Община Реформации прошла уже однажды через страшную бурю европейской войны – это были тридцатилетние страдания. И страдания таили в себе искушение – отчаяние в глухом равнодушии. И здесь вера принесла отчаявшимся тройное познание: осознание того, что в руках Господа карающий бич, при помощи которого Он хочет принудить Своих детей к покаянию; уверенность в том, что у тех, которые любят Бога, все дела идут на пользу; и наконец, верность в призвании, которая не ждет благодарности, а при любых обстоятельствах следует воле Бога. Эти познания должны, как лучи солнца, освещать нам путь. Так хочет Бог: под натиском бурь нашего времени Церковь Реформации должна с Божьей помощью не разрушиться, но выстоять: надежное прибежище – наш Бог!»[684].
В конце праздничного дня были торжества для молодежи, для младших и старших классов школы. С докладами выступил директор Кляйнберг, инспектор Вульффиус, преподаватели Закона Божьего Буш и Ример; девичий хор пропел несколько песен.
Вечером этого дня в церкви Св. Петра состоялся общий праздник, посвященный Реформации, в котором приняли участие все немецкие евангелические общины Петербурга. Еще задолго до начала богослужения церковь была полностью заполнена. Один за другим выступили четыре оратора: пастор Мазинг из церкви Св. Марии говорил о том, насколько восторженно ожидалась Реформация; пастор Фришфельд из церкви Св. Михаила нарисовал словесный портрет Реформатора; пастор Галлер из церкви Св. Анны говорил о плодах Реформации, а пастор Виллигероде говорил о задачах и обязанностях лютеран; генерал-суперинтендент Мальмгрен завершил это торжество молитвой и благословением.
В следующее воскресенье, 22 октября, проведено утреннее богослужение, посвященное годовщине Кассы взаимопомощи, а днем профессор Вульффиус сделал доклад на тему «Реформация и религия современности»[685].
Однако все надежды Евангелическо-Лютеранской Церкви на светлое будущее рухнули через 7 дней после торжественного празднования 400-летия Реформации, прошедшего 18(31) октября 1917 г. Временное правительство, которое за неделю до этого разрешило отменить в честь праздника занятия во всех лютеранских школах, арестовали после взятия Зимнего дворца большевиками[686].
«Век волкодав…»
Революция 1917 г. стала трагическим рубежом в более чем двухвековой деятельности евангелическо-лютеранской общины Св. Петра в Санкт-Петербурге. В связи с войной с Германией и революционными потрясениями происходил значительный отток немцев из Петрограда. Значительное число членов общины вследствие тяжелых потрясений революции и Гражданской войны покинуло Россию. Принудительному выселению подвергся председатель церковного совета в Петрограде граф К. фон Пален[687]. Здание церкви, ее учреждения, всю недвижимость национализировали. Если еще в 1918 г. в Петербургской консистории насчитывалось 8 служащих, то уже через год управлять консисторией остался один 60-летний епископ Артур Мальмгрен[688].
С 20 по 24 ноября 1920 г. в Петрограде проходила Объединительная конференция, созванная епископом Фрайфельдом. На этом важнейшем для воссоединения лютеран России церковном форуме утверждены «Временные постановления» и образован Епископский совет[689]. Очередную попытку сохранить единство общин в новых условиях предпринял от имени Епископского совета епископ С. Фрайфельдт. В апреле 1921 г. из Петрограда разослали циркулярное письмо всем председателям и пасторам евангелическо-лютеранских общин в России[690]. В силу тяжелых обстоятельств предлагалось принять временный церковный устав до созыва Генерального Синода.
2-е заседание Епископского совета (во главе с епископом Фрайфельдтом) имело место в ноябре 1921 г. в Петрограде, на квартире у инспектора Петришуле профессора А. Вульфиуса[691]. В июле 1922 г. в Петрикирхе состоялось 3-е заседание Епископского совета.[692] Но советские органы власти усиливали давление на церковную общину. В июле того же года члены Петроградской комиссии по изъятию церковных ценностей реквизировали имущество прихода Св. Петра. Общий вес изъятых из кирхи драгоценностей составил 17,8 кг[693]. Началась подготовка к судебному процессу против главы Евангелическо-Лютеранской Церкви России – суперинтенданта Генеральной Консистории в Петрограде епископа Фрайфельдта. Однако этот процесс не состоялся – 31 мая 1923 г. 76-летний епископ скончался[694].
Несмотря на гонения, которым подвергалась община, в 1925 г. в Ленинграде организовали семинар для подготовки проповедников. Среди слушателей семинара (семинарии) – 14 немцев, 2 латыша и 1 русский[695].
В 1920-е гг. богослужения в Петрикирхе еще продолжались, но репрессии в отношении христиан всех конфессий все время усиливались. Тяжелый урон христианскому служению нанес декрет «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 г. Под угрозой преследования он запрещал всякую работу с детьми и молодежью по христианскому воспитанию, религиозно-просветительскую, а также диаконическую деятельность. Разумеется, пасторы не могли совершенно отказаться от важнейших задач своего служения и старались обходить запреты. Последовали аресты. Именно за это в 1929 г. арестовали служившего тогда в церкви Св. Петра пастора Гельмута Ганзена[696].
29 января 1930 г. студентам семинарии предписано в течение 48 часов покинуть пределы Ленинграда. Ранее, 5 января 1930 г., распоряжение выехать из Ленинграда получил директор семинарии пробст Ф. Ваккер, а 18 января за пределы города выслали епископа Мальмгрена[697]. С этого времени будущие пасторы вынуждены жить за 30 км от Ленинграда в деревне Мартышкино; они ежедневно тратили на дорогу 4 часа[698]. Судьба выпускников этого полуподпольного учебного заведения сложилась трагично. Из выпускников двух первых курсов, 22 – впоследствии арестованы и осуждены, а 4 – расстреляны[699]. Саму семинарию закрыли в 1934 г.[700] А летом 1936 г. тяжелобольной 75-летний епископ А. Мальмгрен покинул СССР и выехал в Германию[701].
Приход Св. Петра, до Первой мировой войны состоявший из 16,5 тысяч прихожан, в 1930 г. объединял всего 4 тысячи верующих[702]. Постепенно один за другим протестантские храмы, а также и церкви других христианских конфессий в тогдашнем Ленинграде насильственно закрывались.
Окончательно уничтожили «немецкую» особенность города репрессии НКВД по национальному признаку в конце 1930-х гг. Завершились они массовым выселением ленинградских немцев с началом войны с фашистской Германией в 1941 г. в Казахстан и в Среднюю Азию (с запретом возвращения после войны обратно в Ленинград). Это стало тяжелейшей трагедией для тысяч советских граждан, виновных лишь в своей национальности.
Дольше других лютеранских церквей действовала церковь Св. Петра, однако очередь дошла и до нее. Осенью 1937 г. Пауля Райхерта (пастор Петрикирхе с 1933 г.) и его сына Бруно Райхерта арестовали органы НКВД. 24 декабря 1937 г. прихожане Петрикирхе, пришедшие на богослужение в Сочельник, увидели двери церкви закрытыми. Об обстоятельствах закрытия Петрикирхе в начале 1990-х гг. рассказал очевидец этих событий архиепископ Михаил (Мудьюгин):
«…Из-за прессинга со стороны карательных и репрессивных органов в 30-х годах замерла церковная жизнь. Священнослужителей арестовывали, прихожане реже посещали церкви. Среди евангелическо-лютеранских храмов дольше всех „держалась“ немецкая община Петрикирхе. Но наконец и она была закрыта. Верующие, которые пришли в храм 24 декабря 1937 года на самое торжественное богослужение церковного года – Сочельник Рождества Христова, оказались перед закрытыми дверями. И не было никого, кто взял бы на себя ответственность объяснить причину этой горестной неожиданности.
Прихожане разошлись по домам, а некоторые отправились в еще тогда действующую латышскую церковь на Загородном проспекте. Здесь молилось множество собравшихся со всех концов города лютеран. Не былo ни пастора, ни органиста, но думается, что Господь Бог слушал раздававшееся в храме беспорядочное песнопение с не меньшим милосердием и благостью, чем во времена торжественных богослужений, когда пронизанные рождественской радостью гимны возносились под мощное звучание органных труб.
Этот Сочельник 1937 года был последним за два столетия, в течение которых жители Петербурга евангелическо-лютеранского вероисповедания могли торжественно встречать Рождество Христово в церковной обстановке. Наступили другие времена»[703].
Членов церковного совета вынудили написать заявление в райсовет об отказе использовать храм из-за отсутствия пастора. 20 февраля 1938 г. церковную утварь и ключи от церкви передали властям. Формальное решение о закрытии церкви Ленинградский облисполком принял 2 августа 1938 г. Пастора Пауля Райхерта расстреляли 3 января 1938 г.[704]
…Последним годом существования старой Петришуле считается 1928 г. Положение церковных лютеранских школ летом 1918 г. описывал директор Петришуле Эрих Кляйнбергер: «Материальное положение школ отчасти разрушено… катастрофа близка»[705]. Тем не менее в 1920 г. в Петришуле смог побывать английский писатель Герберт Уэллс. В 1928 г. Петришуле преобразовали в «единую советскую трудовую школу». Ее, как «образцовое» учебное заведение, посещал нарком просвещения А.В. Луначарский[706].
