Сначала мы было подумали, что такое заблуждение свойственно лишь забитым феллахам. Однако это мнение рассеяла картина, которую мы увидели среди пальм на самом оживленном бульваре Каира. Рабочие городской управы поливали траву и цветы грязной водой. Ту же воду они с удовольствием пили во время работы, чтобы утолить жажду при невыносимой жаре. В нескольких шагах от них в каждом доме имелся кран с питьевой водой. Но нет, они предпочитали пить грязь из Нила. Нил несет жизнь…
Ни в какой статистике по Египту вы не найдете сведений о том, скольким людям ежегодно он приносит смерть!
Самолеты-истребители и ДДТ
Через неделю после появления в провинциях Шаркия и Кальюбия первых признаков эпидемии холеры все каирские газеты под аршинными шапками поместили сообщения о том, что на гелиополисском аэродроме приземлился самолет, доставивший первую партию противохолерной сыворотки. 80 тысяч ампулок с сывороткой отодвинули далеко на задний план политические и экономические новости из всех частей света. С 1902 года Египет был избавлен от этой напасти, которая за несколько лет перед тем, в 1882 году, причинила громадные потери его населению. 1500 человек умирало тогда ежедневно, и эпидемия, занесенная в Египет китайским моряком, свирепствовала непрерывно в течение восьми месяцев.
Когда мы проезжали через Исмаилию на пути из Порт-Саида в Суэц, мы и не подозревали, что именно в этом районе находится очаг инфекции. На следующий день было прекращено всякое сообщение в окрестных провинциях и запрещено передвижение египетских парусников по каналу Исмаилия. Многочисленные военные отряды получили в этот же день приказ оцепить деревню Мостород на канале Исмаилия, где было отмечено наибольшее количество заболеваний. В два часа утра 500 солдат оцепили все окрестности, чтобы воспрепятствовать любому передвижению жителей. Однако вскоре выяснилось, что при посылке воинских частей в угрожаемые районы не были приняты никакие санитарные меры и их направили даже без запаса продовольствия и питьевой воды. Солдаты были вынуждены питаться местными продуктами и пить зараженную воду. Только после того, как среди солдат было замечено несколько случаев заболевания и когда оппозиционная печать обвинила военное ведомство в преступной халатности, были приняты меры к «исправлению» ошибки. Военный министр отдал приказ отвести все части из окрестностей Мосторода и вернуть их в местные гарнизоны.
Тогда-то и началась страшная эпидемия, которая вызвала тревогу не только в Египте, но и во всех соседних странах и далеко за границей. Заразившиеся солдаты разнесли холеру из очага инфекции, и она с быстротой лавины распространилась по всей стране. Под давлением общественного мнения за границей, где внимательно следили в это время за спором между Египтом и Англией в Генеральном Ассамблее ООН, правительство ассигновало полмиллиона фунтов на борьбу с эпидемией. Через печать и по радио передавались призывы к населению соблюдать строгую чистоту, кипятить воду, ограничить продажу свежих фруктов и овощей, а также запрещение изготовлять мороженое и продавать холодные напитки. Однако все эти меры походили на злую иронию, потому что они могли охватить лишь жителей нескольких городов, в то время как сельское население, почти полностью неграмотное, оставалось без помощи.
За несколько дней до вспышки холеры видные деятели уверяли нас, что феллах никогда не пьет воду из Нила. 25 сентября газеты поместили сообщение о «грандиозной борьбе» против холеры и снимки с надписями такого рода: «Жители Мосторода впервые пьют настоящую питьевую воду». А под соседним снимком была надпись: «Насос, который установило министерство здравоохранения, чтобы не допустить питья воды из канала».
Каждый день газеты приносили сообщения о возрастающем числе жертв. Даже официальное агентство ежедневно отмечало свыше 100 смертей и десятки подозрительных случаев, а фактическое число жертв было во много раз больше. Правоверные мусульмане не подчинялись распоряжению властей о сжигании трупов, обходя его всевозможными способами. В самом Каире были случаи, когда трупы умерших от холеры провозили в город под овощами и фруктами, чтобы похоронить их в семейных склепах. Эпидемия быстро распространялась, достигла провинций Шаркия, Кальюбия и порта Исмаилия. Из Каира она перебросилась в Гизу и вслед за тем в Александрию. А через несколько дней первые случаи заболевания были обнаружены в Луксоре, находящемся на расстоянии 700 километров.
Все соседние государства дали своим представительствам указание о временном прекращении выдачи виз. Командир аргентинского военного судна, шедшего в Египет с визитом вежливости, выразил сожаление, что события не позволяют ему нанести визит, и изменил курс. Египетское правительство направило правительствам других стран просьбу о предоставлении возможно большего количества противохолерной вакцины для борьбы с эпидемией. Почти все посольства в Каире телеграфировали своим правительствам просьбу выслать самолетом вакцины для своего персонала. Цены на противохолерную сыворотку поднимались до фантастической высоты. В то же время правительство объявило награду за поимку лиц, пустивших в оборот большое количество поддельной сыворотки, изготовленной из соленой воды.
Мы видели, как народ штурмовал вход в здание медицинского учреждения на улице Шариа Фаллаки и требовал прививки против холеры. Это было в дни, последовавшие за сообщением печати о поступлении первых партий сыворотки из-за границы. Полиция разгоняла людей. Происходили душераздирающие сцены.
Всем поездам, проходившим через провинцию Дакахлия, было строго запрещено останавливаться или замедлять ход. Пресса сообщила, что возле Бенха был арестован и заключен в тюрьму машинист, который замедлил ход поезда в угрожаемом районе и дал возможность нескольким египтянам соскочить на ходу. Одновременно пришло сообщение из Палестины о том, что и там обнаружены первые случаи холеры, занесенной из Египта.
В начале октября положение временно улучшилось, но затем снова наступил поворот к худшему. Первоначальное число жертв, составлявшее около 100 человек в день, резко возросло, и однажды официальное агентство сообщило о 500 смертных случаях от холеры и нескольких сотнях подозрительных случаев. Просторные залы каирского вокзала опустели; чтобы воспрепятствовать дальнейшему распространению эпидемии, было прервано всякое сообщение. Над городом с утра до вечера гудели моторы. Самолеты распыляли над всеми его кварталами жидкий ДДТ для уничтожения насекомых. И все же болезнь распространялась. Оппозиционный журнал «Аль-Котла» обвинял правительство в халатности и несвоевременном принятии профилактических мер.
