— оскалилась Марилья, выбрав своей очередной жертвой на этот раз меня. — Со дня на день ты войдешь в наш… в семью альфы Райдзена. Ты уже готова к свадебному обряду?
Она оговорилась специально. Смотрела только на меня, но прекрасно видела, как другие волчицы сдерживали смех. Им нравилось издеваться над Айлин, которая не вписалась в стаю так же, как я и Керук. Уверена, Марилья спит и видит, как бы избавиться от таких обуз, но все мы так или иначе были и будем связаны родством с альфой.
— Дочь первого лорда не может быть неготовой к такому важному событию, Марилья. Услышав предостерегающий голос старейшины Айко, я удивленно воззрилась на нее. Сегодня она вела себя не как обычно. Что-то явно встревожило ее.
— Она будущий лекарь стаи, и это послужит подспорьем для Кирана, когда он станет следующим вожаком.
— Вы правы. К тому же, истинность в наши дни — благословение самих небесных волков, — пропела альфа-самка, но не решилась вступать в конфликт со старейшиной и замолчала.
Самки вокруг заохали, запричитали, говоря о везении, а вот меня ее слова заставили внутренне содрогнуться. Я не разделяла всеобщего восторга и порадовалась, когда постепенно разговор перетек в другое русло.
— Когда уже Амиран вернется? Мой опять кровать сломал, я устала спать на полу.
— Скажи еще, что без твоего участия сломал? Ох и счастливая ты волчица, Лика.
— Ничего, перетопчешься, поспишь на полу. Вот приедет Амиран, и заживем. Надеюсь, он привезет сладости.
Я молчала, только слушала и делала медленные глотки воды из стакана.
— Он ведь только недавно оттуда вернулся, с чего бы ему снова так быстро с места срываться? Чтобы с людишками покумекать? И уж явно не для твоих слипшихся булок, Дили, — вдруг перебил разговор чей-то язвительный, полный подозрения голос. Затем тон снизился и перетек в шепот. — Говорят, он из-за змеелюдов уехал. Вам не кажется это подозрительным? От чего мы закрылись тут? Назревает война с юга?
Никто не ответил на вопрос. Марилья нахмурилась, а вот Айко шикнула на говорившую, затем оглянулась по сторонам, проверяя, заметил ли кто, о чем велась беседа, вот только никому до нас не было дела.
Поначалу за пределами нашего сугубо женского стола царила тишина. Многие настороженно отнеслись к присутствующим на трапезе чужакам, но постепенно, по мере того, как подавальщицы наливали всем эль, их языки развязывались, а атмосфера теплела. То тут, то там переговаривались и спорили самцы, молодняк подкидывал дрова в пылающий огонь, и даже за главным столом царило небывалое оживление.
— Прошу внимания, — вдруг встал со своего места Титус, стукнул ребром вилки о пузатый бокал, дождался всеобщего внимания и довольно улыбнулся.
У меня под ребрами засвербело от неприятного чувства неизбежности, ведь я знала, что последует за искусственно воцарившейся тишиной.
— Сегодняшняя ночь особенная не только для стаи, но и для меня, первого лорда Совета Права, лично. Моя дочь, Нереа, — громогласный голос отца разносился по округе плавно, вся его заготовленная речь полилась рекой. Титус кивнул, чтобы я поднялась, и мне не оставалось ничего другого, как отодвинуть табурет и встать под взоры остальных волколаков, — истинная пара наследника альфы Райдзена, Кирана.
В этот момент с обезоруживающей самочек улыбкой со своего места встал Киран. Весь его вид кричал, что он рад триумфу.
— И мы с моим другом и соратником, — кивок в сторону альфы, который с важным видом подошел к отцу, — рады объявить о помолвке между нашими детьми. Да будут благословенны к ним небесные волки!
Самцы вокруг повскакивали, забили себя кулаками в грудь и завыли, отчего у меня заложило уши. Я вжала голову в плечи и скукожилась, надеясь стать как можно незаметнее. Впрочем, на меня мало кто обращал внимания. Только чужаки и Айвен, в чьих глазах я видела яростное пламя протеста. Он отражался и в сурово поджатых губах, напоминавших острые лезвия бритвы, и в выделяющихся скулах, на которых от давления сжатой челюсти отчетливо проступили желваки, и в пульсирующей голубой венке на правом виске. Если бы кто-то посмотрел на него в этот момент, ни на каплю не усомнился бы в том, что сказанное Титусом не просто не понравилось этому волколаку, но и вызвало глухую животную ярость, но не жаркую, словно пламя, а ледяную подобно пикам заснеженных гор. И этот гнев гораздо более опасен, чем тот, что самцы выплескивают сразу, в порыве первой эмоции. Нет. Он имел отсроченный эффект сродни лавине, перед которой буйствует воздушная предлавинная волна, причиняющая наибольшие разрушения деревням и селам на восточной стороне Волуарских гор.
От греха подальше я отвела взгляд, чтобы не провоцировать зверя в глубине мужских глаз, и вынужденно глянула на отца, который в этот момент поднял руку вверх. Всё вокруг стихло, и когда наступила тишина, он подозвал меня к себе. Киран уже стоял рядом, демонстрируя всем самцам в стае, что отныне он — родич высокопоставленного архея.
— Дабы не мучать молодых, мы с Райдзеном решили не тянуть с церемонией бракосочетания и провести ее на девятые лунные сутки, уважить Полярного Волка, благодаря которому мы сохранили свою независимость в смутные времена колониальных завоеваний Империи Кедлар.
— Правильно! Это наш истинный бог!
Я опустила голову, чтобы не видеть кровожадные лица соплеменников, но всё равно чувствовала их настроение из-за ладони отца, которую он держал на моей шее сзади.
Смутными временами в Содружестве называли череду многолетних войн с драконами, ныне действующими владетелями Империи Кедлар.
В стародавние времена у крылатых было свое маленькое гнездо на скальных массивах далеко на западе, но постепенно численность самцов в их среде росла, увеличивая военную мощь. И однажды без предупреждения и объяснений они напали на Гномий утес, разбив немногочисленное войско соседей за одну ночь. Так драконы расширили свои владения на сотни километров вокруг, присоединив к себе все близлежащие территории и превратив гномов в своих вассалов. Столетия за столетиями они набирали мощь, и как-то незаметно для всех превратились в полноценное государство со своей крылатой огненной армией, состоявшей сплошь из самцов. Своих самок они тщательно оберегали и прятали. В среде Теней Титуса ходила байка, что те неказистые и сплошь невзрачные, поэтому драконы по сей день прячут их в довоенных гнездах между скал.
Я всегда сгорала от любопытства, ведь никто не знал, что послужило причиной тех кровавых колониальных войн. В последующем они довольно быстро завоевали нимф, сильфид, эльфов —
