у кого инфаркт. Мы же с ректором остались лицезреть светящиеся нимбы и гадать, кто из этих добрых людей проклял меня.
Сегодня вечером нас ждал самый настоящий бал, а в подозреваемых по-прежнему оставались все те же люди, и как сузить их круг, я не знала. Судя по задумчивому выражению лица, ректор – тоже. Он был мрачен и постоянно морщил лоб – думал, наверное.
– А как вы им объяснили красоту над головой? – тихо поинтересовалась я.
– Да… – Ректор пожал плечами. – Никак. Сказал: «Ой, побочный эффект». Почему-то все поверили.
– Да вы оригинал, однако! – Я фыркнула и почувствовала, как улучшается настроение.
Ректор улыбнулся, помолчал и спустя некоторое время предложил:
– Раз уж мы все равно ничего не выяснили и я пока не придумал, как из всех возможных вариантов… – он кивнул в сторону моих печальных одногруппников, – выбрать единственно верный, предлагаю прогуляться по городу и заодно где-нибудь пообедать. Конечно, ты можешь присоединиться к своим друзьям, если их компания тебе предпочтительнее.
– Нет-нет. – Я замахала руками и поморщилась. – Пожалуй, предпочту ваше общество. У вас голова не сияет, как магический светильник.
– Разумное решение! – согласился ректор и предложил мне руку. Я приняла не колеблясь, а спину прожег чей-то взгляд. Похоже, Крис. Вот что человеку неймется? Ведь сам же предпочел Рокси, зачем сейчас все это? Я не понимала, да и не стремилась объяснить даже самой себе его поведение. Инстинкт собственника спустя три года смотрелся крайне странно.
– А разве нас отсюда выпустят? – спросила я скорее для того, чтобы себя отвлечь, нежели чтобы услышать ответ.
– Конечно, выпустят. Вы приехали развлекаться. Никто не собирается держать выпускников в клетке.
– А они знают? – Я бросила осторожный взгляд в столовую. Мои одногруппники сидели сгрудившись и вид имели потерянный. Даже жаль их стало. Правда, я не знала, кого жалеть, а кто недостоин моих добрых чувств.
– А нужно? – хмыкнул ректор и потащил меня по коридору.
Зной, который стоял уже почти неделю, спал, и сегодня была замечательная погода. Только жар от раскалившейся за день мостовой немного напрягал, зато с реки дул прохладный ветерок, который трепал волосы и подол платья. Арион фон Расс привел меня в небольшой ресторанчик, расположенный прямо на высокой набережной. Белоснежный заборчик огораживал открытую террасу со столиками. И отсюда открывался вид на спокойную воду и небольшие лодочки, курсирующие туда-сюда вдоль самой длинной и людной улицы города.
– Столько раз была в столице, но ни разу не каталась, – задумчиво произнесла я, с завистью рассматривая белоснежные паруса.
Признаться честно, ожидала, что Арион фон Расс, как любой мужчина, стремящийся произвести впечатление на женщину, предложит прокатиться, но ответил он совсем иное, чем в очередной раз обескуражил:
– И не стоит.
– Почему? – слегка обиженно вырвалось у меня. Белый парус удалялся, словно намекая, что мне ничего не светит.
– Потому что с твоим проклятием ты и себя угробишь, и еще с десяток неповинных людей. Ходи уж лучше по земле. С тобой и так случается предостаточно разных странных происшествий.
«Неприятно, но вполне резонно», – решила я и сделала глоток белого вина. Вообще, начинать пить в обед, наверное, неправильно, но почему-то, когда Арион заказал мне вино, отказаться я не смогла. Он умел быть настойчивым. Точнее, некоторые его предложения и просьбы воспринимались как должное. Не возникало ни малейшего желания спорить.
– Теперь, похоже, мне придется забыть о многом, – мрачно подвела итог я, чувствуя себя несчастной. Именно сейчас жизнь без прогулки на кораблике почему-то казалась мрачной и неполноценной. Разум твердил обратное, но душа хандрила. – Сегодня вечером прием, а завтра после обеда – домой. Уже ничего не изменится. Мы так и не найдем того, кто наложил проклятие.
– Найдем, – уверенно заявил ректор и сжал мою руку. Я от неожиданности вздрогнула и опустила взгляд на наши переплетенные пальцы, но так и не решилась убрать ладонь. Она смотрелась удивительно маленькой на фоне мощной руки ректора. Но, как ни странно, меня это не раздражало. Наоборот, стало спокойнее. Я верила ему и поэтому поинтересовалась:
– Как? Не к стенке же их ставить!
– Не останется других вариантов, обязательно поставим! – Ректор нахмурился и, заметив мой удивленный взгляд, добавил чуть мягче: – У меня есть одна идея. Запасной план, так сказать. Я не хотел прибегать к нему без необходимости…
– И какой же план? – насторожилась я.
– Пойду мириться с будущим зятем. – Ректор печально вздохнул и глубокомысленно посмотрел вдаль, не отпуская мою руку, а я боялась даже пошевелиться и разрушить момент.
– Польщена, – заметила я и улыбнулась, чувствуя, как накатывает приятное тепло. Относиться к ректору исключительно как к работодателю было все сложнее. Слишком много он делал для того, чтобы разрушить этот барьер.
– Ну что, Мира? – поинтересовался он. – В обратный путь?
Я кивнула и крепче взяла его за руку. Это оказалось удивительно легко и приятно. Мне действительно нравился ректор с его грубыми шутками, совершенно неджентльменским поведением и непередаваемой способностью брать под контроль все мои проблемы. Даже те, которых не существует, но это так, незначительный побочный эффект.
Обратно в университет я шла в приподнятом настроении, так как теперь точно знала, для кого именно буду наряжаться сегодня и кого конкретно хочу покорить. Держитесь, Арион фон Расс. Я ни разу до сегодняшнего вечера не выходила на охоту, но что-то мне подсказывает: она будет удачной.
Словно чувствуя, что мне нужно немного личного пространства, Арион проводил меня до апартаментов и, отговорившись важными делами, исчез, а я осталась одна. С горящими щеками, сумбуром в голове и волнующей решимостью сегодня быть самой красивой, по крайней мере, для одного конкретного ректора.
Я распахнула шкаф с новыми непривычными нарядами и решительно отодвинула в сторону темно-синее скромное платье, в котором планировала идти сегодня на бал. Оно было дорогим, красивым и элегантным, но вместе с тем убийственно скучным. Сейчас же хотелось чего-то более интересного, провокационного и яркого.
Задумчиво перебирая платья, я даже не обратила внимания на то, что на подоконнике нет Васика. Заметила, только когда хлопнула форточка, раздалось непонятное чириканье, и в открывшемся оконном проеме показалась толстая шушелячья попа. Твареныш упорно пытался впихнуться в комнату задом, при том что передними лапами он цеплялся за горшок с Васиком. Шушель смешно дергал лапками, тряс хвостом и потихоньку сваливался на подоконник. Коготки скользили по стеклу, и твареныш плохо контролировал ситуацию.
Приземлиться аккуратно у него бы ни за что не вышло, так как передние лапы были заняты. Я понимала, что, скорее всего, он рано или поздно грохнется, рассыплет у Васика всю землю из горшка, обдерет шторы, поэтому выругалась, подскочила к подоконнику и схватила тварь за лохматый зад.
Шушель никак не ожидал такого подвоха и поэтому истерично заверещал и заработал лапами с удвоенной силой, но сделать ничего не смог и Васика из крепких
