — Да и вам надо успокоиться. Лещ, ты как будто зазвездился. А ты даже в Заводской игре не был!
— Я не зазвездился. — Насупился тот.
— Ага, как же. — Рассмеялась Барракуда. — Хвост распушил! Новое селфи на аватарку с утра выложил.
— Да? А сама? Кто весь день в отделе визуального апгрейда сидел? А?
