– Приходится.
Джаред мог бы сказать ей, что больше в этом нет никакой необходимости, что она может смягчить свое сердце, что он никогда в жизни не обидит ее ни словом, ни поступком, что даже не посмотрит на другую женщину. Тем более не пожелает никого, кроме нее. Но он промолчал. Это было слишком рано и все равно прозвучало бы неубедительно.
– Ты не голодна?
Фелисити кивнула:
– Немножко.
Они расположились возле огня и стали ужинать, запивая еду вином. Джаред опирался о сундук, сбоку для удобства заваленный подушками, а Фелисити сидела у него между ногами, прислонясь спиной к его груди.
– Как это замечательно, правда? – спросила она, удовлетворенно вздыхая и не отрывая глаз от пламени очага.
– Что? Сидеть вот так перед камином?
Она молча кивнула в ответ.
– А мне лучше. Ведь я еще могу наслаждаться этим видом.
Фелисити немного повернула голову и, проследив за взглядом Джареда, поняла, что он любуется ее грудью. Это было совсем нетрудно – достаточно смотреть поверх ее плеча.
– И все это время ты смотрел сюда?
– Просто оторваться не мог.
– Итак, я понимаю, что ты не хочешь разговаривать?
– Почему? Ты говори. Я не возражаю.
– Ага, я должна говорить, пока ты будешь смотреть на меня, так?
Джаред улыбнулся, как улыбаются только красавцы, сознающие свою неотразимость. Притом такие, которые хотят женщину. Нет, не любую женщину – уверенность в этом росла в душе Фелисити с каждым мгновением, – не любую, а именно ее. Она почувствовала, что и сама, наверное, не меньше стремится к нему.
– Ты почему отодвинулась?
– Ну, – Фелисити пожала плечами, – я подумала, может, ты захочешь не только посмотреть…
– Повтори.
– Ты ведешь себя неприлично.
– Я не умею вести себя прилично с тобой. И не проси.
– Я и не думала просить, – скромно заметила она. Джаред даже удивился, как ей это удается в таком виде.
– Тут где-нибудь есть ванна? – Внезапно ему пришло в голову, что в целях безопасности следовало бы хорошенько помыться и к тому же уговорить ее присоединиться к нему.
– Есть одна. Гигантская. На улице.
– Где?!
– Все побережье в твоем распоряжении.
Поняв ее, Джаред улыбнулся:
– Как ты думаешь, никто не станет возражать, если мы оба воспользуемся ею?
– Я не умею плавать.
– А я тебя научу.
Фелисити рассмеялась, тут же вскочила на ноги и схватила его красный халат. Не спрашивая разрешения, она накинула его на плечи, предоставив Джареду либо надевать брюки, либо идти так. Джаред выбрал последнее, поскольку все равно на берегу пришлось бы снова раздеваться.
Посмотрев на него, Фелисити удивилась, к каким переменам в теле мужа привел лишь один ее взгляд. Подумав, она вдруг очень серьезно сказала:
– Только мне почему-то кажется, что я так никогда и не научусь.
Джаред прижал ее к себе, смеясь той прямолинейности, с которой она всегда высказывалась. Он потерся лицом о ее волосы, потом взял за руку и вывел на улицу. Ночь стояла темная. С неба на землю смотрела лишь четвертушка лунного диска. Воздух был теплым, но свежим, с запахом моря. За коттеджем располагался просторный двор, который заканчивался где-то в темноте песчаным обрывом. Спустившись вниз, они очутились перед ласково плещущими волнами, окаймленными узкой полосой пляжа.
– Надеюсь, ты не очень устала?
Фелисити молча взглянула на мужа. Она ждала, что он скажет дальше.
– Просто я сомневаюсь, что смогу донести тебя обратно.
– Но я уже поднималась в этом месте, – ответила она, хотя прекрасно помнила, что в последний раз это было очень давно, в детстве. – Надеюсь, что сумею и на этот раз.
С этими словами Фелисити сбросила халат на песок и побежала к воде. Следом за ней поспешил и Джаред. Некоторое время они, как дети, плескались, смеясь и играя, уворачиваясь от соленых капель.
Но вдруг Фелисити осталась одна. Она понимала, что Джаред где-то рядом, что он вот-вот выпрыгнет из воды, как какое-нибудь морское чудовище, готовое утащить свою добычу в подводное царство. Эта мысль заставила се вздрогнуть – такой неприветливой и темной казалась теперь вода. Долгое время Фелисити не видела ни одного знака, свидетельствующего о близком присутствии мужа, хотя и не сомневалась в том, что голова его находится прямо под этой блестящей гладью и что он стоит согнувшись и только и поджидает момента, чтобы резко выскочить наружу.
– Джаред, я не люблю этого.
Тишина.
– Джаред! – отчаянно позвала Фелисити, и через секунду, точно так, как она и предполагала, он выскочил из воды с громким плеском.
Беда в том, что прежде он ни разу не пробовал напугать Фелисити. Но любой из хорошо знавших ее людей мог бы предупредить неопытного мужа, что миссис Уокер – женщина, с которой небезопасно так шутить.
Фелисити ожидала, что он набросится на нее с какими-нибудь дикими воплями. Но это ожидание никоим образом не помогло ей сдержать пронзительного крика. Фелисити была маленького роста, как и большинство женщин, а Джаред – высок. Когда же он подпрыгнул, а его жена невольно отреагировала резким поворотом, то ее локоть угодил ему прямо в его мужскую гордость.
Понятия не имея о том, что мужчины не просто очень дорожат своими физическими достоинствами, но и берегут эти болезненные места от ударов, Фелисити решила, что он продолжает ее разыгрывать, когда Джаред навзничь рухнул в воду с глубоким болезненным стоном.
– Я же сказала, что больше не играю и терпеть не могу, когда меня пугают.
Она говорила все это, не зная, что только что отправила своего мужа в морские глубины. Прошло довольно много времени, прежде чем он понял, что сейчас задохнется. Джаред собрался с силами и снова вскочил на ноги. Охая и корчась, согнувшись чуть ли не пополам, он стоял и ждал, пока боль утихнет.
– Ну хватит. Я все равно уже вышла из воды. Напрасно тратишь время! – крикнула жена с каменистого берега.
Джаред бросил на нее безучастный взгляд и застонал. Фелисити сделала шаг к нему.
– Что такое?
Он только охнул.
– Ты все еще дурачишься?
– Какой, к дьяволу, дурачишься? – тихо проворчал муж, но, поскольку звук легко пробежал по поверхности воды до самого берега, Фелисити прекрасно его расслышала и тут же стремглав бросилась обратно.
– Что с тобой?
– Ничего.
Она цокнула языком.
– Ничего? Ну просто настоящий мужчина! Сам ударился, а теперь не хочет…
– Фелисити, – перебил ее муж, – я не сам, это ты меня задела локтем по…
Услышав это, Фелисити недоверчиво нахмурилась. Она ведь даже не заметила, что ударила его, когда в испуге резко повернулась.
– Да, да. И очень больно.
– Ой, правда? Прости, пожалуйста. Как это случилось? Когда?
