— Здесь воду повторно перерабатывают, но мы все равно должны ее экономить, — заметил он шутливо.
Его великолепное тело блестело под якобы драгоценной водой, и Айвори сомневалась, что экономия была на самом деле его целью. Ее она тоже не волновала. Она потянулась к Чейзу и поцеловала его. Его страстный ответ пробрал ее дрожью до самого основания. В его взгляде была нежность, и каждый поцелуй придавал ей уверенности, которая так была ей необходима, — уверенности в том, что он любит ее саму, такой, как она есть, только за это и ни за что другое. Засыпая в постели в его объятиях, она почти что верила, что это правда.
Чейз ждал до полудня, прежде чем разбудить Айвори. Ему и тогда не хотелось этого делать, но он почувствовал себя слишком одиноко и не мог дать ей проспать целый день.
— Вот чай с корицей. У меня есть еще кое-что для тебя, но сначала пей свой чай.
Айвори лениво потянулась и села, закатывая рукава шелковой пижамы. Она была удивлена, увидев Чейза уже одетым, и сонно зевнула, беря из его рук чай.
— Который час?
— Самое время для ленча. Хочешь есть?
Айвори глотнула чай. Он был теплым и сладким, совсем как Чейз, подумала она. Он присел на край кровати и смотрел на нее. Его лукавая улыбка удивила ее.
— Что там еще у тебя? Что-нибудь поесть?
— Нет. Я думаю, мы зайдем в еще один курортный ресторан, когда ты встанешь и оденешься.
Он все еще не сводил с нее глаз, очень довольный собой, и Айвори догадалась почему.
— Я не помню, чтобы я соглашалась провести здесь еще один день. Ты что, взял это на себя и продлил наше пребывание?
— Точно так. Прости, если это было слишком самонадеянно с моей стороны, но ты же спала и не могла помочь мне построить наши планы.
— Так что ты был вынужден принять решение само лично?
Чейз пожал ее колено:
— Точно.
Айвори оглянулась, ища глазами свою сумку, но потом вспомнила, что они сейчас в его коттедже. «Астральная пушка» была в надежном месте на борту их корабля, и не то, чтобы она хотела применить ее сейчас, напоминая, кто здесь командует, — нет, она просто не любила упускать из виду свои вещи. Она облокотилась на бамбуковую спинку кровати и продолжила пить свой чай.
— Ладно. Это что-то, что у тебя есть, имеет отношение к тому, чем ты собираешься сегодня заниматься? Вряд ли я смогу научиться кататься на лыжах за один день — не больше чем я научилась плавать.
— Нет, это не лыжи.
— Это хорошо. Я же выросла в искусственной обстановке, так, что скорее всего я не смогу перенести холод и снег.
Айвори чудесно смотрелась в купальнике, и Чейзу совсем не хотелось видеть ее, всю закутанную, среди сугробов.
— Температура на горном уровне здесь поддерживается такой, чтобы было приятно гостям. Там не слишком холодно, хотя и полна снега.
— Если это не съедобное, и не такое, что может пригодиться сегодня, тогда что же это?
— Допей свой чай, и я тебе покажу.
Чейз наклонился и поцеловал ее. После вчерашнего душа ее волосы остались влажными, когда она легла спать, и теперь, вместо того чтобы падать мягкими волнами, торчали в разные стороны. Пижама была ей слишком велика, но даже в этой одежде и с распущенными волосами она казалась очаровательной. Он знал, что судит о ней необъективно, но, конечно, любого другого она тоже привела бы в восхищение.
— Я и не знал, что ты такая нетерпеливая, — сказал он.
— Ты просто меня дразнишь, — возразила Айвори. — Кроме того, те красивые сережки, которые ты подарил мне вчера, — это уже вполне достаточная память о «Райском приюте».
Чейз понизил голос до бархатного мурлыканья:
— Я надеюсь, у тебя будут еще причины помнить наше пребывание здесь.
— Может быть, — ответила Айвори, стараясь играть словами не хуже его.
— Может быть? Всего лишь? — воскликнул Чейз, но Айвори спокойно продолжала пить свой чай, никак не реагируя.
— Ты ужасно мучаешь меня, Айвори.
— Зато я не провозглашаю, что у меня есть какой-то таинственный подарок.
Чейзу пришлось уступить:
— Это правда.
Он взял у нее чашку и, быстро встав, отнес ее на стол. Затем он вытащил из кармана куртки маленькую коробочку и протянул ей.
— Я ходил еще раз к тому человеку, который сделал серьги. Я надеюсь, тебе понравится.
— Ну, пожалуйста, Чейз, ты не должен был покупать мне еще что-то. — Ей было стыдно, что для него у нее ничего нет, и она продолжала держать коробочку на ладони. — Это не значит, что я отказываюсь, нет, но…
Чейз не собирался оправдываться. Он сам открыл коробочку и вынул оттуда бриллиантовое кольцо.
— Мы ведь обручены, я уверен, что ты не забыла об этом, и я хочу, чтобы у тебя было это кольцо.
Кольцо было изумительным, с тонкой золотой отделкой, идеально подходящей к замечательному камню. Пораженная до глубины души тем, что он купил ей такое красивое кольцо, Айвори заплакала.
— Я не ожидала ничего подобного, — всхлипывала она. — Я вообще ничего не ожидала.
Чейз предвидел восторженные восклицания, а вовсе не горькие слезы. Он притянул ее и крепко прижал к себе. Он собирался спросить, не передумала ли она, но вдруг понял, что она уже сказала, почему плачет. То, что она не ожидала кольца или любви, разрывало ему сердце. Он наклонился к ней и обхватил ладонями ее лицо.
— У тебя есть все права ожидать от меня всего, чего тебе нужно для счастья, Айвори. Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь снова почувствовала одиночество или страх. Я люблю тебя и хочу всегда быть рядом с тобой.
Поцеловав его ладонь, Айвори утерла слезы краем пижамы.
— Прости. Я чувствую себя очень глупо. Это просто потому, что я не привыкла к вниманию со стороны мужчин. Нет, не так. Я привыкла привлекать внимание, но это мне не нравилось до тех пор, пока я не встретила тебя.
Чейз коснулся ямочки на ее подбородке, притянул ее губы к своим и нежно поцеловал.
— Я понимаю. А теперь примерь кольцо, и посмотрим, подходит ли оно по размеру.
Айвори протянула его ему:
— Нет, надень ты, пожалуйста.
Их руки дрожали, когда он надевал сверкающее кольцо на ее палец. Оно идеально подошло ей.
— Тебе нравится? Если нет, то мы можем вернуться в магазин, и ты выберешь другое.
— Нет, я хочу то, которое выбрал ты. — Айвори крепко и порывисто обняла его за шею. — Спасибо тебе. — Она выбралась из постели. — А как же я пройду к себе, чтобы взять одежду?
— Просто завернись в полотенце. Если кто-нибудь тебя увидит, то решит, что ты просто выскочила из своего купальника.
— Ладно, согласна.
Чейз сходил на веранду и принес пляжное полотенце. Он держал его наготове и, когда она сняла пижаму, завернул ее в него. Он бы с удовольствием оставил ее на целый день в постели, но ему хотелось, чтобы она поняла, что он любит ее общество, а не только ее роскошное тело. Он шутливо шлепнул ее, когда она выходила за дверь, и вышел на веранду, чтобы там подождать ее возвращения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
