Читаем без скачивания Владивосток - Порт-Артур - Александр Чернов

   Но вот увидеть "Варяга" во главе линии русских кораблей, Камимура никак не ожидал. Как не ожидал он и того, что второе место займет "Богатырь". Свои бронепалубные крейсера Камимура оттянул за корму броненосной пятерки, чтобы "не путались под ногами".

   Второй сюрприз был неприятный - с расстояния 80 кабельтов стало видно, как на носу предпоследнего русского крейсера вспухло облако выстрела. Спустя примерно полминуты, упавший с полумильным недолетом до "Токивы" десятидюймовый снаряд с "Памяти Корейца" показал японцам, что насчет степени освоения русскими артиллерии трофеев разведка все же ошибалась. Следующий снаряд упал с неба спустя примерно полторы минуты. На этот раз с перелетом в пару кабельтов у борта "Адзумы"...

   В носовой башне "Памяти Корейца" Платон Диких наслаждался. Во-первых, в период подготовки к боям они, с мичманом Тыртовым с "Ушакова", расстреляли более пятидесяти снарядов. После двадцати выстрелов из единственного десятидюймового орудия эскадры, мичман с прапорщиком задумались о расстреле ствола при такой интенсивности тренировок.

   Выслушав их, Беляев сначала похвалил офицеров за правильный ход мысли, "как выражается наш адмирал". А потом, по секрету, сообщил о составе груза захваченной "Варягом" "Малакки". При наличии четырех десятидюймовых стволов от броненосца типа "Трайэмф" и оперативно заказанного у Виккерса станка с тормозами отката и накатниками для такой пушки, прибытие которого во Владивосток планировалось в августе, вновь образованный штаб эскадры решил, что для обучения расчета и одного крупного боя ресурса "родной" пушки должно хватить.

   После сражения, во время неизбежного ремонта боевых повреждений, предполагалось произвести замену и станка и орудия. Поскольку конструктора Виккерса были разработчиками орудий и станков как "Кассуги", так и "Трайэмфа", то и новый станок они делали с учетом габаритов и посадочных мест имеющегося...

   Во-вторых, перед выходом на крейсер загрузили полуторный боекомплект для носовой башни, так что снарядов должно было хватить на два часа боя на полной скорострельности. И, в-третьих, самое приятное - перед выходом в море его и Тыртова вызвал к себе на "Варяг" Руднев. Им была предоставлена абсолютная свобода действий.

   - По результатам последних стрельб вы достаточно уверенно поражаете цели на дистанции до 60-70 кабельтов. Ваше орудие наиболее дальнобойное на эскадре, и грех было бы этим не воспользоваться. Я приказал переоборудовать пару примыкающих к погребу боеприпасов вашей башни отсеков под хранилище дополнительного запаса санарядов. Ваша башня единственная на Гарибальдийцах, в которой оставили свой собственный дальномер. Остальные "канибаллизировали" на рюриковичей - больше дальномеры взять было просто не откуда. Так что стреляйте по своему усмотрению, на дистанции более 50 кабельтов по среднему в колонне противника, при сближении постарайтесь достать флагмана. Но если какой-либо из крейсеров противника будет более удобной целью - бейте по нему.

   При сближении не забывайте корректировать дистанцию по результатам пристрелки среднего калибра, впрочем - что я вам это опять рассказываю в сто первый раз? Вы и сами все знаете. Я ожидаю процент попаданий из вашего орудия от двух, если вы не блеснете меткостью, до десяти, если вам повезет. Это от четырех до двадцати попаданий. Не подведите, другим наличным у нас калибрам с дистанции более 25 кабельтов нам крейсера Камимуры не пронять. Забронированны они на совесть...

   Теперь в полной пороховых газов башне молодой мичман и начинающий седеть сверхрочник дуэтом вели свою партию боя. Диких стоял за наводчика, ловя в оптику далекие силуэты на горизонте, выработавшимся за годы шестым чувством определяя упреждение и момент выстрела. Тыртов сидел на дальномере, и вносил поправки по дальности. После пятого выстрела снаряды стали ложится довольно прилично, если учесть запредельную для начала века дистанцию и полное отсутствие пристрелки.

   Камимура, мрачно наблюдал за очередным султаном взрыва, который обрушил на палубу "Идзумо" тонны воды с осколками. Очень, очень близкий недолет. Практически накрытие. А при том угле падения, с каким 10-ти дюймовый снаряд попадает с дистанции 60 - 70 кабельтов в слабобронированную ПАЛУБУ, он вполне может дойти и до машинного отделения. Не желая и дальше терпеть огонь противника без возможности отвечать, Камимура приказал изменить курс на два румба влево. Это позволило сократить время сближение с русской эскадрой и сбить пристрелку этой доставшей уже десятидюймовке. Но, с другой стороны, теперь при сближении японцы неизбежно отставали, и теперь головной "Идзумо", после сближения на 50 кабельтов, оказался не на траверсе шедшего головным "Варяга". И даже не на траверсе идущей третьей под контр-адмиральским флагом "России". Имея преимущество в ходе не более двух узлов (по "паспорту" крейсера японцев были быстроходнее русских на несколько узлов, но на практике они этого как то не показали), Камимура после сближения отстал, и его флагман после поворота на параллельный с русскими курс был на траверсе "Громобоя".

   Уходя с крыла мостика в боевую рубку "Варяга" Руднев злорадно усмехнулся. Даже если его сладкая парочка на десятидюймовке вообще никуда сегодня не попадет, свое дело они уже сделали. Камимуре пришлось форсировать сближение и теперь догонять опережающих его русских под огнем. Кстати об огне, неплохо бы сблизиться еще на пяток кабельтов, пока Ками не закончил поворот. С "Варяга" взлетела в небо одна ракета белого дыма и одна зеленого, что было отрепетовано следующими за ним кораблями...

   Еще во время маневров в окрестностях Владивостока, в голову Руднева пришла забавная идея. Тогда не правильно разобрав поднятый на мачте флагмана сигнал о повороте "Все вдруг", шедший концевым "Рюрик" вывалился из линии и, не имея запаса скорости, полчаса потом не мог ее догнать. Теперь перед любой эволюцией фланман не только поднимал сигнал, но и пускал ракеты соответствующего цвета. Белая - вправо, черная - влево. Одна - поворт "последовательно", две - "все вдруг". А количество румбов - количество красных (если влево) или зеленых (если вправо). Сначала была путаница, но потом, привыкнув, командиры кораблей уже не представляли маневрирования без помощи ракет. Метод этот был вскоре принят и на артурской эскадре, а затем через циркуляр ГМШ введен на всем флоте...

   Сейчас "Варяг" принял на один румб вправо, и русская линия стала медленно и незаметно приближаться к японцам. На дальномерном посту "Варяга" лейтенант Нирод подобно метроному отсчитывал дистанцию до головного корабля противника. Японцы открыли огонь с 50 кабельтов сразу после поворота на параллельные курсы, но с русских кораблей в ответ летели только редкие десятидюймовые снаряды с "Памяти Корейца". Море вокруг "Варяга" кипело от недолетов и перелетов, но, даже получив шестидюймовый снаряд в борт, русский крейсер молчал. Молчала и остальная колонна, хотя последовательно поворачивающие японские крейсера уже начали обстрел "России" и "Громобоя".

   Наконец, после пяти томительных минут под безответным обстрелом, с дальномера донеслось долгожданное "СоГок пять кабельтов!". Руднев, который до этого нервно барабанил по бронированному ограждению рубки, кивнул Зарубаеву, но тот и сам уже отправлял данные для пристрелки на три носовые шестидюймовые орудия правого борта. Не успели еще уйти в сторону "Идзумо" снаряды первого полузалпа, как на вторую тройку были отправлены данные с уменьшенной на три кабельтова дистанцией. Через две минуты на мачте "Варяга" взвился сигнал "Дистанция до головного 46 кабельтов. Курсовой 193", и одновременно с этим рявкнули носовая и кормовая восьмидюймовки крейсера.

   Спустя примерно от тридцати секунд до минуты, понадобившихся артиллеристам крейсеров для определения дистанции между "Идзумо" и ИХ кораблем (тригонометрия, седьмой класс, дано расстояние от своего флагмана до флагмана противника и угол, от Норда, под которым это расстояние измерено, известно расстояние и от своего корабля до "Варяга", остается "всего лишь" вычислить расстояние от себя до цели), начали стрельбу и остальные крейсера эскадры. Еще до того, как снаряды отстрелявшегося последним "Рюрика" упали у борта флагмана Камимуры, "Варяг" и "Богатырь" увеличили скорость до 23 узлов...

   Через пару минут перестрелки, Камимуре стало ясно, что его провели. Обстреливаемый огнем всех японских кораблей "Варяг" стал медленно, но верно отрываться от основных сил русских. Теперь во главе русской боевой линии была "Россия", пристрелку по которой надо было начинать с нуля. В то же время, Камимура, решив, что он разгадал финт Руднева - поставить в голову линии бронепалубные крейсера для отвлечения огня противника в завязке боя, а потом, используя их преимущество в ходе, оторваться и выйти на встречу "Ослябе" - даже несколько успокоился. Пара бронепалубных крейсеров, какими бы прекрасными они не были, не поможет "Ослябе" проскочить мимо двух броненосцев. А оказать поддержку своим броненосным товарищам русские бронепалубники уже не смогут. С сожалением бросив последний взгляд на медленно удаляющиеся легкие крейсера русских, Камимура приказал перенести огонь на ставшую головной "Россию". Как показали дальнейшие события, расслабился японский адмирал преждевременно.