Читаем без скачивания Соперница с обложки - Галина Романова

Глава 22

– Уволить бы вас к чертовой матери всех! – сморщился, как от зубной боли, полковник, наоравшись вдоволь на Давыдова с Дмитриевым. Молча пожевал губами, потеребил левую подмышку и снова сморщился. – Дело они мне раскрыли, понимаешь, по горячим следам, что называется!!! Вы такого натворили, что… Как теперь расхлебывать, один черт знает! И еще те, кто наверху, повыше меня!.. Вот они сорвут с вас погоны, а заодно и с меня, будет тогда вам раскрываемость! Идите отсюда, и если к завтрашнему утру у меня не будет доклада по ходу расследования исчезновения Волиной, точно поувольняю обоих! Все, ступайте!..

– Отблагодарили? – Давыдов с кислой улыбкой потеребил лохматую макушку. – Я тебе говорил, а ты!

– А что я? – недовольно отозвался Андрей. – Я жду сегодня к десяти утра на допрос супругу Александра Суркова. И говорить стану с ней жестко.

– И что это даст?

– Не это, а она отдать мне должна улику! – взорвался Андрей, тормозя возле двери кабинета. – Какого черта мы с тобой на одном месте топчемся?! Ну, посадили под замок Чалых Тамару Федоровну, толку-то что?!

– Толку мало, – согласился Санчес, в миру – Александр Иванович Давыдов. – В убийстве, потолковав с адвокатом, не созналась. К записи на камере Аллы Волиной отнеслась очень спокойно. И что, говорит, здесь такого, что я ей шприц наполняла? Она попросила, сами слышали, я и исполнила. Сколько велела, столько я ей и вкатила. Она, мол, могла и до ее прихода еще уколоться, оттого и померла. А что платочком шприц держала, так то из соображений собственной безопасности. А ну как девица СПИДом больна, зачем себе вредить… Умно, ничего не скажешь. В суде запросто свою невинность с помощью адвоката докажет. А что, мол, деньги воровала у Волиной, так то вместе с ее дочкой и по ее наущению и настоятельным просьбам, потому что мать Алле постоянно отказывала. Сама бы, мол, никогда не осмелилась такое сотворить. И опять же деньги все украденные вернула. Той самой ночью, когда с Аллой в офис приезжала, деньги в сейф и положила. А для чего, мол, ей туда еще надо было ехать? Только затем, чтобы исправить ошибку. Волина угрожала утром ревизию устроить. Вот они с Аллой и поторопились недостачу в сейфе покрыть. А про деньги те в ее сейфе будто бы не только Волина одна знала, но и зам ее тоже был в курсе. И ведь понимает, дрянь такая, что статья за умышленное убийство – это одно, а статья за мошенничество – совершенно другое.

– И ведь не признается, что причастна к исчезновению Волиной, представляешь!

– Может, и правда не причастна? – вяло поинтересовался непонятно у кого Давыдов.

– А кто тогда?! Лозовского отпустить придется под подписку, дальше держать не имеем права, а предъявить ему пока нечего. Факт кражи из сейфа и стола в кабинете Волиной может быть установлен только самой хозяйкой. Чертовщина полная!.. Волину он вряд ли мог убить.

– Почему ты так думаешь? – Санчес окинул хмурым взглядом скудную обстановку их кабинета и неохотно поплелся к своему столу. – Они могли где-то пересечься, пока метались туда-сюда той ночью.

– Ты слыхал, куда отправилась Волина, перед тем как уйти от дочери? Слыхал!

– Ну! И что? Она могла потащиться туда с намерением поскандалить, он мог перехватить ее по дороге. Они повздорили, и…

– И он за пять минут изловчился убить ее и спрятать труп так, что нигде он до сих пор не объявился. – Андрей недоверчиво покосился на коллегу. – Сам знаешь, до снегов еще далеко, а в воду бы бросил, всплыл бы давно. Да и народ на набережной постоянно тусуется, не особо прикольно с трупом под мышкой тащиться.

– Мог в багажнике машины отвезти куда-нибудь, – упрямо стоял на своем Давыдов, вяло копаясь в папках с делами. – Чего ты его постоянно отмазываешь, Андрюша, не пойму?!

– Я?! Отмазываю?! – задохнулся тот от возмущения. – Еще где-нибудь не скажи!.. Никого я не отмазываю, просто времени у него столько не могло быть, чтобы все это проделать с такой надежностью. Развалилось дело, Санчес! Неужели ты не понимаешь, что оно развалилось?! Или ты и злишься оттого, что понимаешь, а делаешь вид просто…

Они замолчали, поняв эту недоговоренность именно так, как следовало. Потом каждый уткнулся в работу, не поднимая головы, и оба вздрогнули от неожиданности, когда в дверь кабинета постучали.

– Разрешите?

Татьяна Суркова со скорбно сжатым ртом стояла на пороге кабинета, прижимая к боку тот самый портфель, с которым в ночь его гибели отправился якобы за хлебом ее муж.

– Заходите, – кивнул Андрей. – Присаживайтесь… Удобно? Вот и отлично. У меня к вам имеется сразу несколько вопросов, Татьяна. Начну с того, что мне поступило заявление от Ксении Минькиной.

– Сука голожопая! – скрипнула зубами Суркова, устраивая портфель на коленках. – Заявление она написала! Я, может, сама с заявлением пришла!

– А что же так припозднились-то? – усмехнулся Андрей, буравя глазами злосчастный портфель. Что-то в нем таится интересное, узнать не терпелось. – Ждали, пока повесткой вызову?

– Может, и ждала, – не стала та спорить.

Щелкнула старомодными замками, порылась в кожаном нутре, достала диск в пластиковой коробке и, чуть оторвав зад от стула, швырнула его Андрею на стол.

– Вот, смотрите.

– Что там? – Он не спешил брать диск в руки.

– Там запись с камеры наружного наблюдения из фирмы, где работал мой покойный муж, – внятно и терпеливо пояснила Суркова и вздохнула, добавив со слезой: – И там ясно видно ту сволочь, которая переехала его на машине!

– Да ну! – присвистнул Дмитриев, не спеша верить в удачу.

Один раз они уже поспешили с Сашей порадоваться, ни к чему хорошему это не привело. Чалых твердо стоит на своих показаниях о собственной невиновности, а следа Волиной как не было, так и нет.

– Да. Там гадину эту отлично видно.

– И кто же это?

– А вы посмотрите, посмотрите!

– Еще успеем, важно знать вашу версию.

– Ох, господи! Ну как у вас все… Потому и не спешила к вам! – забубнила Татьяна. – Там ясно видно, как бухгалтерша с дочкой на фирму ночью приезжали, вот!

– И что? – Андрей невесело усмехнулся. – Мы знали о том, что они были на фирме той ночью. Каким образом это доказывает их причастность к гибели вашего мужа, не понимаю?

– Не понимает он! – окончательно обозлилась Суркова. – Я не сказала «они»! Я сказала «она»! Это Тамара убила его на своей машине!

– Доказательства есть?

– Есть! – неучтиво рявкнула женщина. – Звонили мы ей.

– С целью?

– С целью… шантажа, – неохотно призналась Суркова после паузы. – Позвонили и сказали, что знаем, что она делала и где и с кем была в ту ночь, когда исчезла Волина.

– Она купилась на ваш шантаж?

– Да. А куда бы она делась? Мы такую обличительную речь сготовили!.. Короче, мы назначили встречу. Тамара обещала денег, Сашка сказал, что диск отдаст, что никаких копий больше нет и быть не может. И пошел, дурак, один. Она его и убила! Странно только, что уехала, портфель не прихватила. Испугалась, наверное, возможных свидетелей.

– Да-а… Молодцы, нечего сказать! – взорвался Андрей, у которого от таких показаний лишь головной боли прибавилось.

ДТП, повлекшее гибель человека, грозило перейти в разряд умышленных убийств, причем недоказуемых.

Тамара Чалых – достаточно скользкая личность, прижать ее фактами, которых кот наплакал, будет непросто.

– Прямо уж!!! – возмутилась Суркова, когда он нехотя поделился с ней своими соображениями. – У меня запись есть!

– И что на записи?! – тоже повысил голос Дмитриев. – То, что она входит и выходит вместе с дочкой Волиной из здания? Ну, приезжала, по делам приезжала. Уехала и забыла. Что дальше-то?

– У меня другая запись есть! – не сдавалась Суркова.

– Какая? – Ему уже ни во что не верилось.

– Запись разговора, когда Тамара назначала место и время встречи и оговаривала размер вознаграждения. Она ломалась еще и не соглашалась, говорила, что дюже много просим.

– Что у вас есть?! – Он аж рот открыл, боясь поверить в удачу. – Запись разговора?!

– Ну! Есть!

– А вот это уже совершенно другая история, Татьяна. С этого надо было и начинать! Давайте-ка вашу запись, начнем работать по ней…

…– А эта сладкая парочка что тут делает, а?

Санчес вытянул шею, сделавшись похожим на растрепанного страуса. Любопытство свое он не прятал, потому что стекла машины, из которой они с Андреем вели наблюдение, были затонированы чернее черного. А вот сладкую парочку, которая привлекла их внимание, было видно бесподобно. Их автомобиль стоял аккурат как раз напротив того подъезда, куда пять минут назад вошел объект, которого вели от самого его дома Дмитриев и Давыдов.

Кажется, этот человек тоже их очень интересовал. И кажется, в отличие от представителей закона парочка, усиленно изображающая пылкую страсть на глазах «ведомого объекта», теперь намеревалась последовать за ним. Во всяком случае, они вышли из машины и теперь спорыми шагами двигались к крыльцу.