Читаем без скачивания Нимб над Мефистофелем - Лариса Соболева

Он выпятил губу, вытаращил глаза. Мол, искренне потрясен. Аристарх потер подбородок, качнул головой, ухмыльнулся, что Зоя сочла как попадание в десятку. После паузы он произнес:

– Логики никакой, но частично ты права.

– Еще бы, – хмыкнула Зоя. – А ты думал, один умный?

– Ну, теперь мою версию можешь выслушать?

– А у меня есть выбор?

– Да, выбора у тебя нет. Зоя, я действительно подкараулил тебя с целью познакомиться и быть к тебе поближе.

– Ха! – окатила его презрением она.

– Ты тоже не перебивай. Мой драндулет, как ты выразилась, предназначался не для тебя...

– Да что ты! – съехидничала она.

– У тебя не хватает выдержки. Хорошо, пойдем другим путем. Зоя, я тот самый идиот, осел конченый, тупица, урод и придурок. А, чуть не забыл: еще больной и маньяк.

Свои собственные слова, обращенные к заказчику фильмов, которые она произносила не раз, Зоя естественно узнала, но они прозвучали в странном контексте. При чем тут он? Что за представление? Видя ее недоумение, Аристарх пояснил:

– Зоя, ты сейчас разговариваешь с заказчиком. Соответственно «пришить» тебя здесь никто не собирается.

У нее глаза стали четырехугольными. Заказчик? Аристарх?! Нет, от подобных заявлений недолго и крыше отлететь. А маскарад зачем ему понадобился?

– Не верю, – с улыбкой уличителя сказала она. – У заказчика голос другой. И он разговаривал со мной по телефону, когда ты был у меня.

– Это мой друг. Он же вел переговоры и с твоим шефом.

– А... Из конторы «Куй с нами», да? Передай своему другу: у него пошлая, безвкусная реклама. Так вы вдвоем куете интриги в свободное от бизнеса время?

– Между прочим, реклама отличная. Кто бы обратил внимание на обычную надпись «Ковка»? А на эту обращают внимание, она притягивает глаз и заказчиков.

– Очень остроумно, – бросила Зоя.

– Если ты наблюдательная, то должна была заметить, что он разговаривал с тобой через паузы. Разумеется, когда меня не было у тебя. Так вот в паузах я давал ему указания, что именно тебе сказать. Понимаю, для тебя все это неожиданность, но теперь-то выслушаешь меня?

Обещание «не пришивать» подействовало, Зоя чуточку расслабилась, ведь всегда так хочется верить, что увидишь завтрашний день во всей его красе... и гадости.

– Попробую, – буркнула Зоя.

– Может, давай сначала выпьем? За новое знакомство?

Она подумала, что допинг сейчас не помешает, хотя по два раза на день пьют только прирожденные пьяницы. Но ведь и таких вот ситуаций по две на день не у всякого случаются. Ко всему прочему на нервной почве у нее разбушевался голод, она же только позавтракала сегодня, а на приеме у мэра ничего не ела. В общем, раз этот оборотень затащил ее сюда и не собирается убивать, то пусть кормит.

– Я есть хочу, – заявила Зоя.

Аристарх позвонил по мобиле:

– Принесите ужин.

Неловкая пауза, особенно под испытующим взглядом оборотня. Нет подумать только: она с ним закрутила роман, а он с ней – интригу. Натуральный манипулятор, которому кажется, что ему все позволено, даже красть людей, когда они того не ждут. А она еще пуд соли с ним съесть собиралась! Недобро сверкнув глазами, Зоя отвернула лицо и наконец осмотрелась. Неплохо устроился, денег, наверное, наворовал кучу. В общем, влипла она по полной...

Пожилая женщина прикатила тележку с едой и выпивкой, с подобострастием пожелала приятного аппетита (а подобострастие Зоя терпеть в людях не могла!) и на цыпочках (надо же!) удалилась. Зоя, не заботясь об Аристархе, придвинула тележку к себе, ему пришлось придвинуть свое кресло ближе. Она взяла тарелку...

– А раздеться не хочешь? – спросил Аристарх и встал.

– Сиди уж, я сама. – Зоя сняла шубу, бросила на спинку кресла, туда же повесила шарф. Положив кусок горячего мяса и порцию салата на тарелку, пока Аристарх наливал непонятно что (может, отраву?) в рюмки, она вооружилась ножом и вилкой. – Ну, давай, ври дальше: зачем ты археологией занимаешься.

– Ты имеешь в виду мой заказ? Зоя, честное слово, я собирался рассказать тебе правду, только чуть позже. Просто события немного не по моему сценарию развиваться начали...

– А, так ты тоже пишешь сценарии? – поедая мясо, желчно произнесла Зоя.

– Не придирайся к словам. Давай лучше выпьем?

Она проследила, когда он опустошит рюмку (это всего лишь мера предосторожности!), и только потом выпила свою. И вытаращила глаза, втягивая носом воздух – очень уж крепким оказался напиток.

– Ты права, у меня есть цель. – В отличие от нее Аристарх к еде не притронулся. – И за нее я готов отдать все, что имею, поэтому заказал фильм, не считаясь со средствами. Я собирал материалы много лет... но об этом позже. Встал вопрос, кто будет воплощать мой замысел. Твоя кандидатура возникла не сразу, мне нужен был журналист, который бы не ходил на совещания в администрацию, где мог меня увидеть...

– Пардон, не поняла. Зачем нужна была конспирация?

– Потому что мне предстояло подружиться с журналистом, быть рядом с ним. Как считаешь, могла возникнуть дружба, если бы журналист знал меня в качестве одного из ведущих бизнесменов вашего города?

Да, конечно, с Зоей у него возникла самая тепленькая «дружба», теплее просто не бывает. Зоя чуть не съела его глазами, потом сухо сказала:

– Дальше.

– Мой друг живет здесь давно, имеет связи, он выяснил, как обстоят дела на телевизионных каналах... Кстати, а почему их так много на такой небольшой город?

– Спросил бы что-нибудь попроще, – выговорила Зоя. Она старательно показывала: я занята исключительно едой, а не твоей болтовней.

– Мне нужны были добротные фильмы, – продолжил Аристарх, закурив, – чтобы завлечь зрителей, чтобы «мое кино» посмотрело как можно больше народу. Так мы остановили выбор на тебе.

– Весьма польщена.

– По моим расчетам тот, против кого направлены фильмы, должен был выйти на тебя, что-то предпринять, поэтому я смоделировал ситуацию, и мы с тобой познакомились. Я обязан был находиться рядом с тобой... но не предполагал, что ты мне понравишься.

– Спасибо, – натянула нарочито неискреннюю улыбку Зоя. – Так ты из меня сделал приманку, я правильно поняла?

– Приманкой должен был стать я. Поэтому, как только узнал, что начались угрозы, приставил к тебе охрану. И вчера тебя отбили мои ребята.

– Погром в моей квартире твоя работа?

– Нет, что ты! Погром как раз и явился доказательством, что дело серьезное, мой план работает. А вот рабочих прислал я, компенсировал потери тоже я. Зоя, мне нужна твоя помощь!

– Насколько я поняла, мою помощь ты уже взял, не спрашивая моего согласия.

– Вижу, ты не хочешь простить меня. В таком случае, расскажу тебе четвертую историю, а потом решай, будешь делать этот сюжет или нет.

Он снова налил в рюмки густой коричневой жидкости, которая чуть не выжгла внутренности Зои, выпил.

АРИК

Отец много ездил по стране. Иногда уезжал надолго, а возвращаясь домой, до полночи стучал на печатной машинке или проявлял фотографии с младшим сыном Ариком в самой маленькой комнате. Отец писал очерки и статьи о тех местах, где бывал, о людях, с которыми встречался, – он был журналистом и неплохо зарабатывал по тем временам. Печатали его материалы в газетах и толстых журналах, где не было картинок, поэтому они не интересовали Арика. Но фотография – это ведь целый мир от щелчка фотоаппарата до того момента, когда на белом прямоугольном листке, плавающем в кювете, выступало изображение. В доме имелось много фотоаппаратов, особенно допотопных, отец разрешал дочери и сыну пользоваться ими, но Арик мечтал о своем собственном, самом лучшем фотоаппарате.

Семья жила в старом бабушкином доме на окраине, а если быть более точным – в бывшей деревне, которую присоединили к растущему городу. Все вместе трудились на приусадебном участке огромных размеров. Каждую весну этот участок обещали «порезать», то есть часть земли передать тем, кто желал построить дом, ведь частной собственности тогда не существовало. Мама обе руки поднимала «за», потому что обрабатывать сад и огород дело нелегкое, хоть урожай с них – большое подспорье в хозяйстве. Да одних только абрикосовых деревьев по периметру участка росло видимо-невидимо! Одновременно, кстати, огромные деревья служили оградой. Когда плоды на них начинали созревать и падали на землю, их надо было собирать каждый день, а то и по два раза на дню, иначе мух и ос налетало неимоверное количество. Да только куда там съесть это все! Соседям предлагали: берите, с ведрами приходите и собирайте. Разумеется, Арик и его старшая сестра Сима держали сторону мамы, им-то и приходилось сгибать спины, собирая падалицу, а сверху абрикосы – бац, бац! Пятна с одежды потом не отстирывались. Но отец провел детство в этом доме и не хотел что-либо менять, говорил: глаз радуется от простора. Он любил простор, потому и ездил то на Урал, то на Байкал, то на Кавказ, то в Казахстан. Когда отец возвращался из поездок с подарками и рассказами, с новыми, заснятыми на пленку, впечатлениями, наступал внеочередной праздник. И тогда Арика никто не мог заставить собирать абрикосы или рвать сорняки.