— Как же их раньше не заметили, ведь разведка села велась уже около недели?
— Они стреляли прямо из окна крайнего дома, товарищ генерал. Там и жили до этого. Оружие у них в доме было, ниоткуда нести не надо.
— Местные жители — или?
— Хозяин дома местный, его племянники и двоюродный брат. Все отсюда. Чужих никого.
— Змеиное гнездо! — генерал сплюнул на землю.
— Тут много таких. Сразу и не распознаешь.
— Ладно, разберемся. Найду я им на это гнездо наседку! Пойдём, посмотрим на этого деятеля.
Командиры подошли к колодцу. Понурый клиент сидел на бревне и курил, кто-то дал ему папиросу.
— Так вот он гусь, каков! — генерал остановился в метре от клиента. — Хорош! Особенно морда хороша. Кто это его так?
Пахомыч покосился на меня.
— Лейтенант Мохов, товарищ генерал.
— Впечатляет, — кивнул генерал головой. — Прямо-таки душа радуется, как посмотрю!
— Пусть, твоя душа, раньше времени не радуется, — хрипло проговорил клиент. — Ты еще домой доберись…
— Это, ты, не дядюшку с племянниками, случаем, в виду имеешь? Так они уже тебе не помошнички, поди, и остыли уже.
— Ничё, генерал, мир не без добрых людей, — клиент скрипнул зубами. — И для тебя уже пуля отлита.
— Может и так. Только вот моя пуля далеко, а твоя — рядышком ходит. Будешь шибко рогом упираться, так и повстречаешься ненароком. Тут на тебя у многих бо-о-ольшой зуб вырос.
Клиент умолк. Он уставился взглядом в землю, и говорить явно больше не хотел.
— Ладно, — генерал повернулся к Пахомычу. — Удвоить пост! Глаз с него не спускать. В сортир — и то, чтоб один не ходил!
— Слушаюсь!
Генерал с Пахомычем подошли к носилкам.
— Это твои? — генерал кивнул на Даура и Витьку.
— Этот тоже, — указал на меня Пахомыч. — И вон там один лежит…
— Да… Кто ж знал, что этого гада чуть не взвод охраняет?
— Двадцать три человека всего, если с теми, которые нас встретили, считать.
— Охренеть! В натуре — змеиное гнездо. Ну, сынки — спасибо вам! Большого гада взяли, много он бед еще натворить мог. Если б не ваша смекалка и умение… Подполковник!
— Я, товарищ генерал!
— Завтра, после обеда — ко мне! С рапортом о проведенной операции. Представления подготовь, ну, там вместе подумаем. Никого не забудь. Тут все, как негры в Африке, пахали.
— А майор и старший лейтенант?
— Это уже моя забота.
Генерал поочередно обнял нас всех.
— На ноги встанете — еще встретимся.
Подошла Марина и присела рядом с Дауром.
— Как ты? Как нога?
— Да нормально все, скоро побегу, вот увидишь!
— Держи, — она положила ему на носилки своих «жандармов». — Еще пригодятся.
— Так… — он поднял вопросительный взгляд на генерала, тот кивнул. — Спасибо! В долгу не останусь!
— На ноги встань, тогда и будешь благодарить.
Она наклонилась и поцеловала его. Даур весь побагровел и по-детски засмущался.
Марина чмокнула Витьку и подошла ко мне.
— Ты тут единственный, кто хоть как-то ковылять можешь, смотри за ними, пусть отлеживаются.
— Не волнуйся, я этим бегунам ноги-то поприжимаю!
— Жаль ребят… Почему так всегда? Первыми уходят самые хорошие и добрые, почему?
— Ну, не всегда же…
— Всегда… Ладно, бывай!
Она приподнялась на цыпочки и поцеловала и меня. В губы. Повернулась и, не оборачиваясь, ушла к генеральской машине.
— Раненных грузите, — распорядился Пахомыч, — ты как — с ними или ко мне в машину? Надо рапорт писать, а из них сейчас писари…
— Писать могу, у меня же правая рука цела.
— Добро, отпишешься и в к ним в медсанбат. Я распоряжусь — вместе вас положат.
Проходя мимо грузовика, куда положили Женьку и майора, я задержал шаг. Знакомые щегольские сапоги — кто это? Надо же… Зайцев… Он, видимо, с Пахомычем в машине сидел, вот и …
Дальше уже ничего особо интересного не было. Я выписался через полтора месяца, Витька — почти одновременно со мной. Даур пролежал дольше. Выписавшись, он схватил из своей коллекции «Маузер HSC», и отпросился у Пахомыча на пару дней. Повез обещанный отдарок Тигрице. Вернувшись, он был мрачен, в разговоре поведал мне, что найти ее не удалось и, скорее всего, она у нас уже больше не появится. Пистолет он оставил Корабельскому, тот обещал передать при случае.
Вот, собственно, и вся история…»
— Да, славно ты рассказываешь, я уж и дышать совсем перестал! Я, грешным делом, слыхал об этом краем уха. Но, не думал, что там кто-то из знакомых был. А тут — вон оно как!
— Ну, мы и не распространялись об этом особо, сам понимаешь…
— Про Тигрицу и я слышал, только вот видеть ее не довелось. А вы с ней так больше и не виделись?
— Нет. Даур долго ее искал, даже письма писал куда-то.
— И — что?
— Ничего. «Адресат выбыл» — так что ли на письмах до войны писалось? Да и закрутило нас всех потом, еще всякие переделки были. Не до поисков стало. Но такой — уже не было. Может мы заматерели, может противник пожиже пошел, но как-то все проще стало выходить. С двух рук я стрелять научился — Дауру спасибо. Нам всем тогда внеочередные звания дали и на группу меня поставили, вместо Женьки. Так вот и живем…
Глава 24
Сон скосил меня, как киношный самурай очередного злодея. Я даже и не успел устроиться толком, как словно провалился в омут. Проснулся уже только ночью, оттого, что замерз. Видимо мороз прихватил не на шутку. Понадеялся я на одежку, а напрасно! Надо было костерок сварганить какой-никакой. Теперь вот — сиди и мерзни. Нерадостная это штука — холодную словить.
Промучившись около часа, я стал искать подходящее место, чтобы развести огонь. Черт его знает — где тут фрицы? Может как раз под самым боком и сидят? А я им тут — иллюминацию! То-то же у них счастья и привалит! Костер я так и не разжег.
Утром все тело ломило и голова гудела, как пустое ведро. Блин! Не хватало только мне какую-нибудь ангину подцепить. Самое счастье сейчас! Наскоро перекусив трофейными запасами, я кое-как отправился в путь. Лыж у меня более не было, пришлось оставить их у мостика. Если б я еще и их в грузовик потащил…
Через пару часов хода, я, наконец, отыскал себе место, чтобы разжечь огонь. В лесу стоял недостроенный дзот. Стены у него были, а вот потолок отсутствовал напрочь. Дверей тоже не было. Судя по постройке — недавнее сооружение, видимо стройку прекратили раньше, чем сюда дошла война. Ну и славно. Мне сейчас эта коробка — самое то.
Через полчаса в дзоте уже потрескивал огонь. Внутри стало существенно комфортнее. Даже и от входа уже так не задувало. Спешка-спешкой, а пересидеть тут чуток нужно. Вон уже как ноги-то гудят. Нелегко дался мне этот склад.
Что нам нужно, чтобы пересидеть тут парочку дней? Вода — не вопрос, вон снег вокруг лежит, котелок есть — растопим. Еда? Хуже малость, но тоже еще пока держимся. Дрова? Надо будет побродить по округе, посмотреть.
Обогревшись (даже чуток вздремнул), я вылез из дзота и отправился на поиски дров. Да и стоянку стоило бы поискать. Дзот годится, только вот сижу я там, как в мышеловке. Вокруг лес (интересно, а нафиг тогда дзот строили?), кусты — толком и не видно ничего. Кто подойдет — я и не услышу даже. Закопав мешок в снег, я двинулся на поиски.
Через полчаса пути лес стал реже и вскоре я вышел на поле. На карте оно обозначено не было и явилось для меня неожиданностью. Присмотревшись, я понял — почему.
Видимо перед самой войной здесь затеяли строительство укрепрайона. Там и тут виднелись недостроенные сооружения, под снегом угадывались окопы и орудийные площадки. Закончить стройку не успели, а может быть и не стали по какой-то иной причине. Видимо поэтому, на карте и был еще обозначен лес. Не помню тут на карте никаких важных мест, которые требовалось бы прикрывать. До Москвы тоже далеко. Так что, сам факт строительства тут укреплений был для меня необъясним. Бой тут, однако, был. И неслабый. На поле виднелись подбитые танки, я насчитал около десятка. Трупов не увидел, надеюсь, что хоть тут их похоронили по-человечески. Странно, фронт ушел вперед, почему танки оставили? Что-то не помнил я за немцами такого расточительства. Кстати, что бы мне в танках не пошарить, может и найду чего полезного?
Уже подойдя к ближайшему танку, я понял, что был неправ относительно немецкого расточительства. С танка были демонтированы некоторые детали. Ага, сняли то, что можно поставить на другие машины. Значит, шансы мои отыскать в танках что-либо полезное резко уменьшаются. Печально… Но все же — посмотрим. В ближайшем танке было пусто, следующий порадовал меня банкой гуталина. Охренеть, какое счастье! Вот чего мне так не хватало все это время! С досады, я зашвырнул банку далеко в поле. Еще один танк, еще, может и нафиг это бесполезное занятие? Ну, ещё вон тот «БТ» посмотрю — и хорош.
