копья, топоры. Я же бросилась к своей дубине: родненькая! Боевая подруга! Больше никто не разлучит нас! Тесак нашелся на соседней стойке.
Всё, я готова, с кем драться?
Кандидаты нашлись быстро: магический контроль просыпался по тревоге, которую уже вовсю били, — значит, пора рвать когти.
Где же мои эльф и дракон?
Дракона держали в сарае, как мне сказал один из побитых дубиной работников контроля, а вот эльфа никто не видел. Предательский страх отдавал холодком, несколько остужая боевой пыл. Что с Луаронасом и где он может быть?
С Ультом бегать неудобно, да и пользы от него ноль, только мешаться будет. Поэтому, оставив освобождение дракона на потом, я кинулась в жилую часть здания, на прощание помахав заключенному из противоположной камеры. Узники разбегались кто куда, прихватывая с собой всё ценное, попадающееся на пути. Сомневаюсь, что такие рожи могут принадлежать честным людям, но вряд ли мой знакомый колдун собирался передавать их правосудию, а не использовать по собственному усмотрению, так что пусть бегут.
Второй этаж здания контроля отводился под жилые помещения, в которых сейчас никого не осталось: все маги подняты по боевой тревоге и тщетно пытаются, находясь в меньшинстве, предотвратить массовый побег заключенных.
Распахивая одну дверь за другой, я начинала паниковать всё сильнее: если не здесь, то где мне искать эльфа? Не успеем сбежать прямо сейчас — потом попробуй выберись, когда еще и обычные пограничники прибегут!
Влетая в последнюю дальнюю комнату на этаже, я надеялась исключительно на чудо и удачу, поэтому неуверенно замерла на входе, пытаясь понять, повезло мне или все–таки нет.
Передо мной стоял связанный Луаронас со сдерживающими браслетами на руках, а рядом с ним Рей — именно так зовут этого подонка, теперь я знаю. Ведь героев нужно знать не только в лицо, но и желательно по имени, да и просто знать, чтобы обходить десятой дорогой.
— Вижу, ты так спешила на встречу со мной, что решила не дожидаться в камере, а прийти сама? — глядя на мою заминку, усмехнулся маг. — Очень похвальное рвение. Люблю, когда женщины проявляют инициативу. Я тоже постарался вернуться раньше: как чувствовал, что надолго тебя оставлять нельзя.
Я переводила взгляд с лица колдуна на эльфа, отмечая, что Луаронас по крайней мере внешне цел, что само по себе не может не радовать.
— Да ты проходи, не стой на пороге, — разрешил маг. — Только дверь прикрой плотнее.
Ты подумай, какой вежливый и гостеприимный! Может, еще чашечку чая предложит? А лучше сразу полноценный ужин, от еды я бы не отказалась. Долго гипнотизируя взглядом дверь, я прикидывала, как оставить ее открытой, чтобы не отрезать пути к отступлению. Сильный поток воздуха от уставшего ждать мага решил задачу. Ладно, пока Луаронас в его руках, побег нам не светит, так что будем решать одни проблемы по мере решения других проблем. В порядке очередности, так сказать. Итак, что у нас на повестке дня?
— Отпусти Луаронаса.
Я старалась говорить спокойно, не делая резких движений, стоя спиной к двери: вроде с психами нужно вести себя именно так.
— Отпущу, конечно. Ложись на кровать.
Около левой от входа стены стояла большая кровать. Я удивленно разглядывала предмет интерьера: он это серьезно?
— Быстрее, орчанка, мое терпение на пределе! — рявкнул мужчина, и я с неохотой поплелась к ложу любви.
— А эльф? Ты же его отпустишь? — спросила я, садясь на красиво расшитое покрывало, постеленное на мягкую перину; рядом лежали взбитые подушки. Опять стоило мне только помечтать о кровати — как вот она, только почему–то снова как–то не так сбываются мои мечты.
— Эльф побудет с нами как гарант твоей послушности, — маг отпихнул от себя Луаронаса, лишенного права сопротивляться.
— Ты что! — возмутилась я. — Он же еще маленький, даже пещеру не построил!
По лицу моего друга было ясно, что понимает он абсолютно всё, но отвернуться не может.
— Ничего, поучится заодно — вдруг пригодится?
Маг, настроенный самым решительным образом, стянул с себя форменную куртку; за ней на пол полетела рубашка на шнуровке, и мужчина уже принялся расстегивать ремень. У меня глаза на лоб полезли: я ведь по–прежнему надеялась, что дальше угроз дело не зайдет. А дело между тем шло, вместе с неторопливо приближающимся колдуном.
— А где кубики пресса? — поинтересовалась я, разглядывая полуобнаженного мужчину. — Это же главный атрибут любого уважающего себя крутого мага!
— Откуда у магов пресс? Мы же не воины, у которых постоянная физическая нагрузка, — удивился колдун.
Но живот втянул!
— Так и скажи, что просиживаешь штаны в кабинете или в лаборатории, поэтому совсем не в форме.
— Я в отличной форме, — раздражаясь, ответил маг, поборов застежку на ремне, и щелкнул пальцами.
Да, иногда лучше действительно промолчать. Вокруг моих рук тут же весьма болезненно обвился кожаный ремень, привязывая к изголовью кровати. Машинально я попыталась вырваться, но ремень впивался едва ли не болезненнее железных браслетов. Нет уж, на такие игры я точно не подписывалась!
Маг присел рядом на кровать, с улыбкой наблюдая, как я стараюсь держаться от него подальше, насколько позволяют привязанные руки. А ведь он просто любит поиграть со своими жертвами! Но я из себя жертву изображать не собиралась.
— А почему ты дальше не раздеваешься? — ехидно поинтересовалась я. — Или там у тебя дела так же, как с животом, выросшим на сидячей работе?
— У меня всё отлично, ты зря переживаешь.
Под брюками у мага обнаружились не то кальсоны, не то какая–то местная вариация семейников на завязках, от одного взгляда на которые весь эротический настрой, даже если б он у меня был, испарился.
— Я очень рад, что тебе весело, — маг явно начинал беситься.
Еще бы: он тут мне бесплатный стриптиз устроил с демонстрацией мужского исподнего, а я улыбаюсь во все клыки.
— А можешь повернуться спиной? Интересно, как это смотрится сзади, — попросила я.
Но колдун не проникся.
— Мы сейчас узнаем, что у тебя под одеждой, — его рука потянулась ко мне, а я с ужасом вспомнила, что иммунитет к магии только у меня, а на предметы вокруг, в том числе одежду, он не распространяется.
— А как же душ? Я ведь только из тюрьмы, а у тебя там, знаешь, условия содержания не очень! Ни разу не дали помыться.
— Не будем отвлекаться на бытовые мелочи.
— Ничего себе мелочи! Это основы гигиены, — попробовала возразить я, но скоро стало совсем не смешно.
Мои брюки начали стремительно таять, превращаясь в элегантные (ладно, не очень элегантные) шорты, а затем исчезая совсем. А трусы я в дорожной лавке выбирала, из
