на то, что оба были выше меня ростом почти в два раза. И честно я их понимал, особенно после того, как мы сожрали третьего. Логика простая: пока с вами говорят - вас не едят.
Несмотря на живой интерес, общение шло довольно туго. Мне исполнилось семь лет, и за это время, можно сказать, я научился говорить на ломаном человеческом языке со словарем. Рабов кормили, и хотя им очевидно не нравилось то, что они ели, они не возникали, ведь кроме обучения меня языку с них ничего не требовали. Странно, но они казалось даже слегка расслабились, настолько, насколько это возможно в логове людоедов. Мой словарный запас рос, возможно я создавал первый словарь человеческих слов для гоблинов. Оставалось совершенствовать речь, узнавать новые слова, и тренировать неприспособленный язык для произношения новых слов. Честно, мне самому больно слушать то, что я произношу, не слова, а один сплошной акцент.
Я стал примерно понимать, что значит то или иное слово. К примеру Йон и Варди называли себя Трэллами. Это было чем-то средним, между рабом, каторжником, и крепостным. Среди Трэллов так же присутствовала иерархия, и эти двое находились в ней на низких позициях, хотя ещё недавно они были Карлами, кем-то вроде фермеров. Там был какой-то ужас в классификации, но главное этим словом можно было назвать и крестьянина с клочком Земли и настоящего Агрария с множеством ферм. Я не стал нагружать себя остальными нюансами, оставив их на будущее. И во главе всей этой иерархии стояли Ярлы. Непонятно был ли им лорд этих земель, зато одно точно, Ярлы - местные феодалы. Если максимально упростить: Верховный Ярл - Король, Ярлы поменьше - его вассалы, далее идут Карлы-Вассалы, ещё ниже Карлы-Свободные Землевладельцы, и в самом низу Трэллы, что несмотря на некоторое созвучие к Троллям имели отношение разве что, как закуска.
Наступила весна. Проклятая слякоть не позволяла нам далеко отходить от пещер, благо стало теплее, и грибы начали нормально расти, обильно удобряемые фекалиями. Смешно, но эти смрадные грибы быстро заполнили три пещеры, решив множество проблем с едой. Пахли они конечно несвежими носками, да и на вкус были как тухлая свиная кожа, зато в остальном были настоящим спасением от голода, и как ни печально, это единственная сельскохозяйственная культура Гоблинов, что прекрасно растет в пещерах и подобных сырых местах.
Приготовление этих грибов наука не хитрая. Срезать и высушить, после чего можно долго хранить, так как смрадные грибы слегка ядовиты, и даже Выхли их просто так не станут есть. Гоблины же могут есть и так, правда от этих токсинов мои собратья становятся ещё более упоротыми, и чтобы это избежать, грибы необходимо долго вымачивать. Вода, оставшаяся после вымачивания, действует на гоблинов как крепкий алкоголь, главное не мешать её с алкоголем обычным. Правда не стоит.
А ещё у нас появился загон для выхлей. Очередной тупиковый ход, с насыпью из камней и костяными решётками с единственной открытой стороны. Там мы поселили выхлей и и упоротых слизней, которые могли питаться слизью смрадных грибов и переваривать яд, слизнями уже питались сами Выхли. По сути это было самое большое наше поле, ставшее чем-то вроде закрытой экосистемы. Воздух поступал через вход, и крупных разломов в сводах пещеры, благо до него Гигантские крысы вряд-ли доберутся. Вход посменно сторожила пара Гоблинов, изредка приманивая и отлавливая скопившихся там выхлей, приоткрывая решетку. Заходить же внутрь этой пещеры, глядя на сотни голодных крысиных глаз было боязно даже мне. Для рабов, это место и вовсе было воплощением ночного кошмара, у этих двоих даже прибавилось седых волос и нервозности, от чего идея пристроить их приглядывать за фермой вовсеперестала казаться такой хорошей.
На двадцать девятый сбор от моего рождения наступило лето. Отодвинутая проблема с голодом и тошным грибным рационом окончательно сошла на нет. Ягоды утоляли мой голод по сладкому, а живность обитающая в лесу решала проблемы с мясом. Новых мигрантов мы так и не дождались, но как-то незаметно оказалось, что все гоблиши племени беременны, причём судя по размеру животов, всё на хорошем сроке, и ещё до конца года, племя ждёт пополнение. Нужно готовить детскую и ясли. Минимум четырех мелких гаденышей я смогу воспитать достойными членами Гоблинского общества. Вот Умора! Меня пробрал истерический смешок, достойные члены общества гоблинов?! Это такой кринж, что самому смешно. Тут нужно общество само реформировать, иначе достойными членами общества можно будет назвать серийных насильников и убийц...
Летом набеги продолжились, но теперь мы действовали иначе. В набеги мы ходили ближе, и часто меньшими группами по восемь членов. Поочередно, я, вождь и Гряв. Мы совершали короткие небольшие вылазки, добывали небольшие трофеи и уходили обратно. Само собой, были и совместные подходы, где был Жмых, отвечающий за атаки в лоб; Гряв, скрытно находящий наши цели и выполняющий роль разведки; и Я , ответственный за колдовство и магическую поддержку. Наши трофеи были незначительными, объедками человеческой цивилизации, но даже эти крохи делали нас сильнее. То мы поймали сбежавшую лошадь, то стащили части завалившейся в кювет телеги, то украли тент с небольшого фургона, то унесли оставленные на поле глиняные горшки. Так, мелкие кражи, не чета прошлым походам. Зато постепенно мы обустраивали свой быт.
Ближе к концу лета у нас в планах назревала грандиозная операция. Ограбить отару овец. Громадное количество мяса, способное прокормить нас долгое время. Обычно мы не смогли бы взять с собой больше десяти - шестнадцати овец, но мы планировали взять куда более. Отару сторожили человек десять, из которых пятеро - хорошо вооруженные охотники, остальные - подростки. Многоступенчатый план же должен был принести нам внушительную выгоду. В худшем случае мы бы получили просто возможность спокойно уйти с овцами, в лучшем мы бы угнали внушительное их количество. Специально для этого мы незаметно сломали ограду в нескольких местах вокруг луга, сделали деревянные сандалии, оставляющие отпечатки волчьих следов. Специально для этого случая я подчинил двух волков, незаметно выписывая на них кровавые символы подчинения. Я не стал вырезать Гоблинские руны на их коже, по сути мне даже не нужен их долгий контроль, только одна конкретная цель. Тренировки тела и пережигание жизней выхлей на Ману, сделали сильнее мою Родословную. Мой суммарный резерв дорос до двадцати четырех Искр, восемнадцать из которых приходилось на Родословную, плотно пустившую корни не только в сердце, но и во всем моём теле. Это усиление позволяло без восполнения сил
